Чёрт, подмостный, домовой – кто ты такой? - Ирма Хан

– Мама? Где она? Жива?

– Антон, кто это? – раздался женский голос позади Марины и Сергея. – Потухший взгляд, вспухшие веки, чёрное платье. – Вы… Ох! А! Ели… Не может быть! Ели…зар… – она схватилась за сердце и стала медленно оседать на пол.

– Мама!

– Отойдите! – Марина подхватила женщину. – Сергей, аптечку. Быстро!

Дима обрадовался тому, что бабушку и кота они оставили в машине. Во-первых, Юлия Оттовна попросту заснула, а во-вторых… Не надо ей всего этого видеть.

– Это… кто?.. Как это?.. – Альбина пришла в себя, отвернув лицо от ватки с нашатырём.

– Вот так… Хорошо, уже лучше. Дышите. Дышите глубоко, слышите меня?

– Да… Да, деточка, слышу. Елизар… Сыночек. Сынок…

Они оба плакали. Марина возилась с тонометром. Сергей с Антоном, встретившись взглядами, поняли друг друга без слов, вышли. Покурить. Дима с Кристиной увязались следом, всем было не по себе, потому что… Сыну и матери лучше остаться наедине. Самое страшное позади, и это главное.

– Ты себе представить не можешь, что с ней было, когда водолазы никого не нашли, – рассказывал Антон, когда страсти улеглись, Альбина переоделась и все вместе сели пить чай. Дима позвал бабушку – хотели уехать, но мама Елизара настояла на том, чтобы Юлия Оттовна присоединилась к чаепитию. – А когда сказали, что, скорее всего, тело унесло течением и где-нибудь когда-нибудь оно обязательно всплывёт… В обморок упала. Поседела от горя. Я случайно оказался тогда рядом, а потом… Как её одну оставишь?

Мужчина смутился, но Елизар одобрительно кивнул. Хорошо, что кто-то был рядом. Хорошо, что мама не одна. Он пойдёт работать. Он ведь теперь не пьёт! Заработает и отправит мать в санаторий. Самый лучший. С лечением. Присмотром. Она оправится.

– Я Даше позвонила, – Альбина всё это время держала сына за руку, словно боялась, что всё это – сон и сын вот-вот опять исчезнет. – Она сейчас придёт. Торт принесёт…

Альбина задавала много вопросов. Ей хотелось знать, что случилось с Елизаром, где и как он провёл эти дни, как они познакомились. Пришлось нести отсебятину, ведь рассказывать о том, что произошло с ними на самом деле было как минимум глупо – Альбине хватит потрясений на этот день, да и не поверит им никто.

Они теперь связаны общей тайной, и к этому пора привыкать. Рассказывали по очереди, как Елизара унесло течением далеко от турбазы, как его спас некий старик-отшельник, живущий очень далеко от благ цивилизации (поэтому не было связи). Сообщить о том, что с ним всё в порядке или добраться до города Елизар не мог, был слишком слаб. Зато старик оказался знахарем и полностью излечил спасённого от тяги к спиртному – «нет худа без добра», как говорится! A потом дедушку-знахаря навестили друзья внучки. Сергей, Марина, Кристина и Дима с бабушкой. Привезли гостинцев из города. И забрали Елизара с собой.

На этой доброй ноте друзья откланялись, оставив Елизара в лоне семьи и договорившись созваниваться.

– Тебе завтра на работу? – спросил Сергей, когда они с Мариной попрощались с друзьями и сели в машину.

– Да. Мне надо объяснить своё отсутствие. Ведь я пропала на несколько дней… Ой! – Марина сжала лицо ладонями. – Вдруг меня уволят?..

– Не переживай. Даже если уволят, ничего страшного. Завтра я еду с тобой в твой медицинский центр.

– Зачем?

– Заберём твои вещи. Ты думаешь, что я позволю своей девушке жить на диванчике в процедурном кабинете? Будем жить вместе… или… или ты возражаешь?.. – Сергей занервничал. С чего он решил, что Марина захочет с ним жить? – Так как? Возражаешь?

– Нет, – чуть слышно сказала Марина.

– Вот и хорошо, – сказал он и взял её за руку.

Едва они вошли в квартиру, раздался телефонный звонок.

– Березин! Мать твою… Где тебя черти носят! – Геннадий Воробьёв, партнёр по бизнесу, орал, как потерпевший.

– Что случилось?

– Что случилось?! Склад с готовой продукцией сгорел!

– Началось, – Сергей улыбался так, будто выиграл в лотерею.

На самом деле если бы он в неё выиграл – вот это было бы настоящей катастрофой, а так… У него проблемы! Убытки! И означает это только одно – он свободен! Он свободен от союзника и… он счастлив!..

– Приезжай срочно.

– Зачем?

– Ты издеваешься?

– Нисколько. Я серьёзен, как никогда. Ты сейчас на складе?

– На том, что от него осталось. Ты вообще меня слышишь? Пьяный, что ли? Я говорю – СКЛАД СГОРЕЛ! Весь. Подчистую.

– Я понял. И я не пьян. Просто не понимаю, зачем приезжать. Сейчас я всё равно ничем не помогу.

– Ну, как же… – Геннадий растерялся. – Ты же… шеф…

– Это наш общий бизнес. Ты сейчас там. Вот и решай вопросы. Завтра буду в офисе, обсудим.

– Хорошо… – Воробьёв с удивлением смотрел на замолчавшую телефонную трубку.

– Что-то случилось? Неприятности? – встревожилась Марина.

– Да! Неприятности, Маринка! Большие. Огромные неприятности! Ты даже представить себе не можешь, как же это здорово! – Березин поднял девушку на руки, закружил, и, наконец сделал то, о чём давно мечтал – поцеловал её в губы.

– Помнишь, что сказал дед Матвей? – Сергей повернул голову и посмотрел на Марину, что устроилась у него на плече после бурной любовной схватки.

– Что? – лениво спросила она, приоткрыв один глаз.

– Чтобы мы деревню навещали.

– Ну, да… говорил. И Кристина беспокоится. Нельзя туда чужих пускать.

– Вот и я с ней согласен. Нельзя! Ты не против перекусить? Или ты после шести не ешь?

– Ем… ещё как ем… – улыбнулась Марина.

– Тогда пошли на кухню, мне надо кое-что тебе рассказать…

Это был лучший вечер в его жизни. Он. Любимая девушка, со скоростью света поглощающая бутерброды. Её огромные, зелёные, полные счастья, восторженные глаза. Он говорил и говорил, вывалив разом всё, что пришло ему в голову ещё там, в гостях у разговорчивого весельчака Красина.

– Серёжа, – она поставила на стол чашку. – Да ты… Ты – гений! Вот только…

– Только что?

– Получится ли?

– Если бы у меня была, как и прежде,