Сплатология - Джейсон Никки

Клайв схватил телефон и приготовил его, чтобы сделать фотографию. Он сжал свой член в последний раз и щелкнул камерой.

Облегчение, когда он убрал пальцы со ствола, заставило его ахнуть. Он согнулся на стуле, тяжело дыша, глядя на свою эрекцию. Он надеялся, что маленькие пятна начнут исчезать, как только давление спадет.

Но они не исчезали.

Они все еще были там, смотрели на него, выглядя как что-то на спине мультяшного динозавра. Ему было наплевать. Клайв просто хотел загрузить снимок в приложение messenger и получить то, что Lil-Beth собиралась прислать ему в ответ.

Пока он нажимал ОТПРАВИТЬ, ему казалось, будто он на другом уровне, на другом плане существования, будто он был кем-то другим, кем-то больше, сильнее, больше Клайвом, чем Клайв когда-либо был. Он смеялся, когда компьютер издал ВЖИК!, сообщая, что фото былo отправленo.

Ожидая, пока серые галочки станут синими, он посмотрел вниз на свой член. Он был ярко-красным там, где он его сжимал, а головка все еще стоячего члена была грязно-фиолетового оттенка. Его крайняя плоть все еще была оттянута назад, а уздечка, вероятно, единственное, что он запомнил из всего времени, которое он изучал биологию - это, и анатомия вагины - былa туго натянута.

Глядя на член, он подумал, что, может, онa слишком натянута.

Он уже собирался снова натянуть плоть на свою набухшую головку, когда его телефон и компьютер зачирикали в унисон.

Внезапно он забыл о своем члене и, торопясь открыть сообщение, переусердствовал с мышкой на столе. Торопясь исправиться, он ударился своей эрекцией о край стола.

Острая, агонизирующая боль пронзила его.

Морщась и втягивая воздух, он посмотрел вниз.

Там была кровь.

Она была везде!

Паника накрыла его!

Слепая, безудержная паника охватила его. Она перекрыла каждое желание, которое он чувствовал, и он почти согнулся пополам.

- О, Боже!

Голос был едва различим. Клайв слышал, как кто-то говорит, кто-то вдалеке, возможно, за миллион миль от чрезвычайной ситуации, с которой он столкнулся прямо здесь и сейчас. Кровь лилась. Она стекала по его все еще твердому члену, скапливаясь на джинсах, впитываясь в них. Он знал, что они испорчены, но это было второстепенно по сравнению с его испорченным членом.

Он чуть не взвыл, когда волны мучений захлестнули его.

Но что-то заставило его остановиться.

- Это так, блядь, ВОЗБУЖДАЕТ!

Это был голос девушки, и она говорила с американским акцентом.

Его любимый акцент.

Это отвлекло его от ощущения разбитого, окровавленного пениса и заставило взглянуть на экран компьютера.

Он не мог поверить своим глазам.

Это была пара грудей.

Настоящая пара грудей.

Они не были обнажены, или выставлены напоказ, или что-то в этом роде, но они изо всех сил старались натянуть черно-зеленую полосатую футболку. Даже несмотря на мучения, он заметил, что под ней не было лифчика. Она держала в руках камеру телефона или компьютера, и камера находилась слишком низко, чтобы можно было разглядеть ее лицо, то ли случайно, то ли намеренно. Она ласкала одну из своих сисек, пощипывая сосок.

Острая боль внезапно сменилась тупой болью.

- Что? - прохрипел он, гадая, правильно ли расслышал ее.

- Я сказалa, что это чертовски возбуждает!

Должно быть, он случайно нажал на кнопку видеозвонка, пытаясь дотянуться до мыши. И она ответила.

- Там так много крови, - прошептала она с хриплым южным акцентом.

Несмотря на то, что он был родом из Дадли, расположенного недалеко от Бирмингема в Великобритании, он посмотрел достаточно фильмов, чтобы распознать южноамериканский акцент, когда услышит его.

- Покажи мне! 

Он не знал, было ли это просьбой или требованием, но в любом случае, это было странно. Еще более странным было то, что он опустил веб-камеру окровавленной рукой вниз, чтобы сфокусироваться на своем "плачущем" члене. Клайв посмотрел на изображение на большом экране своего компьютера, и порез выглядел ужасно. Кожа свисала, и кровь лилась из того места, которое он сначала принял за уретру. Когда он увидел это на большом экране, он понял, что это из-за крайней плоти.

Это принесло ему облегчение, но лишь незначительное, так как боль уже возвращалась.

- Подойди ближе к этой крови. Я хочу увидеть, как она капает с твоего прекрасного члена, - прошептала Lil-Beth.

Клайв не мог поверить своим ушам. Что еще хуже, он не мог поверить в то, что делает. Он поднес камеру поближе к своему члену.

- Обхвати его. Обхвати эту долбаную штуку, ладно?

Он сглотнул и обхватил его, пока тот начинал вянуть. Он поморщился, когда агония взяла верх; это была, наверное, самая сильная боль, которую он когда-либо помнил.

- Сожми его снова, - прошептала Lil-Beth с его компьютера.

Он поднял глаза, готовый послать ее к черту, отключить видео, разбудить родителей и самому отправиться в больницу. Однако, когда он взглянул на экран, то, что он увидел, заставило его все пересмотреть.

Она сняла футболку, и ее руки касались и пощипывали напряженные темные соски.

- Что ты делаешь? - спросил он. - Я... Кажется, мне нужна помощь.

- Расслабься, Клайв, - промурлыкала она. - Ты меня так сильно возбуждаешь. Мне нравится вся эта кровь.

- Что? - прохрипел он. - Что, блядь, с тобой такое? 

- Я возбуждена, и ты сделал это со мной, - выдохнула она. - Я хочу, чтобы ты показал мне больше. Тебе нравится то, что я показываю тебе, правда?

Задав этот вопрос, она судорожно вздохнула и ущипнула себя за соски.

От острой боли в его члене у него защипало в глазах, но в этом было что-то другое. Это была не сильная боль. На самом деле, прилив боли был каким-то... приятным!

Ему вспомнилась строчка из старого фильма, который он когда-то смотрел, или вроде как смотрел только потому, что его показывали по телевизору и в нем было довольно много обнаженной натуры. В нем рассказывалось о вышибале, который пришел в новый бар, чтобы избавить его от всех его непутевых посетителей. Боль не причиняет боли, - подумал он с улыбкой, несмотря на пытку.

- О да, Клайв... обхвати его снова. Я хочу увидеть больше этой сексуальной крови. Ты покажи мне кровь, а я покажу тебе больше... себя.

Ее голос был шелковистым, убаюкивающим и завораживающим.

У него не было выбора, кроме как сделать то, что она велела.

Клайв хотел, или ему нужно было, увидеть больше нее. Он не возражал против сладкой боли, которую испытывал. Он просто хотел