Индиана Джонс. Путешествие по следам героя - Сальва Рубио

в храм… и тут вставляет своё слово Спилберг: «Он проходит через тень, и на нём оказываются два тарантула, а потом четыре». Затем Лукас подробно описывает ловушки в храме – такие, какие же затем и были изображены в фильме: активируемые по свету копья ядовитые дротики… Спилберг замечает, что это, по сути, похоже на планирование аттракциона в Диснейленде, но тогда он и предположить не мог, что когда-нибудь у Индианы Джонса там действительно появится свой аттракцион!

Стивен продолжает: он хочет, чтобы одна из ловушек привела в действие гигантский валун. Лукас кивает и продолжает описывать статуэтку на постаменте, последнюю ловушку, которая закрывает храм, и… действие тут же переносится в Вашингтон, в экспозиционную сцену, где главный герой предстаёт в роли преподавателя. Там ему представляются два агента армейской разведки, которые перед доской объясняют «про ковчег – не уверен, как он называется – Ковчег Завета или что-то в этом роде». Затем речь заходит про роль нацистского оккультизма в сюжете, и Лукас отмечает, что главный герой должен быть скептиком и циником, не верящим во все эти вещи.

Далее собравшиеся начинают описывать заклятого врага главного героя, о котором у них есть два представления: первое – что он тоже археолог, торговец алмазами, скупщик, в духе Дональда Плезенса. Это некий испорченный, но весьма сообразительный человек, «как Мориарти», который крадёт всё, что достаётся главному герою, из-за чего между ними начинается профессиональное соперничество. Понятно, что они начинают определять характер Беллока. До конца разговора они будут сомневаться в его национальности (немец, француз, итальянец, араб) и возрасте; в качестве примеров они приводят Макса фон Сюдова, Омара Шарифа или Сидни Гринстрита.

Что касается «любовного интереса», то поначалу ясно только, что это женщина, которая заинтересована в нём, помогает ему, чтобы получить часть денег, и живёт в Непале, где работает в «баре Рика» (отсылка к «Касабланке»). Постепенно им удаётся нащупать рамки того, что сегодня представляется одним из самых спорных аспектов фильма: разницу в возрасте между героем и пока ещё безымянной девушкой (в будущем Мэрион). Стивен отмечает, что у главного героя должен быть наставник, которого мы никогда не увидим, «главный археолог», научивший его всему, что он знает (в итоге им окажется Эбнер Рэйвенвуд).

Уже здесь проясняются детали будущего сюжета: немцы копают не там, где надо, герой находит настоящее место ковчега и вместе с девушкой оказывается внутри. Долгое время собравшиеся пытаются определить, какая опасность их там подстерегает (вода? песок?), в конце концов решают, что это яма, полная змей. Затем они описывают сцену, в которой герои верхом на лошадях преследуют «один из тех покрытых брезентом грузовиков Warner Bros». В кабине происходит драка, которая заканчивается в деревне («С разбегающимися курами», – отмечает Спилберг, добавляя, что «это Буллит на улицах Каира»), после чего они садятся с ковчегом на пиратский корабль (сначала было предложено, что это корабль китайцев, затем литовцев, а под конец – чёрных пиратов), после чего этот корабль останавливает флот подводных лодок (в итоге остаётся только одна подводная лодка). Герой привязывает себя к перископу (которого в фильме нет, но есть в комиксе), и фильм, предположительно, должен закончиться на одном греческом острове, где ковчег открывают, и из него вырывается «молния или электрический заряд, уничтожающий врагов». Потом ковчег доставляют в Вашингтон и оформляют по бюрократическим процедурам, оставляя его храниться на большом складе. Как замечает Лукас: «Выходя из кинотеатра, зрители должны полагать, что он [ковчег] до сих пор лежит на одном из тысячи армейских гигантских складов».

С другой стороны, остаётся решить одну из, пожалуй, самых больших проблем сценария – механизм соревнования главного героя и нацистов в поисках Колодца душ и то, как его должны найти. Постепенно вырисовываются идеи медальона, Индианы «в костюме Лоуренса Аравийского», скипетра, Зала Карт и солнечного луча, как это будет представлено в фильме; проскальзывает даже шутка о том, чтобы воспользоваться нацистским флагом как верёвкой, с помощью которой можно будет выбраться из ямы.

Ещё одна идея, которая в более или менее оформленном виде войдёт в фильм, – «летающее крыло» (самолёт, который в конце концов появляется, но не взлетает). В ходе того же обсуждения рождаются уже даже такие известные впоследствии фразы, как «Я придумываю это на ходу» («I’m making this up as I go») или «Почему это должны быть змеи?» («Why did it have to be snakes?»). Персонаж Тота обрисован в общих чертах как «любитель пыток», высокий и в большом плаще. Придумана даже шутка про вешалку и плащ.

Любопытно, что тогда же появляется персонаж Саллаха (здесь его называют «Сабу»): «Надсмотрщик», старый друг, сын которого присоединяется к Инди и везде ходит с ним. Очевидно, что, несмотря на первоначальную принадлежность семье Саллаха, этот мальчишка в итоге превратится в Коротышку из «Храма судьбы». Также описана сцена боя на мечах, как и сцена похищения Мэрион (и её переодевание в «странную одежду»), так как по сюжетным соображениям её нужно как-то отстранить; в качестве визуального приёма, который бы заставил Инди подумать, что она мертва, Спилберг упоминает «Одержимость» Хичкока. На протяжении довольно долгого времени собравшиеся разрабатывают «персонажа» обезьянки, «одетой по-арабски» и «отдающей нацистское приветствие» (хотя также выдвигаются предложения показать кота или мангуста); высказывается и идея гибели животного от отравленных фиников (или, возможно, оливок).

Ещё один элемент, который они долго обсуждают, – происходящее на подводной базе. В фильме база показана мимоходом, но на совещании обсуждался вариант с палатками, в которых открывают ковчег, и с погоней по туннелям, после чего энергия ковчега активирует торпеды с боеприпасами и весь остров взрывается. В итоге этот вариант был исключён – возможно, потому что, по словам Лукаса, «так заканчиваются все фильмы о Бонде».

Некоторые идеи, выдвинутые во время «Совещания по поводу сюжета о Похитителях», впоследствии нашли отражение в «Храме судьбы». Так, например, при обсуждении врагов в качестве одного из вариантов предлагался китайский мафиози – нетрудно увидеть в нём будущего Лао Че. Рассматривались также директор музея в Шанхае, пират, безумец в доспехах или рыцарь, живущий в особняке с произведениями искусства (Донован из третьего фильма?). Также обсуждалась сцена, которая происходила бы в клубе в стиле «Касабланки», где главного героя отравляют (в будущем это клуб «Оби-Ван») с упоминанием «кабацкой певички» (которой в итоге окажется Уилли Скотт).

Идея побега на самолёте из Шанхая и то, что самолёт принадлежит Лао Че, возникает также уже на этом совещании, но собравшиеся затрудняются решить, где самолёт разбивается и как спасается главный герой: в море, на горе, среди сидений, обложенный со всех сторон спасательными жилетами? Наконец Спилберг предлагает