«Проект К»: Мясорубка - Олег Алтайский

– На меня нет ни одной жалобы!

– Конечно, с такими колотушками, как у тебя, кто посмеет жаловаться. Иди, майор, работай! Умеете вы сначала поднять настроение, а потом испортить.

Вздохнув, Иванов вышел из кабинета начальника, Евгений Лапин следом.

Вернувшись в свой кабинет, майор подошёл к окну и, посмотрев на улицу, произнёс:

– Где бы нам этого прапора найти? С его опытом он до самой зимы может в лесу прятаться и сырыми грибами питаться.

– А ещё проще ему уехать обратно в Чечню и заниматься тем, что лучше всего умеет.

Произнеся это предположение, Евгений Лапин стащил последние сушки с тарелки и, засунув их в рот, с благодарностью посмотрел на майора.

– Что, проглот, слона бы съел? – улыбнувшись, спросил майор.

– Есть немного.

– Ну, пошли в столовую, я тебя пельменями угощу.

Офицеры вышли в коридор, но им пришлось вернуться обратно, так как в кабинете зазвонил телефон.

Евгений Лапин грустно посмотрел на майора, который моментально передумал угощать его пельменями из столовой, с подозрительно пахнущей начинкой, отдалённо напоминающей мясо. Тяжело вздохнув, он вернулся в кабинет следом.

Майор подошёл к столу и взял трубку:

– Иванов у аппарата. Слушаю вас.

– Здравствуйте, – услышал он в трубке мужской голос.

– Здравствуйте. Чем могу вам помочь?

– Я Симонов Александр, вы оставили свою визитку у моей соседки. Она сказала, что вы разыскиваете меня в связи с убийством моей знакомой.

Майор не верил своим ушам. Он, широко открыв глаза, смотрел на Евгения, который, ничего не понимая, переживал потерянную возможность пообедать за чужой счёт.

Майор собрался с мыслями и произнёс в трубку наигранно безразличным голосом:

– Симонов Александр, ах да, я припоминаю. У нас есть к вам парочка вопросов. Вернее, была. Мы, в принципе, всё выяснили, но, если вам не трудно, загляните к нам на минутку. Дело в том, что мы опечатывали вашу квартиру, и вам необходимо расписаться, что из неё ничего не пропало. После этого вы сможете спокойно в неё вернуться. В противном случае потом все ваши претензии будут безосновательны.

– Хорошо, я сейчас приеду, скажите адрес.

Майор продиктовал адрес управления. Теперь уже Евгений смотрел на него широко открытыми глазами. Он не мог поверить даже в то, что они когда-нибудь выйдут на след подрывника. Что он сам захочет явиться, вообще выходило за рамки понимания. Положив трубку, майор ни о каком обеде даже не вспомнил.

Быстро дав указания своему помощнику, он отправил его встречать фээсбэшников и заниматься с ними уликами. Они ни в коем случае не должны знать, что главный подозреваемый находится с ними в одном помещении. В противном случае, майор считал, что может произойти обычная утечка информации и они снова останутся в стороне от раскрытия такого громкого дела.

Через четверть часа перед майором сидел Александр Симонов. Они молчали и, глядя друг на друга, думали о своём. Майор Иванов разглядывал своего посетителя, и ему не верилось, что вот именно этот человек, самой заурядной внешности, – именно тот, кого они так стремились разыскать.

Симонов, в свою очередь, скромно сидел на стуле и, сложив руки на колени, как послушный первоклассник, ждал начала беседы. В том, что их разговор обещает быть долгим и трудным, у него не было никаких сомнений. Причина его вызова в милицию была вовсе не в опечатанной квартире, а в нём самом. Александр понимал, что он ввязался в заранее проигрышную партию с криминалитетом, и теперь пришла пора за всё расплачиваться. Он понимал, что сам является рабочим инструментом, который выполнил свою функцию, пришёл в негодность, и его пора выкинуть. Например, как пистолет с глушителем после выполненного заказа. Пусть он и чего-то стоит, пусть он мог бы ещё пригодиться в следующий раз. Но он был использован, и его место на дне глубокой реки, в тине, подальше от посторонних глаз. Александр именно так себя и чувствовал: он знал, что его должны придушить или пристрелить и закопать в лесу, пополнив тем самым страшную коллекцию отработанного бандитского инструмента.

Чтобы не оказаться в числе жертв Слона, Александр решил взять на себя убийство Маши, для того чтобы снова оказаться там, откуда он совсем недавно хотел выйти любой ценой. Та цену, которую ему назначили, оказалась слишком высока. К ней он оказался совершенно не готов. Чувствуя свою вину в смерти любимого человека, Александр решил наказать себя сам. Вернуться обратно, в тюремную камеру, для того чтобы сполна получить по заслугам за смерть близкого человека.

Майор взял шариковую ручку, покрутил её в руке и, улыбнувшись, произнёс:

– Ну что, Александр Валерьевич, рассказывайте, с чем вы к нам пожаловали.

– Я хочу сознаться в убийстве своей знакомой.

Майор внимательно посмотрел на посетителя и, что-то взвесив в голове, предложил:

– Давайте, Симонов, не будем пока торопиться с этим эпизодом, а поговорим о другом.

– О чём?

– Я предлагаю вам начать с того самого момента, когда вы ножом убили своего приятеля. Только сразу хочу предупредить: я вам не тот следователь, я другой, и меня абсолютно не интересует та информация, которой вас снабдил в камере авторитет Юрий Семёнович и адвокат Леонид Соломонович. Раз вы сами пришли, то и постарайтесь быть предельно откровенным.

Александр задумался и стал вспоминать то, что, казалось, происходило в другой жизни. Майор Иванов трактовал его поведение по-своему и добавил:

– Понимаете, Александр Валерьевич, то дело закрыто, и я не собираюсь к нему возвращаться. Меня интересует нечто другое. Наш разговор происходит без протокола, мне кое-что необходимо выяснить, чтобы решить для себя, помогать вам или просто упрятать далеко и надолго.

Александр вздохнул и рассказал все так, как было на самом деле. Майор его внимательно выслушал и неожиданно произнёс:

– Ну и дурак же ты, гражданин Симонов.

Александр на него удивлённо посмотрел.

– Да, да. Именно дурак. Вы утверждаете, что в тот вечер крепко выпили со своим приятелем и о чём-то спорили. Потом вам показалось, что ваш друг ударил вас по лицу и вы, рассвирепев, ударили его ножом. Потом вы точно не помните, что было, говорите, что пошли куда-то прочь по набережной и, выбросив орудие преступления в воду, побрели домой. Немного протрезвев, вы поняли, что натворили, и позвонили в милицию.

– Ну да, так вроде бы всё и было.

– Не так всё было.

Александр снова удивился:

– А как?

– Вы говорите, что ваш приятель сидел, прислонившись к гранитной стене набережной правым боком, а вы сидели от него слева.

– Да, перед нами стояла бутылка водки и два пластиковых стаканчика.

– Допустим, я пока не об этом.