Кейта: Дочь Леса. Книга 2 - Мария Эмви

мимо провожавших его взглядом лиц на бубнах, которые теперь, казалось, смотрели на Сына Степи с надеждой, прямо к своей цели. Инсин вскоре достиг вершины, ухватился одной рукой за склизкую костяную ветвь и, подтянувшись, выхватил из-за пояса черный, гладкий камень, который дал ему Саян. «Он напомнит, что есть место, куда нужно вернуться». Юноша не стал срывать бубен или рвать его крепления — собрав все свои силы, он с силой ударил камнем по туго натянутой, плачущей черными слезами, кожаной поверхности.

И раздался звук. Чистый, глубокий удар сердца, подобный удару грома. Звук, которого этот мир не слышал тысячу лет, ознаменовавший свободу. И от этого единственного, могучего удара все Дерево Скорби содрогнулось до самого основания. Оно застонало, и по его костяному стволу, как молнии, побежали белые трещины, а затем, с оглушительным, протяжным треском, оно начало рассыпаться в прах, освобождая сотни истерзанных душ. Инсин едва успевал спуститься по ветвям, которые практически под его ногами превращались в прах, но все же смог добраться до земли в целости и сохранности. В тот самый момент, когда Дерево Скорби почти полностью рассыпалось в светящуюся пыль, а освобожденные души, как стая белых мотыльков, устремились вверх, к несуществующему небу, позади юноши и девушки раздался голос. Шокированный и полный ужаса.

— Что вы наделали⁈

Кейта и Инсин резко обернулись. На краю поляны, там, где только что бушевал черный огонь, стоял Азраил. Хранитель библиотеки смотрел не на гостей Нижнего мира, а на столб света, поднимающийся от уничтоженного дерева, и на его лице, обычно таком тоскливом и безразличном, было написано неподдельное отчаяние.

— Азраил? — удивленно произнесла Кейта, становясь рядом с отряхивающим с себя пыль Инсином. — Мы освободили эти измученные души! Разве не этого ты и сам желал?

— Освободили? — мужчина медленно повернул к ним свое лицо, и в его темных, печальных глазах была такая боль, словно они только что разрушили его последнюю надежду. — Глупые дети, вы не освободили их, а уничтожили.

— Что значит уничтожили? — с непониманием произнес Инсин, нахмурившись. — Они ведь ушли наверх.

— В этом мире нет никакого «верха», — горько усмехнулся Азраил. — Нет пути в чертоги Айыы. Есть только вечный круг перерождения внутри владений Эрлик-хана, или полное забвение. — он указал дрожащей рукой на тающие в багровой мгле искорки света. — Дерево Скорби было не просто тюрьмой. Оно было коконом, убежищем. Да, эти пленники страдали, но их кут оставался целым. Эрлик питался их болью, но он не уничтожал их суть. А вы… разрушили их единственный дом. Теперь души, ослабленные веками мучений, беззащитны. Они просто растворятся, рассеются в этом мире, как дым на ветру. Превратятся в ничто. Вы подарили им не свободу, а окончательную смерть. Забвение!

Кейта и Инсин слушали Азраила, и их триумф и радость от победы медленно превращались в пепел. В это невозможно было поверить — в своем благородном порыве, желая лишь спасти несчастных, они уничтожили сотни душ.

— Но… мы не знали, — прошептала Кейта, опуская глаза, словно провинившийся ребенок.

— Конечно, не знали, — вздохнул Азраил. — На это и был его расчет.

— Чей расчет? Эрлика?

— А чей же еще? — ответил Хранитель библиотеки, с тоской глядя на все то, что осталось от исполинского Древа Скорби. — Я собственноручно посадил еще давным-давно это дерево по его приказу… Вы думаете, Владыка позволил бы вам так просто разрушить его главную «ферму»? Он позволил вам это сделать, намеренно ослабил защиту заранее, дал вам возможность добраться до сердца Дерева. Если бы я узнал об этом немного раньше…

— Но зачем ему это? — пытаясь хотя бы немного уловить логику хозяина этих земель, произнес Инсин.

— Затем, что Эрлик-хан заскучал, — спокойно сказал Азраил. — Устал доить этих несчастных. Они — старый урожай, из них выжали все, что только можно. А теперь ему нужен новый. Свежий и сильный. — мужчина посмотрел на них двоих, и в его глазах был приговор. — А вы, дети, только что освободили для него место, теперь у Хозяина есть пустая грядка. И он уже знает, кем ее засадить. Вашими же народами, всеми, кто погибнет в грядущей войне, которую он так старательно разжигает. Вы не помешали Владыке Тьмы, а лишь помогли подготовить почву для нового, еще более страшного урожая.

Кейта и Инсин переглянулись, прочитав в глазах друг у друга одну и ту же печаль — они снова были пешками, которые, думая, что рушат темные замыслы, на самом деле лишь исполняли волю своего противника. Осознание того, что они натворили, обрушилось с сокрушительной силой, но времени на самобичевание абсолютно не было. Кейта перевела взгляд на Хранителя библиотеки. Да, они совершили чудовищную ошибку. Но одну, очень важную для многих душу, еще можно было попытаться спасти.

— Идан, — произнесла удаганка, и ее голос, хоть и дрожал от пережитого шока, звучал уверенно. Она сделала шаг к нему и видела, как мужчина вздрогнул, услышав это имя. Словно оно было забытым эхом из другой жизни. — Послушай, мы…

— Откуда ты… — пробормотал пленник Нижнего мира, отступая на шаг. Возобладав над эмоциями, он снова надел непроницаемую, равнодушную маску. — Неважно. Этого имени больше нет. Есть только Азраил. Хранитель и Слуга.

— Нет, — настойчиво сказала Кейта, делая еще один шаг. — Ты — Идан. Верховный шаман клана Созвездия Большой Медведицы. Учитель и друг!

— Что вы знаете об этом, — с грустной ухмылкой ответил Азраил, отводя взгляд в сторону. — Я давно не имею никакого права носить это имя. Как тот, кто проиграл. Кто бросил свой народ и позволил сделать из себя безвольную марионетку.

— Ты не проиграл, — вмешался Инсин, подходя с другой стороны. — Эти воспоминания ложные, твой Хозяин, похоже, постарался. Идан сражался до последнего и не бросал свой народ. Защищал его до последнего вдоха!

Азраил посмотрел на них, и в его темных, затуманенных вековой скорбью глазах мелькнуло недоумение.

— Кто… вам это все рассказал?

— Торвальд, — поспешила ответить Кейта. — Твой ученик и близкий товарищ. Он искал тебя все это время, верил, что ты не исчез окончательно, и все еще с нетерпением ждет твоего возвращения!

При упоминании этого имени душа шамана содрогнулась. Азраил опустил руки.

— Торвальд?.. Он жив?

— Еще как жив, — кивнул Инсин. — Торвальд теперь верховный вождь клана Синего Нарвала. Он помог нам попасть сюда.

Нужно было вернуть Азраилу его воспоминания. Дать ему понять, что они пришли не разрушать этот мир, а спасти его из лап зла. Кейта опустила глаза на землю и увидела знакомый гладкий камень. Камень из их священного ручья. Девушка опустилась, поднимая оберег — похоже, его Инсину дал Саян.