Операция: Амазонка - Уильям Микл

ошеломленный от шума и вибрации. Он выпустил две пули в голову змеи у двери, которая все еще извивалась, пытаясь добраться до него, затем перешагнул через нее и вышел на место кровавой бойни.

* * *

Мертвые змеи, или, по крайней мере, их остатки, лежали разбросанные по всей длине дамбы. Основная часть разорванных тел была сосредоточена вокруг дверного проема, из которого он вышел, но сочащиеся, вонючие останки тянулись от места, где стоял Бэнкс, до ступеней пирамиды. Зловоние было хуже всего, что он когда-либо испытывал, запах горячего уксуса и масла заставлял его внутренности переворачиваться. Когда Хайнд предложил ему сигарету, он с благодарностью принял ее и позволил дыму замаскировать худшее.

- Не думаю, что кто-то из этих ублюдков сможет снова превратиться обратно, - лаконично заметил Хайнд.

- Если они это сделают, то окажутся в ужасном положении, - согласился Бэнкс.

Вертолет пролетел над ними, и Бэнкс помахал пилоту в знак благодарности.

- Без проблем, капитан, - сказал пилот в наушник. - Мы рады помочь. Забирать вас?

- Дайте мне две минуты, чтобы проверить, все ли в порядке, - ответил Бэнкс.

Бэнкс велел отряду обойти дамбу и проверить, что все змеи действительно уничтожены, хотя, учитывая массовое истребление, было очевидно, что работа уже сделана.

- Итак, место уже достаточно безопасно для вас? - спросил Буллер, не скрывая сарказма.

- Да, безопасно, - ответил Бэнкс. - Мы сейчас убираемся. Все ваше. Мы полетим на первом вертолете, а вы можете подождать с подкреплением, пока прибудет ваша команда.

- Подождите. Мы не взяли с собой провизию. Что я буду есть?

- Змей? - спросил Бэнкс и отвернулся, прежде чем соблазн ударить этого человека стал действительно невыносимым.

* * *

Он уже собирался вызвать вертолет для эвакуации отряда, когда МакКелли позвал его из дверного проема, где мертвые змеи уже начинали гнить под палящим солнцем. Плоть пузырилась и бурлила, представляя собой отвратительную смесь змеиной кожи и человеческой ткани, серой, красной и черной, из которой сочилась жидкость. Бэнкс был рад, что у него все еще была сигарета под рукой, когда он подошел.

- Внутри что-то происходит, капитан. Вы должны это увидеть. Это чертовски странно.

- Страннее, чем чертовы гигантские змеелюди, живущие в пирамиде?

- Вы мне скажите, босс.

Бэнкс последовал за капралом обратно в кубическую комнату. Стены, казалось, таяли, резьба теряла четкость, становилась гладкой, как золото, стекающее, словно излишне нанесенная свежая краска, по стенам каплями, которые превращались в ручейки, а те - в ручьи. Им пришлось отойти назад, когда оно начало капать с потолка. Раньше он не обращал на это внимания, но пол был слегка вогнут и вел к небольшому, почти незаметному отверстию в центре. Расплавленное золото стекало вниз, и светящаяся река утекала куда-то под землю.

И процесс явно ускорялся.

- 22 -

- Здесь, капитан! - крикнул Bиггинс. - Что это за хрень?

Сбоку от здания солдат поднял одну из упавших золотых плиток. То, что от нее осталось, стекало по его пальцам и капало на землю.

- Я хотел только маленький сувенир, - сказал Bиггинс, когда последние капли золота стекли с его мизинца.

Он показал Бэнксу свои руки. Они были совершенно чистые.

- Здесь то же самое, капитан, - крикнул Хайнд с другой стороны дамбы. - Все стекает, утекает куда-то под нами.

- Это какая-то чертова странная химическая реакция на те проклятые бомбы, которые вы сбросили. Должно быть, так и есть. Если мы потеряем эту добычу, это будет ваша чертова вина. Шов. Нам нужно проверить жилу, - сказал Буллер и начал идти к тропе у обрыва.

Bиггинс остановил его, положив руку ему на плечо.

- Ни за что, черт возьми, - сказал рядовой. - Кроме того, ты не попросил вежливо.

- И мы никуда не пойдем, кроме как обратно к вертолету, пока не узнаем, что здесь, черт возьми, происходит, - добавил Бэнкс.

Он нажал на наушник.

- Мы ждем вас, - сказал он.

- Я сейчас же буду, капитан, - прозвучал ответ из вертолета.

Он приземлился на другом конце дамбы от пирамиды. Бэнкс наблюдал за его приближением, когда земля под ним задрожала, и это было даже сильнее, чем то, что они испытали на тропе у обрыва. Остатки ближайшего к ним здания обрушились, а вся дамба задрожала от одного конца до другого, и волна высотой почти в фут прокатилась по всей длине к ступеням пирамиды. Когда волна ударила, пирамида рухнула. Вся конструкция рухнула с грохотом и треском падающего камня, скатившись с гребня и упав с утеса, присоединившись к каскаду водопада, падающего в реку далеко внизу.

Вертолет приблизился к ним, но земля все еще тряслась и поднималась; у него не было шансов приземлиться. Дверь кабины открылась, и второй пилот стоял там, опуская короткую веревочную лестницу.

- Отряд, мы улетаем, - крикнул Бэнкс, чтобы его услышали над шумом роторов вертолета. - Вигго, затащи этого придурка в вертолет, так или иначе. Не принимай отказа.

Он смотрел на вертолет, поэтому не видел, как началось то, что произошло дальше. Он только по шокированному взгляду сержанта понял, что грядут еще большие неприятности.

* * *

Он обернулся и увидел огромную дыру в холме, где секунду назад стояла пирамида. Стенки, представлявшие собой смесь обрушенных камней, корней деревьев и рыхлого грунта, продолжали рушиться внутрь. Дамба снова задрожала и затряслась, чуть не сбив Бэнкса с ног и частично развернув его. Весь гребень на вершине холма снова поднялся и опустился, и еще одно из приземистых зданий обрушилось в руины.

- Вигго, - крикнул он, видя, что Буллер все еще не двигался. - Я же тебе сказал. Затащи этого ублюдка в вертолет. Мы улетаем.

Рядовой наконец сдвинулся с места, таща все еще ворчащего Буллена под вращающимися роторами к двери и свисающей лестнице. Даже тогда Буллен обернулся, попытался оттолкнуться и крикнул что-то, чего Бэнкс не расслышал. Bиггинс быстро положил конец этому, сильно ударив мужчину по затылку прикладом своего оружия, а затем помог второму пилоту затащить теперь безжизненного и вялого Буллера в кабину. Bиггинс повернулся и показал Бэнксу большой палец.

Бэнкс огляделся, пытаясь найти Хайнда и МакКелли. Оба мужчины стояли неподвижно, уставившись на остатки пирамиды.

И на нечто невозможное, вылезающее из-под обломков.

* * *

Назвать это змеей означало бы отрицать его великолепие, его