Сплатология 2.0 - Джейсон Никки

на склоне покрытого деревьями предгорья. Костер освещал область колеблющимся багровым светом. С обеих сторон костер был окружен толстыми деревянными столбиками. С одной стороны поляны лежали руины старого здания, возможно, церкви. От конструкции ничего не осталось, кроме зловещего фасада, подкрепленного тремя разрушающимися стенами. Фасад был около двадцати футов высотой, в то время как остатки других стен не превышали трех футов. По ту сторону костра, на другой стороне поляны, на фоне окружающего леса выделялось высокое дерево. Его узловатая форма и несвоевременный оттенок золотистых листьев придавали ему потусторонний вид.

Голые мужчины и женщины толпились на поляне. Скопление, возможно, из десяти человек, трудилось у костра. Изи не мог понять, что они делали, но некоторые были на коленях, работая над чем-то, в то время как другие стояли, глядя и направляя. Плохая музыка в стиле кантри играла на бумбоксе.

- Что за херня? - пробормотал Изи.

Когда голые обитатели поляны обратили внимание на него, Изи охватил новый приступ ужаса. Мужчины выглядели как люди, но их лица были устрашающе похожи на морды грызунов. Их глаза представляли собой сплошные черные точки, лишенные эмоций. Они оскаливались в маниакальных ухмылках с расщепленными верхними губами. Серо-коричневый пух покрывал тела как мужчин, так и женщин.

Один из них подбежал к Изи - женщина, судя по ее грудям и отсутствию пениса. Он заерзал, когда она обнюхала его лицо. Подняв связанные руки, он слабо попытался отогнать ее. Она безумно хихикнула, игнорируя его протесты, и провела своим вонючим языком по его щеке. Запах, исходящий от ее покрытого шерстью тела, был букетом коровьего дерьма и потной задницы.

Гуманоидная крысолюдка отступила и поспешила прочь, исчезнув за фасадом разрушенной церкви. Пока Изи ошеломленно оглядывался по сторонам, остальные крысолюди вернулись к своим занятиям. Он подумал о том, чтобы порвать свои путы и убежать, но знал, что они накинутся на него, как только он попробует.

Через несколько минут из дверного проема руин вышла женщина. В отличие от остальных, она не была похожа на грызуна. Ее рыжие волосы свисали над голыми грудями, а бледная кожа светилась, как луна. Крысолюдка следовала за ней по пятам, затем свернула, чтобы вернуться к своим обязанностям.

Рыжеволосая женщина села напротив Изи на второй садовый стул. Она держала опоссума, как младенца, в сгибе руки. Когда она подняла зверька к своей груди, тот начал сосать.

Изи смотрел, не в силах вымолвить ни слова.

Женщина улыбнулась ему.

- Почему ты здесь? - спросила она мягко.

- Я... э-э... пришел проверить свою шлюху, - заикнулся Изи. - Я нашел лагерь... палатку... кровь...

Взгляд женщины остался мягким, когда она с недоумением посмотрела на него.

- Шлюху? Что это за шлюха, о которой ты говоришь?

Изи дрожал от страха и благоговения.

- Лина... Она моя сучка... Я ее сутенер - ее босс. Я думаю, она пришла сюда трахаться, и я хотел убедиться, что она в безопасности.

Выражение понимания осветило лицо женщины.

- Ах... эта Лина - шлюха, и ты ее хозяин.

- Думаю, можно сказать и так, - ответил Изи.

Женщина погладила опоссума, который сосал ее грудь.

- Вселенная состоит из бесконечного числа циклов - циклов природы, циклов насилия, циклов любви. Эти циклы не только связаны, но и сплетены вместе, как кольчуга. Для кого-то эта кольчуга защищает от камней и копий невзгод. Других ее тяжесть затягивает в трясину отвращения и отчаяния. В своей жизни я одерживалa победы и былa оправданa, прикрываясь доспехами. Я также тонула под ее бременем.

- Кто ты? Что это за место? - спросил Изи, не понимая ее слов.

- Я связана с этой землей, a эта земля - со мной. Это мои дети. Раз в год, во время весеннего равноденствия, я позволяю им возвращаться в человеческую форму - ну, почти, - oна улыбнулась своему опоссуму. - Маленький Джек вполне доволен оставаться опоссумом. Он - уникальная и особенная душа. Но остальные счастливы принимать человеческую форму и пировать.

- Пировать? - переспросил Изи.

Женщина кивнула.

- Даже проклятые иногда заслуживают передышки. Обычно они охотятся на оленей и кроликов. Однако в этом году природа сочла нужным одарить их необычной щедростью.

Изи сглотнул.

- Что бы это могло быть?

- Увидишь сам, - сказала она, жестом указав на костер.

Изи повернул голову. Его челюсть отвисла от зрелища. Два тела были связаны, как индейки, грудью кверху, руки связаны за спиной, ноги согнуты и прикреплены к груди. Они были выстроены друг за другом. Изи мог сказать, что их выпотрошили и грубо зашили обратно. Ветки трав торчали неряшливо из широко расставленных швов.

Несмотря на отсутствие головы и без половых признаков, первое тело, по-видимому, принадлежало белому мужчине. Изи знал, что вторым была Лина. Ее шоколадная кожа и пышные груди выдали ее. Ее голова была цела, но ее вставили в выдолбленную заднюю часть тела белого мужчины. Крепкий деревянный вертел, не менее двадцати футов длиной, пронзал их обоих. Он вошел в ее зияющий зад, прошел вдоль позвоночника, вышел изо рта, прошел через его тело и вышел между его безголовыми плечами.

Даже в своем полном отвращении, смешная мысль пришла в голову Изи. Он вспомнил один День благодарения, когда его дядя Омар сделал турдакен[17] - индейку, фаршированную уткой, которая, в свою очередь, фарширована курицей. Какое забавное слово, - подумал он. - Этот чувак - говнюк, а эта сучка - дура и обожает трахаться с говнюками. Получается не "турдакен", а "дуратрах"

Четверо крысолюдей, по два с каждого конца, подняли вертел. Они работали как единое целое, общаясь на щебечущем языке, которого Изи не узнал. Крепкий вертел едва гнулся под весом их сомнительного пира, когда они готовились поднять его на Y-стойки по бокам огня.

- Остановитесь, дети мои, - позвала женщина.

Четыре человека, маневрирующих вертелом, остановились и направили свои глаза-бусинки на женщину.

- Подготовьте место еще для одного, - приказала женщина.

Когда мужчины опустили вертел на землю, несколько других подошли к Изи.

- Почему? - спросил он, слезы жгли глаза. - Что я сделал?

Выражение женщины стало строгим.

- Те, другие, стали законной добычей для моих детей, как только они совокупились на нашей земле. Ты - как хозяин шлюхи - связан с ними и поэтому разделяешь их вину.

Один из мужчин вытащил Изи из стула за путы на лодыжках и потащил к странному дереву на краю