Минхунь: развод с призраком - Лия Шах

– Это человек или мультик?

Я обернулась, но, к удивлению, никого не заметила. Показалось, что ли? Надо поскорее выпить, а то голоса уже мерещатся.

– Рада знакомству, господин Ли. Могу я встретиться с господином Инь?

– Конечно! Идите, пожалуйста, за мной, – оживился дворецкий, вынырнув из размышлений. На мужчину моя внешность произвела неизгладимое впечатление. Он повел меня внутрь дома, все время оборачиваясь назад.

В гостиной особняка было на удивление людно и шумно. Галдеж стоял такой, что с моим уровнем китайского языка разобрать отдельные слова просто не представлялось возможным. Пришлось остановиться на пороге и начать приветливо улыбаться.

– Добрый вечер.

В комнате тут же воцарилась тишина. Все резко обернулись, что выглядело немного жутко, а потом вскочили с мест. Полноватый невысокий мужчина постарался незаметно вытереть потные ладони о брюки и поспешил выйти, протягивая руку для приветствия.

– Здравствуйте, миссис э-э-э…

– Мисс, – лучезарно улыбнулась я, а где-то позади раздался почти неразличимый тихий смешок. – Яна Ивановна Обломова. Можно просто Яна. Это насчет меня звонила Сяо Линь.

– О, да, да, конечно, мисс Ян А. Проходите скорее, мы вас ждали.

Мой взгляд соскользнул ему за спину, и слова на русском вырвались сами собой:

– Да я вижу… Меня родная мать так не ждала, как три поколения вашей семьи…

Попасться на неуважительном отношении не боялась, потому что никто из присутствующих не отреагировал на полное имя. Похоже, как и сказала Алина, тут только Инь Ян по-русски говорить мог.

Пока я бормотала, по спине прошелся холодок и показалось, что кто-то дышит в затылок. Я бы даже сказала посмеивается. Но, обернувшись, никого не заметила. Похоже, у меня синдром отмены. Надо быстрее заканчивать переговоры и ехать в бар.

Толстячок отвел меня к дивану, кто-то притащил всякие угощения, заставив ими низкий кофейный столик, а насчет трех поколений я вообще не шутила. Мужчины, женщины, старики и молодежь – все собрались в гостиной и стали чутко к чему-то прислушиваться и внимательно смотреть по сторонам.

Все стояли, нервничали, но никто ничего не говорил. Даже толстячок, которого я идентифицировала, как господина Инь Чэна, забыл обо мне, чутко прислушиваясь к каждому шороху. Пришлось напомнить о себе.

– Кхм, господин Инь. Может, поговорим в кабинете? Вряд ли рабочие дела стоит обсуждать… здесь, – деликатно напомнила я.

– Нет, нет! – тут же переполошился новый президент Инь Гроуп. – Тут в самый раз! Вы так долго к нам летели, наверняка устали, зачем сразу говорить о работе? Давайте побеседуем о… живописи!

– О живописи, – удивившись, многозначительно повторила я.

– Ну или о музыке! – отчаянно тянул время Инь Чэн. Его домочадцы совершенно не были удивлены странными словами главы семьи, что выглядело немного смешно. Но, как говорится, разные народы – разные традиции.

Улыбнувшись, я сделала глубокий вдох и приступила к работе.

– Господин Инь, наверное, шутит, – мягкий голос прозвучал в нервной тишине гостиной, распространяя умиротворение и спокойствие. – Дорога сюда заняла более девяти часов, так что я и правда немного устала. К сожалению, у меня не так много времени, господин Инь. Прежде всего позвольте выразить соболезнования по поводу вашей утраты. От Сяо Линь я узнала, что господин Инь Ян преждевременно кончил.

У двери кто-то тихо поперхнулся и неразборчиво прохрипел:

– В таком меня еще не обвиняли.

– Скончался, – тут же поправилась я.

– Поздно. Я обиделся.

Да кто там бормочет?

Оговорка была забавной, но никто не засмеялся. После слов «Инь Ян» в комнате ощутимо возросло напряжение, отчего у меня усилилась мигрень, а улыбка стала немного вымученной.

– Насколько я поняла, он был вашим родственником?

– Ха-ха, все так, – нервно хохотнул Инь Чэн, а у самого лоб вспотел. – Инь Ян – мой племянник, сын брата. Он рано от нас ушел.

– Неа, не ушел, – послышалось что-то неразборчивое от окна. Там стоял парень примерно моего возраста. Наверное, это он что-то сказал. Хотя голос был довольно веселый, а у парня запуганный вид какой-то, так что не уверена.

– Еще раз приношу соболезнования, – вздохнула я. Как бы вернуть тему в нужное русло? – Похоже, Инь Гроуп – ваш семейный бизнес?

– Да, да, – стал активно кивать Инь Чэн. – Так и есть. Инь Ян был самым способным нашим ребенком, его отец основал Инь Гроуп, но тоже рано покинул нас. Теперь управление компанией пришлось взять на себя мне.

– Смотри не надорвись, – фыркнул кто-то неразборчиво из-за шкафа. Я заметила там еще пару кресел, на которых сидела пожилая женщина со стаканом ромашкового чая и женщина лет сорока с темными кругами под глазами.

– Инь Ян умер в таком молодом возрасте, – мягко произнесла я. – Неужели президент был болен?

Мало ли? Вдруг они тут все так напуганы, потому что у него была сибирская язва? Умный человек должен знать, когда свалить.

– О нет, что вы. – Инь Чэн украдкой стер пот со лба и пояснил: – Это был несчастный случай. Инь Ян любил экстремальные виды спорта. Он… сорвался со скалы.

Услышав ответ, я обвела взглядом собравшихся и, после небольшой паузы, сказала:

– Какая жалость. Еще раз приношу соболезнования. Мне неудобно тревожить вас в такое время. Может, мы могли бы встретиться завтра в офисе?

– Нет! – вдруг воскликнула та женщина с кругами под глазами. Она нервно поерзала на стуле и поспешила объясниться: – Куда же вы пойдете в такое время? Уже поздно, оставайтесь! Поужинаем вместе. Слуги скоро накроют стол. Давайте я отведу вас в гостевую комнату. Там вы сможете принять душ и отдохнуть.

– Да-да, оставайтесь, – заулыбался Инь Чэн, а вместе с ним закивали и остальные члены семьи.

– Вы такая молодая девушка, а уже так темно. Мы точно не можем вас отпустить, – засуетилась женщина. Она подошла и потянула меня с дивана. – Если вы уйдете в такое время, ваши родители наверняка будут беспокоиться!

Это что? Легендарное китайское гостеприимство? Как мило. И немного жутко. У нас на

Кавказе так невест воруют. Нет, надо валить отсюда.

Я попыталась вытащить руку из захвата, горячо убеждая женщину:

– Они не будут беспокоиться, честно. Они давно умерли. Все в порядке. К тому же у меня номер уже забронирован. Идти нужно.

Женщина ненадолго остановилась, обменялась странными взглядами со старушкой, а потом обе задумчиво