Седые мальчики - Галина Алексеевна Беломестнова

– Зачем зимой столько техники на другой конец страны переть? Не могли летом учения спланировать, – проворчал Ершов, потирая прихваченные морозом уши.

– В штабе лучше тебя знают, когда и что проводить, – возразил Андрей.

– По вагонам! – раздалось вдоль поезда.

Первыми забрался сержант, за ним солдаты с автоматами, командир караула забрался в вагон последним. Электровоз подал гудок, и воинский эшелон, в который входили платформы для техники, жилые и крытые вагоны для перевозки грузов, двинулся на запад.

* * *

Совместные учения «Союзная решимость – 2022», были событием неординарным. Впервые в постсоветской истории Россия проводила такую масштабную переброску сил на гигантское расстояние. Российские железные дороги на всем протяжении от тихоокеанского побережья до границ с Белоруссией работали почти как в Отечественную войну. По разработанному графику движения в Беларусь должно было прибыть двести воинских эшелонов – цифра запредельная.

Эшелон 36-й отдельной гвардейской мотострелковой бригады загнали в тупик и поставили под разгрузку на станции Харитоны, что под Брестом. Началась разгрузка. Обдавая бойцов запахом соляры и отработанного масла, танки, БМП, САУ «Акация» съезжали на платформу и, грохоча гусеницами, откатывались дальше, освобождая место для других машин. Караул расположился вблизи железнодорожных путей. По сравнению с Забайкальем здесь было тепло, не ниже десяти градусов мороза. Но пронизывающий ветер, гнавший по белому насту поземку, заметая торчавшую из-под снега жёлтую сухую траву, добавлял холода. Солнце опустилось, и на небе вспыхнули оранжевые полосы. Сумрак поплыл над холмами, просёлком, за которым вставала стена сосняка.

– Бато, сходи до леса, набери хвороста, костёр разожжём, – приказал сержант. – А то у нашего Серёги скоро нос станет синим и отвалится.

Парни дружно захохотали, подшучивая над самым молодым из них.

Пока старший лейтенант расставлял солдат в охранение, отделение соорудило небольшое укрытие из нарубленных веток и привезенной с собой полиэтиленовой пленки. Бойцы расселись у разожжённого костра на принесённые из рощи брёвнышки, достали сухпай и стали ужинать.

* * *

Разгрузка эшелона заняла два дня. После чего батальонно-тактические группы выдвинулись колонной на полигон «Брестский», который находился недалеко от границы с Польшей. Полевой лагерь был обустроен заранее, обнесён по периметру колючей проволокой и охранялся вооружёнными солдатами.

– Готовились белорусы к учениям, – произнёс Роман, шагая рядом с Андреем мимо ровных рядов палаток, оборудованных парков для вооружения и военной техники.

– Это не для нас. Мы будем жить в своих брезентовых палатках с печкой, тех, что привезли в крытых вагонах. Нары соорудим, а вместо постели спальники.

– Я думал, тут теплее. – Сержант хмуро оглядел окрестность.

– Не переживай, не замёрзнем, белорусская сторона обещала дровами обеспечить. Если что, сами сушняк в лесу насобираем. Благо он рядом, – кивнул в сторону елового леса взводный.

– Надо приказать старшине, чтобы узнал насчёт горячего питания. От сухпая уже воротит.

– Ислам ходил в батальон обеспечения. Сказали, что будет трёхразовое горячее питание.

– Вот это хорошо, – обрадовался Роман. – А чаёк мы, командир, и на печке сварганим. Я на одной из стоянок пачку чая хорошего купил.

– Гуран и дня не проживет без крепкого чая с молоком, – весело подначил его Андрей.

– Можно подумать, тебе самому столовский не надоел.

– Надоел. Как только палатку установят, почаюем.

* * *

Для всех подразделений организовали экскурсии в Брестскую крепость. Андрей не смог побывать на ней со своим взводом и попросил у ротного разрешения посетить мемориальный комплекс самостоятельно. Они поехали в Брест-Литовск вдвоем с командиром отделения, которого звали Артём. Приехали туда рано утром. Выложенная красно-белой плиткой дорога вела к бетонной звезде, служившей входом в мемориальный комплекс. Они шли в сторону звезды, когда раздались звуки мелодии первой строчки песни «Широка страна моя родная» и голос Левитана произнёс:

«Внимание! Говорит Москва! Передаем важное правительственное сообщение. Граждане и гражданки Советского Союза! Сегодня, 22 июня, в 4 часа утра, без объявления войны фашистские войска атаковали наши границы во многих местах, подвергли бомбежке наши города: Житомир, Киев, Севастополь, Каунас и другие. Это неслыханное нападение является беспримерным в истории цивилизации вероломством…»

Вслушиваясь в голос диктора, они замерли, словно перенеслись на восемьдесят один год назад – в 1941 год. Реки Буг и Мухавец дышали туманом. Казалось, что сейчас из его пелены появятся немецкие цепи, раздадутся первые взрывы, а из казарм в свою бессмертную атаку, в нижнем белье, оглохшие и окровавленные, с примкнутыми штыками пойдут защитники крепости. Выщербленные пулями и осколками стены, следы разрушений и слова Левитана обрушились на них тяжёлой атмосферой войны.

– Дивизия по плану имела задачу быстро захватить крепость – двадцать второго июня, к двенадцати часам дня, – услышал Андрей голос девушки-экскурсовода, вокруг которой стояла небольшая группа людей. – В полном составе 45-я пехотная дивизия вермахта вела бои с окружённым гарнизоном крепости до третьего июля 1941 года, а затем ещё десять дней зализывала раны – получала пополнение из-за потерь. Немцы вплоть до 1943 года почти не ходили по развалинам. Последний бой произошёл здесь в сентябре. Вели его пограничники заставы лейтенанта Андрея Кижеватова. Совсем недавно в том месте, где шло сражение, были найдены останки наших солдат, на одном из них была пограничная форма.

Андрей и Артём ходили несколько часов по территории крепости, посетили музеи. У монумента «Мужество» возложили красные гвоздики и молча стояли с обнаженными головами, отдавая дань памяти героизму прадедов. После осмотра цитадели над Бугом Артём сказал:

– По фильмам и рассказам я представлял её себе значительно меньше. Представляешь, как тяжело было оборонять такую огромную территорию?

– Представляю. Помнишь надпись на стене: «Я умираю, но не сдаюсь»? Знал о Брестской крепости с детства, а сегодня словно всю душу перевернуло. Мы День Победы превратили в парадное шоу, фильмы о войне не смотрим – надоели, книг о Великой Отечественной не читаем. Артём, да если честно, мы просто в своей нормальной размеренной жизни постарались забыть о них.

Андрей достал пачку сигарет, протянул Артёму и дал прикурить от зажигалки.

– А ребятишек сколько погибло… Они же сюда на каникулы из Ленинграда приехали… Здесь люди готовы были лишить жизни детей и жён, убить себя, лишь бы не оказаться в плену. В наше время я не представляю, кто бы так смог, – глядя на руины бастионов, задумчиво произнес Артём.

* * *

Учения стартовали десятого февраля. Рота разведки отрабатывала на полигоне мероприятия по наступлению, ведению разведки и работе с приборами наблюдения. А двадцатого февраля командир Борзинской бригады собрал в штабе старших офицеров и поставил задачу приступить к погрузке техники на платформы, чтобы переместиться из Брянского