История Мелинды Джонс. Кровавый рейс - Яна Сова

различимый в застоявшейся тишине шепот, который никак не мог принадлежать девушке-подростку. Таким голосом мог обладать лишь старый, умирающий от затяжной болезни человек. – Что… произошло?

Как только слова сорвались с губ, Мелинда запрокинула назад голову и зашлась в надрывном булькающем кашле. Изо рта девушки вытекали потоки густой черной крови.

Близняшка бросилась к стеклянному шкафу и с небывалой скоростью принялась копаться в его содержимом в попытке отыскать все необходимое от ожогов. Тем временем до ушей Мелинды доносился каждый воспроизводимый в комнате шорох. Эти звуки теперь раздавались почему-то в миллионы раз громче, чем прежде. Каждый стук болезненным толчком отзывался внутри ее черепа. Казалось, еще немного, и от нарастающей какофонии у нее просто лопнет голова.

Когда девушка пыталась сфокусировать взгляд на предметах или силуэте Вэллы, перед глазами начинали хаотично выплясывать черные пятна, а вслед за ними накатывали ужасные волны боли и тошноты, заставляющие несчастную морщиться, скрежетать зубами и громко стонать.

Мучительные стенания Мелинды подстегивали Вэллу: она смахивала все аккуратно разложенные медикаменты и переворачивала содержимое шкафа вверх дном.

Когда Вэлле удалось собрать почти все необходимые средства, в коридоре послышались торопливые шаги. Темноволосая близняшка снова опустилась на колени перед Мелиндой и поставила рядом контейнер с грудой стерильных салфеток, пачкой ватных палочек, марлевыми бинтами и дребезжащими бутылочками различных обеззараживающих растворов. Быстро прочистив ватными палочками область носа, рта и ушей для предотвращения дальнейшего повреждения глубжележащих тканей, она схватила дрожащими руками ножницы. Близняшка и не предполагала, что ее знания как любителя научных трудов и опытов пригодятся в подобной ситуации.

– Боже, Вэлла, – влетая в комнату первой, прощебетала Вуди, – почему ты на полу?.. – Слова застряли у нее в горле, как только перед глазами предстала ужасающая картина раскинувшейся на ворсистом ковре Мелинды. Следом за близняшкой в комнату ворвался и Аллан, реакция которого оказалась более бурной и неоднозначной.

Вэлла замерла с ножницами в руке.

– Что произошло?! – громко вскрикнул юноша и, увидев Вэллу, угрожающе нависшую с острым предметом над лежащей Мелиндой, подскочил и насильно оттащил близняшку в сторону. Когда он бросился к любимой и схватил ее ладонь, Мелинда протяжно застонала, и только тогда Аллан посмотрел на руки возлюбленной.

Тоненькие, обгоревшие веточки, слабо напоминающие человеческие пальцы, были покрыты черной сморщенной коркой. Задохнувшись от ужаса и испустив какой-то сипящий звук, Аллан осторожно выпустил руку любимой.

Дела были очень плохи.

Вэлла решительно шагнула вперед, но прямо перед ней выросла грозная, трясущаяся от злости фигура парня.

– Что ты с ней сделала?! – спросил Аллан срывающимся от крика голосом.

– Я? – сурово переспросила близняшка, заглядывая собеседнику прямо в глаза и непроизвольно взмахнув острыми ножницами в руке. – Что я с ней сделала? Стоит ли тебе напомнить, дорогой дядюшка, что ситуация, в которой оказалась Мелинда, – только твоя вина?

Игнорируя ответ близняшки, Аллан продолжил забрасывать Вэллу обвинениями:

– Я попросил тебя рассказать, что случилось, Вэлла, а не читать мне бессмысленные нотации. Если ты помнишь, перед отъездом я просил, чтобы вы с Вуди немедленно перевели Мелинду в защищенную от солнечного света комнату! Ты, черт возьми, клялась сделать это!

Вэлла посмотрела на него испытывающим взглядом, не в силах подобрать подходящих слов. Переведя взгляд на стонущую Мелинду, она сказала:

– Пропусти меня! – И, указывая на распластавшуюся на полу девушку, добавила: – Мне нужно вырезать прилипшие куски ткани вокруг ее тела, потому что их нельзя срывать, и просушить ее ожоги салфетками. А затем все как следует обработать… Пожалуйста, Аллан, перестань тратить драгоценное время. Твои истерики никому сейчас лучше не сделают.

Стискивая зубы, юноша отступил в сторону, освобождая Вэлле дорогу.

– Вам обоим лучше подождать меня за дверью, – заявила близняшка, возвращаясь к Мелинде и беря контроль над ситуацией в свои руки. – Вуди, принеси воды и большую стерильную простыню, чтобы можно было смочить ткань для обезболивания и завернуть Мелинду… И сделай это как можно скорее. Процедура болезненная, поэтому я не думаю, что вам захочется слушать ее крики. Ну же, несите, что я сказала, и ждите в коридоре, позже нам нужно будет решить, что делать дальше.

– Но зачем ее так мучить, Вэлла?! – не удержавшись, воскликнул Аллан. – Это все без толку! Ты прекрасно знаешь, что ей нужно дать…

– Я сказала, убирайтесь за дверь! Немедленно!

– Аллан, – вмешалась Вуди, осторожно дотрагиваясь до плеча дядюшки, – нам и правда лучше выйти. Чем скорее Вэлла обработает ее ожоги, тем лучше будет для Мелинды.

– Ладно, – проговорил Аллан, попятившись к двери.

Когда Аллан и Вуди закрывали за собой дверь, Вэлла уже разрывала пачку стерильных салфеток, которыми собиралась просушить многочисленные ожоги, а затем прокричала им вслед:

– Ах, да! Позвоните Себастьяну. Расскажите ему обо всем, что произошло. Вы знаете, без его разрешения мы не сможем ей помочь.

16

Прошло несколько часов, как Вуди и Аллан покинули спальню Мелинды, и Вэлла уже заканчивала с обработкой жутких ожогов. Невзирая на обширные повреждения кожи, со своей задачей Вэлле удалось справиться довольно-таки быстро благодаря знаниям, сноровке и удивительной концентрации.

Вскоре темноволосая близняшка выглянула в коридор и попросила сестру и дядю помочь перенести обездвиженное, завернутое во влажную простыню тело Мелинды на кровать. Слушая ее умоляющие жалобные стоны, каждый понимал: Вэлла лишь отсрочила трагедию, и гостье с каждой минутой будет все хуже и хуже. Времени оставалось очень мало, и в ближайшие часы им предстояло решить, как поступить с бедной девушкой.

Они в нерешительности замерли рядом с постелью Мелинды.

– Насколько все серьезно? – тихим голосом спросила Вуди.

Аллан, испепеляя Вэллу враждебным взглядом, уже открыл было рот, но в этот момент снова заговорила Вуди:

– Мы можем как-то облегчить ее боль?

– Она на пределе, – заметила Вэлла, игнорируя второй вопрос сестры. – Если не дать ей кровь в ближайшие два-три часа, она умрет. Ее человеческое тело не сможет перенести таких серьезных травм, и начатое обращение не будет закончено…

– Но… – осеклась Вуди. – Разве она недостаточно времени провела в постели, пока ее организм перестраивался и набирался сил? Прошло уже больше четырех дней, я думала…

– Нет, – запротестовала Вэлла. – Вот если бы она просидела взаперти еще недельку, то у нас был бы