Битва за космос. СВО и «космическое» оружие будущего - Александр Борисович Широкорад

В соответствии с этой резолюцией государства, запускающие космические объекты, с 1962 г. стали направлять в ООН на добровольной основе информацию о космических объектах, запущенных ими «на орбиту и дальше». Таким образом, в число регистрируемых в ООН космических объектов не входят метеорологические и геофизические ракеты. Отдел по вопросам космического пространства Секретариата ООН заносит получаемые от государств сведения в специальный реестр, а копии этих сведений рассылаются всем государствам – членам ООН.

Регистрация космических объектов в ООН носит характер централизованного учета космических объектов, запускаемых государствами и международными организациями, и обеспечивает, в случае необходимости, дополнительные средства идентификации таких объектов.

С вступлением в силу Конвенции о регистрации объектов, запускаемых в космическое пространство (15 сентября 1976 г.), национальная и международная регистрация космических объектов для участников этой конвенции приобрела обязательный характер.

Согласно конвенции, государство регистрации направляет Генеральному секретарю ООН сведения о каждом космическом объекте, занесенном в его регистр (название запускающего государства или государств, обозначение или регистрационный номер объекта, дату и территорию или место запуска, основные параметры орбиты, общее назначение космического объекта). Государство регистрации «в максимально возможной степени и в ближайший практически осуществимый срок» уведомляет Генерального секретаря ООН об объектах, которые больше не находятся на орбитах вокруг Земли. К информации, содержащейся в реестре ООН, обеспечивается полный и открытый доступ.

С регистрацией космического объекта связаны определенные юридические последствия как для самого космического объекта, так и для его экипажа.

В ст. VIII Договора по космосу сказано, что «государство – участник Договора, в регистр которого занесен объект, запущенный в космическое пространство, сохраняет юрисдикцию и контроль над таким объектом и над любым экипажем этого объекта во время их нахождения в космическом пространстве, в том числе и на небесном теле». Государство сохраняет свои суверенные права в отношении своих космических объектов и их экипажей во время их пребывания в космическом пространстве и на небесных телах.

Договор по космосу устанавливает также, что права собственности на космические объекты «остаются незатронутыми» как во время их нахождения в космическом пространстве, так и после их возвращения на Землю. Иными словами, космические объекты и их составные части во время пребывания в космосе и после их возвращения на Землю принадлежат тем же государствам, юридическим или физическим лицам, которым они принадлежали до полёта.

Из ст. VIII Договора по космосу вытекает, что юрисдикция и контроль государства регистрации в отношении экипажа не ограничиваются только рамками самого космического объекта. Поскольку в тексте статьи говорится о юрисдикции и контроле над экипажем космического объекта (а не над экипажем, находящимся на борту космического объекта), юрисдикция и контроль государства регистрации распространяются на членов экипажа не только во время их пребывания на борту космического объекта, но и при их выходе в открытый космос, нахождении на небесном теле за пределами своего корабля или станции.

Вопрос о том, какое государство может осуществлять юрисдикцию и контроль над космическим экипажем в случае его аварийного приземления на зарубежной территории или в открытом море, а также во время пролета космического корабля через воздушное пространство другого государства и над открытым морем, до сих пор не урегулирован специальными нормами международного космического права. На практике это означает, что при аварийном приземлении на чужой территории на осуществление юрисдикции и контроля над космическим экипажем могут одновременно претендовать несколько государств. Вместе с тем очевидно, что космонавты не могут рассчитывать на иммунитет от юрисдикции государства, в пределах территории которого они находятся, если их действия представляют угрозу безопасности этого государства.

Обеспечение непрерывной и высококачественной связи космического объекта с центром управления космическими полётами и пунктами наземно-измерительного комплекса является непременным условием нормальной работы экипажа космического объекта в обычной обстановке и становится жизненно важным фактором в аварийной ситуации. Распределением полос радиочастот на международной основе для различных видов космической деятельности с целью предотвращения взаимных помех и нарушений радиосвязи уже на протяжении многих лет занимаются Международный союз электросвязи (МСЭ) и подчиненные ему органы. Регламенты радиосвязи, вырабатываемые на всемирных административных радиоконференциях МСЭ, приобретают силу международного договора и в части, касающейся космической радиосвязи, должны рассматриваться как один из источников международного космического права.

Международное право гарантирует право исследования космического пространства любому государству. В этом отношении все попытки США запретить запуски искусственных спутников Земли КНДР, Ирану и другим странам абсолютно незаконны.

Как видим, существующее международное космическое право довольно несовершенно.

Оно не запрещает использование всех видов вооружений, за исключением оружия массового поражения. Ничего не говорится об «инспекциях» чужих космических аппаратов, допустимом расстоянии приближения к чужим космическим аппаратам и т. д.

31 августа 2006 г. президентом США был одобрен документ под названием «Национальная космическая политика США 2006 г.».

Этот документ пришел на смену Национальной космической политике, одобренной 14 сентября 1996 г. президентом У. Клинтоном в директиве /NSC–49/NSTC–8, и внес в нее существенные изменения. Ключевой особенностью Национальной космической политики 2006 г. является закрепление в ней положений, открывающих возможности для милитаризации космоса и провозглашающих право США частично распространить национальный суверенитет на космическое пространство. Рассмотрим наиболее спорные положения указанного документа

В абзаце 2 раздела 1 Национальной космической политики 2006 г. указывается: «Свобода действий в космосе так же важна для США, как мощь на море и в воздухе».

Раздел 2 документа перечисляет принципы деятельности США в космосе:

«– Соединённые Штаты привержены принципу исследования и использования космического пространства всеми нациями в мирных целях и в интересах всего человечества. В соответствии с этим принципом, “мирные цели” предполагают возможность для США осуществлять действия, связанные с обороной и разведкой для обеспечения своих национальных интересов;

– Соединенные Штаты не признают претензий любого государства на распространение его суверенитета на космическое пространство, небесные тела или их часть, и не признают любые ограничения фундаментального права Соединенных Штатов осуществлять деятельность и получать информацию в космосе;

– Соединенные Штаты будут стремиться к сотрудничеству с другими нациями в процессе мирного использования космоса в целях увеличения выгод от использования космоса, содействия исследованию космоса и защиты и продвижения свободы по всему миру;

– Соединенные Штаты признают право на свободный пролет и осуществление деятельности в космосе космическими системами без каких-либо вмешательств. В соответствии с этим принципом, Соединенные Штаты рассматривают любое целенаправленное вмешательство в работу их космических систем как ущемление своих прав;

– Соединенные Штаты рассматривают космическую инфраструктуру – включая наземные и космические сегменты и связь между ними – как критически важную для своих национальных интересов. В соответствии с этой политикой, Соединенные Штаты будут: охранять свои права, свою инфраструктуру и свободу действий в космосе; убеждать или принуждать другие страны воздерживаться от нарушения этих прав или от создания инфраструктуры, способной воспрепятствовать