Изнанка мегаполиса. Всё тайное станет Навью - Софья Мирич

— Яр, все в порядке, — тихо сказала она, заглядывая ему в лицо. Её голос дрожал, а на щеках остался след от дорожной пыли, но взгляд был спокойным. — Все вышли, мы успели. Слышишь? Садись. Просто отдохни.

​Несмотря на то, что контур был закрыт и Карачун заперт, в воздухе все еще чувствовалось остаточное электрическое напряжение, а на руках — остатки ледяного холода. Он позволил себе обмякнуть прямо в её руках, чувствуя тепло её ладоней на своих плечах. Тая бережно удержала его, помогая опуститься на землю, и Ярослав на мгновение закрыл глаза, наконец-то осознав, что они действительно вернулись из этой ледяной ловушки живыми.

​Она медленно опустила его спиной к остывающему бетонному блоку, чтобы ему было удобно опираться. Адреналиновый туман, который держал его на ногах последние часы, начал медленно рассеиваться, оставляя после себя лишь выматывающую тяжесть в мышцах.

​Тая задержалась рядом, её ладонь легла на его щеку — тепло живой кожи показалось почти обжигающим после того ада, что они оставили внизу. Она медленно, почти невесомо провела пальцами по его лицу, стирая серую пыль и следы напряжения, а затем поправила воротник его комбинезона.

​На секунду задержав руку на его виске, давая ему минуту покоя, она вдруг выпрямилась. Словно стряхивая с себя оцепенение, она собралась, и её взгляд — еще мгновение назад полный нежности — стал холодным и требовательным. Она перехватила управление.

​— Так, слушаем все, — её голос, всё ещё чуть хриплый, прозвучал неожиданно четко и властно. Она обвела взглядом площадку, где оперативники и её товарищи приходили в себя. — Работа проделана на совесть, всех благодарю. Теперь по порядку: состояние — доложить. Проверьте снаряжение, накопители и наличие травм. Никаких «потерпим до базы» — если есть хоть малейшее подозрение на обморожение или магический откат, говорите прямо сейчас.

​Оперативники, дисциплинированно вытянувшись, начали короткими фразами сдавать рапорт. Тая слушала каждого, кивая и фиксируя состояние дел. Её уверенность действовала на людей безотказно: суета на площадке сменилась организованным порядком.

​— Принято, — кивнула она после последнего доклада. — Всё снаряжение — в дезактивационный сектор, вы сами — немедленно в отдел на полную диагностику. Не хочу, чтобы кто-то из вас завтра начал осыпаться инеем прямо за рабочим столом. Марш по машинам.

Когда оперативники начали организованно расходиться к припаркованному транспорту, Тая не спеша подошла к Еве и Даниилу. Она внимательно оглядела обоих, не веря на слово, а словно сканируя их состояние.

— Вы как? — она чуть коснулась плеча Евы, проверяя целостность её защитного контура, а затем перевела взгляд на Даниила. — Глаза не стеклянные, пальцы на месте, магический фон стабилен. Точно всё ок? Нигде не «сквозит» холодом?

Даниил лишь коротко мотнул головой, вытирая лицо от пыли, а Ева с облегчением выдохнула, чуть улыбнувшись.

— Да всё отлично, Тая, — отозвалась Ева, поправляя крепление костюма. — Сами-то как? Не замерзла, пока Ярослава в чувство приводила?

Тая на секунду бросила взгляд на Велехова, который всё ещё полулежал у бетонного блока, и едва заметно улыбнулась.

— Я в порядке, он тоже, — ответила она. — Идите, занимайте задние места. Я сейчас его подниму, и мы трогаемся. До управления — никакой самодеятельности. Там тоже пройдете полную проверку на состояние.

Глава 21. Часть 1

Глава 21. Часть 1

Тая развернулась и вернулась к Ярославу. Он всё ещё выглядел измотанным, но дыхание стало ровным, а взгляд — осмысленным. Она присела перед ним на колено и, мягко проведя большим пальцем по его скуле, задержала руку на щеке.

— Пора, Яр, — тихо сказала она и, подавшись вперед, оставила короткий, почти невесомый поцелуй на его губах. — Оперативники уже уехали, машина заведена, коллеги внутри.

— Все уехали? Без приказа? — он чуть приподнял бровь, пытаясь сфокусироваться.

— Я отдала им приказ, — тихо рассмеялась Тая, прищурившись.

— Значит, ты теперь капитан? — Ярослав слабо улыбнулся, несмотря на бледность.

— Вот ты буквально не соображаешь от усталости, а флиртовать в состоянии, — покачала головой Тая, хотя в её глазах мелькнула теплота.

Она протянула ему руки, помогая подняться. Мужчина уверенно ухватился за её ладони, оттолкнулся от бетона и встал на ноги. Он был собран, хотя в глазах ещё читалась остаточная тяжесть недавнего боя. Он лишь чуть сильнее сжал её пальцы, приводя дыхание в норму.

— Все хорошо, поехали, — коротко бросил он, кивнув в сторону внедорожника.

Он направился к машине, и, дойдя до водительской двери, взялся за ручку, но Тая, следовавшая за ним по пятам, в ту же секунду преградила ему путь, положив руку на металл рядом с его ладонью.

— Нет, Яр. В этот раз за рулём я.

Он нахмурился, явно намереваясь возразить:

— Тая, я в состоянии вести. Это всего лишь усталость, я нормально себя чувствую.

— Не будь самоубийцей, — она произнесла это не как приказ, а почти умоляюще, глядя ему прямо в глаза с той смесью твердости и нежности, которой он никогда не мог сопротивляться. — Ты выжег кучу сил, а руки до сих пор дрожат от холода Карачуна. Пожалуйста. Дай мне довезти нас до дома.

Ярослав посмотрел на неё, потом на свои пальцы, которые действительно едва заметно подрагивали, и наконец, выдохнув, отступил назад, сдаваясь.

— Ладно, — он чуть криво усмехнулся. — Твоя взяла.

Он подался вперед и, притянув её за талию, на секунду прижался губами к её виску — короткий, благодарный поцелуй, говорящий больше, чем слова. Тая на мгновение замерла, впитывая его тепло, а затем мягко отстранилась.

Она убедилась, что он устроился на пассажирском сиденье, и закрыла за ним дверь. Только когда щелкнул замок, Тая позволила себе на секунду прислониться лбом к нагретому солнцем металлу машины. Ледяной плен «Глубокой» остался позади, все были целы, и теперь, когда ответственность за рулем легла на неё, она почувствовала, как последняя капля напряжения уходит, сменяясь облегчением. Она села на водительское место, выдохнула, включила зажигание и плавно тронулась с места, увозя их прочь от этого проклятого места.

Дорога до отдела тянулась через залитый полуденным солнцем город. За окном мелькали привычные многоэтажки, припаркованные машины и спешащие прохожие — мир жил своей обычной жизнью, словно и не было того ледяного ада, оставленного ими в «Глубокой». Мерный гул мотора быстро сделал своё дело. Ярослав, измотанный схваткой с Карачуном, сдался почти сразу: голова его откинулась на подголовник, а дыхание стало размеренным и глубоким. Он спал, тихо и по-детски посапывая — зрелище настолько непривычное для сурового капитана, что Тая невольно улыбнулась, глядя