Ты идешь, Победа… Писатели – фронту! От Великой Отечественной до СВО. 1941–2025 - Коллектив авторов

В сборнике «Жестокая правда войны», подготовленном работниками Волховской районной библиотеки, Юрий Сяков, покойный уже газетчик, краевед, писатель, разместил перевод другой «Волховской песни» – стона оккупантов, немецких солдат, припёршихся в наши северные просторы. В ней неизвестный автор проклинает все российские «прелести»: болота, комаров, разбитые дороги. Для оккупантов горло Поволховья оказалось мукой, грубо говоря – глубокой задницей. Это не по Европам маршировать без сопротивления!

Где мир заколочен досками,

Где вместо дорог

ты видишь только гати,

Где падаешь брюхом

в болото и грязь,

Вот мы где – это задница мира!

Каждый куплет песни – ступенька в ад, причём последняя строка, весьма характерная, рефреном проходит через всю песню, замыкая очередной куплет. Две песни – два мировоззрения и подхода к долгу солдата. Кстати, в Старой Ладоге, в древней нашей столице на Волхове, на памятниках и даже вывесках царит символ – священный знак Рюрика: падающий, пикирующий на добычу сокол. Ререг по-старорусски и значит сокол! Именно он послужил основой украинского герба, который примитизировал древнее героическое изображение почти до бытовой вилки.

Теперь в стране, ведущей военную операцию, стало особенно понятно не из книг и фильмов, а из реальных репортажей и скорбных списков с посмертными наградами, что самым важным фактором победы советского народа в Великой Отечественной войне стал массовый героизм. Это касается и сталинских соколов – около 500 советских летчиков применили в воздушном бою таран! Десятки экипажей, как и капитан Николай Гастелло, как и экипаж моего старшего брата, направили свои горящие самолеты на скопления боевой силы противника. Первые три летчика, получившие звание Героя буквально в самом начале войны (приказ от 8 июля), награждены за воздушные тараны. Это были летчики-истребители: Михаил Жуков, Сергей Здоровцев и Петр Харитонов. Совершив тараны немецких бомбардировщиков 28–29 июня, все они остались живы. Лауреат Сталинской премии, военный корреспондент Александр Твардовский написал стихи, посвящённые им – тогда поэты не гнушались впрямую славить героев, – в достоинствах самих стихов разберётся время:

И столько себя еще в схватках лихих

Покажут советские люди.

Мы многих прославим, но этих троих

Уже никогда не забудем.

Запомним же русские их имена,

Что дороги будут для внуков,

Здоровцев Степан – командир их звена,

Пилот Харитонов и Жуков.

Не все из них дожили до Победы. Степан Здоровцев вскоре не вернулся с боевого задания, а Михаил Жуков погиб 12 января 1943 года, когда прозвучала «Волховская застольная». Политработники ставили троицу в пример, выпускали листовки со стихами Твардовского. Вскоре их подвиг повторили многие советские летчики. Одним из них стал уроженец села Михайловское Плавского района Тульской области Александр Лукьянов. 4 июля 1941 года Лукьянов совершил свой боевой подвиг – таранил самолёт врага – первый таран в 159-м полку. Звание Героя Советского Союза с вручением ордена Ленина и медали «Золотая Звезда» (№ 541) младшему лейтенанту Лукьянову Александру Михайловичу присвоено 22 июля 1941 года. Замечательный поэт с Ладоги Александр Прокофьев тут же посвятил Герою стихотворение:

Ему ль отваги занимать,

Он мстит за все свое,

Он любит Родину, как мать,

Он кровный сын ее.

За боль долин, за кровь полян,

За наше бытие,

Одним из первых на таран

Он вышел за нее!

За все: за всю тоску утрат,

За рощи, за луга,

За город светлый Ленинград —

Он в землю вбил врага!

В последующих боях А.М. Лукьянов сбил и вбил в землю еще четыре вражеских самолета лично и пять в группе. Он часто дежурил над знаменитой Дорогой жизни, сопровождая тяжёлые транспортные самолёты, доставлявшие боеприпасы и продовольствие блокадному Ленинграду. Сталинский сокол погиб 28 января 1942 года, в районе Волхова. Надо заметить, что до лета 1943 года фашисты имели преимущество в воздухе. Только в воздушных боях на Кубани советские летчики «под крылом» И.А. Покрышкина впервые достигли превосходства и с того времени не уступали его.

Голос Ленинграда

Особая страница из истории военной радиожурналистики и фронтовой поэзии – творческий подвиг Ольги Берггольц. Все 872 дня тяжелейшей блокады Ленинграда рядом с измученными горожанами был выразительный и задушевный голос поэтессы Ольги Берггольц. Ее выступлений по радио ждали, не отходя от репродукторов, тысячи человек. Голос Берггольц давал им надежду, веру и силу жить дальше: она в эфире – город не пал, борьба продолжается.

Отсюда передачи шли на город.

Ольга Берггольц. Фото из архива А. Боброва.

Ольга Фёдоровна, хотя писала стихи с детства и печаталась с 14 лет, была профессиональной журналисткой. Дитя рабочей Нарвской заставы окончила филфак Ленинградского университета, но отправилась в Казахстан корреспондентом газеты «Советская степь». Спустя год она вернулась в родной город, где вскоре вышла замуж за своего бывшего однокурсника Николая Молчанова. Жизнь казалась прекрасной: Ольга много писала, печаталась в журнале «Чиж», издала свою первую детскую книгу – «Зима – лето – попугай». В 1932 родила еще одну дочь. Беда накатила внезапно. В 1933 году умерла годовалая Майя. А еще спустя три года, от осложнений на сердце после перенесенной ангины, – старшая дочь Ирина. Как вспоминали близкие Берггольц, она так переживала потерю детей, что буквально находилась на грани жизни и смерти, опускаясь на дно страшной депрессии.

И тут наступил 1937 год, бывшего мужа – замечательного поэта Бориса Корнилова – арестовали по подозрению в участии в антисоветской организации и расстреляли в феврале 1938-го. Вскоре пришли и за Берггольц. Ее задержали в ночь с 13 на 14 декабря того же года как «участницу троцкистско-зиновьевской организации» и доставили в Шпалерку – тюрьму Большого дома. В постановлении об аресте говорилось, что Ольга Берггольц входила в группу, готовившую террористические акты против руководителей ВКП(б) и советского правительства (Жданова и Ворошилова). Против Ольги под угрозами и побоями дал показания ее давний друг Леонид Дьяконов, с которым она работала в «Советской степи» в Казахстане. Она провела в тюрьме 171 день, в тюрьме она потеряла ребенка: выкидыш случился на шестом месяце беременности.

В июле 1939 года Берггольц освободили за недоказанностью преступления. Она не признала свою вину и никого не оклеветала. Ольга была полностью реабилитирована. Выйти из тюрьмы ей помог тогдашний руководитель Союза писателей СССР Александр Фадеев, который и сам вскоре стал военным корреспондентом, попавшим