Некрофобия: Пробуждение мертвых - Джек Хэмлин

Который был полон еще больше зомби.

Пока Кэтрин и еще несколько человек заводили большинство женщин в чистый от мертвецов класс, мы открыли огонь, используя все, что у нас было. Мы отбросили дюжину, и еще дюжина бросилась на нас. Винтовки были опустошены, и, когда зомби вырвался вперед, Дориан пробила ему голову прикладом своей винтовки. Кэрри прикрыла ее, завалив еще троих, после чего мы отступили в класс, а мы с Сабелией прикрыли остальных.

В этот момент Лесли (чей разум был практически отключен) проскользнула мимо меня, пытаясь вырваться. Я видел, как зомби схватил ее. Он переломил ее через колено и вгрызся в горло. Я замешкался, но Сабелия не стала - она открыла огонь и убила обоих.

Я стрелял то влево, то вправо, а когда Сабелия попыталась выйти и вступить со мной в бой, я затолкал ее обратно. "ВНУТРИ! ВПЕРЕД!" крикнул я и выпустил еще несколько пуль, пока мой магазин не опустел. Затем я выскочил в дверь, и она захлопнулась и заперлась. Слава Богу, у нее был замок. Чтобы укрепить его, мы задвинули перед ним несколько столов. Там хранилось полдюжины вещей.

Сначала мертвецы развлекались тем, что дрались за останки своих павших товарищей. Пока они так развлекались, я подошел к окнам, выходящим во двор. Райли уже была там. Она выглядела совершенно серой.

Господи.

Я выглянул наружу, и увидел внизу сотни зомби. Это было похоже на толпу на рок-концерте. И все они, казалось, толкались к дверям внизу.

У нас должен был быть план, и он должен был появиться сейчас.

Но у меня не было никаких идей.

Затем мертвецы начали колотить в дверь.

ВЫСОКОВОЛЬТНЫЙ АКТ

Я заставил себя успокоиться и подумать.

Единственное наше преимущество перед ними - это наши мозги, и мы должны были их использовать. Это было самое главное, а иногда и самое трудное. В любом соревновании на выживание именно тот, кто использует свою голову, выходит на первое место и одерживает победу. Это я хорошо усвоил еще в Ираке, а после "Некрофага" - и подавно. Проблема заключалась в том, что в ситуации выживания склонность психовать и паниковать порой становится непреодолимой.

"Они пройдут через эту дверь, и нам конец", - сказала Дориан.

"Я убью их", - сказала Сьюзан. "Я убью их голыми руками, если придется".

Мне понравилась ее смелость. Иногда грубый настрой может изменить непреодолимое в вашу пользу.

"Мы должны что-то сделать", - сказала Кэтрин.

По рации заговорил Тук: "Ты все еще цел, брат?"

"Пока что".

"Ты что-нибудь придумал?"

"Пока нет".

Затем Сабелия подозвала меня к окну. "Есть выход", - сказала она. "Но это рискованно".

Она раздвинула окно, и я выглянул из него вместе с ней, оба высунули головы наружу, стараясь не смотреть на толпы копошащихся внизу зомби. Я сразу понял, о чем она говорит. Уступ под окном был неплохим, если судить по уступам. Его ширина составляла около двух футов - вполне достаточно, чтобы встать на него и удержать равновесие. Когда я был ребенком в Йонкерсе, мы с приятелями ночевали в палатках на заднем дворе, приходили в нашу школу, забирались на карниз второго этажа и гуляли вокруг здания. Это было глупо и самоубийственно, но тот карниз был, может быть, в фут, а эта штука была в два раза шире".

"Мы выберемся туда", - сказала Сабелия. "Мы можем попасть на ту крышу".

Я высунул голову, насколько хватило сил, и увидел, о чем она говорит. Карниз проходил перед зданием на протяжении примерно тридцати футов и заканчивался кирпичным фасадом пристройки с плоской крышей, которая довольно близко подходила к крыше часовни. Я увидел что-то внизу. Что-то красное, простирающееся между крышей пристройки и крышей часовни. С такого ракурса я не мог точно разглядеть, что это было. Труба? Я не мог сказать. Но если бы мы могли спуститься туда и перебраться...

"Я пойду туда", - сказал я.

"Я пойду", - сказала Сабелия.

"Тебе не обязательно".

"Я хочу".

Я быстро объяснил Кэтрин и остальным, и я видел, что они не были в восторге от нашего плана. Это было похоже на хождение по натянутому канату над ямой с крокодилами. Но это был наш единственный шанс, и они это понимали.

Я забрался на ящик. "Держись крепче", - сказал я Туку. "Возможно, у нас есть план".

"Вовремя, черт возьми", - сказал он.

Я передал Сабелию свой CAR-15 и вылез на карниз. На секунду я почувствовал жуткое головокружение, но отогнал его от себя. Если бы это была двухфутовая доска, лежащая на чьем-то газоне, я знал, что без проблем пройду по ней, так почему же у меня должны быть проблемы с этим здесь? Я старался держать это в голове. Из опыта хождения по карнизу в юности я знал, что есть только один "безопасный" способ: прислониться спиной к стене и слегка выгнуться дугой, так, чтобы слегка отклониться назад. При этом центр тяжести падает на стену, а не в пространство.

Окей.

Это был типичный городской карниз: испачканный голубиным дерьмом и несколькими шальными перьями. Я видел трещины, идущие по нему, и молился, чтобы он выдержал. Я перебрался подальше от окна, и Сабелия протянула мне мое оружие и свой АК-47. Она вылезла наружу с такой легкостью, что я решил, что она отчасти обезьяна.

"В детстве мы постоянно занимались подобным дерьмом", - сказала она мне, и я рассмеялся.

"Я тоже", - сказал я.

Самое главное в ходьбе по карнизу, помимо смещения силы тяжести относительно здания, - это не смотреть вниз. Разве это не избитая поговорка? В скольких старых фильмах вы это слышали? Что бы ты ни делал, приятель, не смотри вниз, - всегда говорит героический полицейский ребенку или прыгуну, которого он спасает. Взгляд вниз при любых обстоятельствах вызывает головокружение. А