Кейта: Дочь Леса. Книга 2 - Мария Эмви

Кейта ощутила то, как она перестала быть всепоглощающей. Тепло его руки, отчаяние ее хватки — это было настоящим, реальным. И эта реальность стала тем самым спасительным кругом. Юноша и девушка крепко вцепились друг в друга, став центром урагана из боли и страха. Что бы ни происходило в их разуме, какие бы кошмары ни насылал на них их враг, они не отпустят. Они должны быть вместе, они выдержат это! Вместе.

Эрлик смотрел на Кейту и Инсина, и на его идеальном, костяном лице впервые промелькнуло раздражение. Его пытка не работала так, как должна была! Эта презираемая им парочка лишь подпитывала друг друга своей болью и своей любовью. Злой дух понял, что индивидуальные пытки бессильны — пришло время для общего кошмара.

— Не хотите поодиночке? — по-змеиному прошелестел Эрлик, его голос был полон разочарованного яда. — Что ж, будет по-вашему.

Иллюзии, терзавшие каждого из них, схлопнулись. Огонь, горе, обвинения — все исчезло, сменившись непроглядной темнотой. Кейта, Инсин и Идан стояли в пустоте, где не было ни верха, ни низа, ни каких-либо звуков. А потом они почувствовали нечто странное, пугающее до глубины души. Чье-то незримое присутствие. Это было нечто огромное, древнее и непостижимое, что проснулось в этой темноте. Оно дышало. Кейта услышала медленный, глубокий вдох, который, казалось, втянул в себя остатки света и тепла из их душ. А затем — выдох. Вместе с этим выдохом мир вокруг начал обретать форму. Пленники Нижнего мира стояли на чем-то упругом, под ногами что-то ритмично пульсировало, словно гигантское сердце. Стены вокруг были уже не ледяными, а такими же живыми. Мясистыми, темно-красными, покрытыми сетью извивающихся, как змеи, синих вен. Они были внутри какого-то живого организма колоссальных размеров.

Ту-дум.

Утробный, раскатистый звук ударил узникам в грудь, заставляя вибрировать каждую косточку.

Ту-дум.

Это действительно было сердце! Кейта, Инсин и Идан стояли внутри гигантского, черного сердца! Но что самое жуткое, оно было не одно. Вокруг, в багровом полумраке, удаганка увидела и другие — десятки, сотни пульсирующих, истекающих темной кровью, сердец, соединенных друг с другом венами-капиллярами, уходящими во тьму.

И тут Кейта поняла, что это за место, от этого понимания девушку затошнило от ужаса. В ее голове всплыли слова, сказанные Иданом в Библиотеке Неспетых песен, когда была обнаружена пропажа книг. «Кажется, я знаю, куда он понес книги. К своему источнику силы, черному сердцу этого мира. Он собирается провести ритуал, наполнить эти пустые оболочки своей волей и ненавистью». Девушка с тревогой посмотрела на Хранителя библиотеки, словно хотела опровергнуть свои предположения. Но, судя по его усталому, практически разочарованному взгляду, который мужчина ответил юной шаманке, шансов на другие варианты не было. Все эти сердца… это были сердца тех, чьи истории не были до конца спеты. Судя по всему, ритуал Эрлика был успешно проведен — эти светлые души погрязли во мраке и страданиях, и каждый удар сердец был пульсирующей ненавистью. «Ну как, нравится? — прозвучал в головах пленников Нижнего мира мелодичный, насмешливый голос Эрлика. — Только взгляните, насколько каждый уникален. Каждое сердце бьется в своем собственном, неповторимом ритме отчаяния!»

Внезапно одно из сердец начало биться чаще, яростнее, налилось чернотой, и на его поверхности, как язвы, проступили руны. С потолка, который был похож на внутреннюю сторону грудной клетки, начали сочиться капли — густые и черные, как деготь. Они падали на пол, и там, где они падали, из пульсирующей плоти начинали расти существа. Уродливые, кошмарные пародии на жизнь. У одного вместо головы был клубок извивающихся червей. У другого — множество ртов, из которых торчали острые осколки костей. Третий был просто массой глаз, прилепленных к студенистому, дрожащему телу. Это была армия Эрлика, рожденная не из мертвой плоти, а из чистой эссенции отчаяния, выжатой из страдающих душ. Монстры, шатаясь, поднимались на ноги и, как лунатики, поворачивались в сторону Кейты и Инсина. Их безмолвные, искаженные рты были открыты в неутолимом голоде.

— Мои детки голодны, — мягко проворковал Эрлик в головах своих пленников. — Им так не хватает света, жизни и надежды. А вы… принесли им целый пир!

Чудовища неотвратимо начали двигаться на них. Они шли медленной, сомнамбулической походкой, от которой становилось еще страшнее. Идан, стоявший рядом с Кейтой и Инсином, выставил вперед руку, пытаясь создать защитный барьер, но его магия здесь, в этом месте абсолютной власти Эрлика, была слаба. Светлый щит вспыхнул и тут же погас.

— Я не могу… — прохрипел мужчина, стиснув зубы. — Их слишком много.

Неужели это был их конец? Окруженные армией кошмаров, рожденных из чистой боли, Кейта и Инсин не могли сражаться, бежать тоже было некуда. И когда первое существо, истекающее черной слизью, протянуло к ним свою когтистую руку, Инсин сделал единственное, что мог — оттолкнул Кейту за свою спину. Он был готов умереть, в голове набатом звучала единственная мысль: «Нужно защитить ее!» Но в тот самый момент, когда когтистая лапа чудовища почти коснулась плеча Инсина, а отчаяние в сердцах пленников достигло своего дна, произошло нечто, чего не ожидал даже сам Эрлик. Из ниоткуда возник ослепительный свет. Он не был похож на теплое, золотое сияние Тэнгри — этот свет был яростным и абсолютным. Словно свет рождающейся звезды, который с невыносимой силой ударил по этому царству пульсирующей плоти и тьмы. Чудовища, рожденные из мрака, взвыли от боли и начали таять так же быстро, как снег на раскаленной сковороде, испаряясь под натиском этого света. Мясистые стены начали съеживаться и чернеть, словно от невыносимого жара, а пульсирующие сердца забились в агонии.

— Что⁈ — голос Эрлика был полон не столько ярости, сколько неверия в происходящее. Он прекрасно понимал, что это означает, была лишь одна сила в Нижнем мире, способная породить такой очищающий свет. И принадлежала она не богам, а тому, кто решил принести сакральную жертву. — Азраил!..

Его послушная марионетка, его верный раб ослушался. Он использовал запретное заклинание — «Великое Изгнание». Древняя магия, о которой знали лишь немногие шаманы, способная силой воли и ценой собственной души разорвать связь заблудших душ с Нижним миром и насильно вытолкнуть их обратно, в Средний. Идан стоял позади Кейты и Инсина, выпрямившись во весь рост, и от всего его существа исходил этот невыносимый для детей Тьмы свет. Его глаза горели, словно два солнца. Великий шаман знал, что делает. Он прекрасно понимал, что наказание за использование такого заклинания здесь, в самом сердце владений Эрлика, не просто смерть, а абсолютное небытие. Идан навсегда будет стерт из ткани мироздания. Но