Тайная лаборатория - Александр Александрович Тамоников

— Домой!

Фладин кивнул:

— Слушаюсь, босс!

Таскарев прошел к владельцу ресторана. Тот спросил:

— Как обслужили, Станислав Евгеньевич?

— На уровне, Саркис, на уровне. Мне позвонить надо.

— Вам необходим телефон? Так вон он…

Таскарев прервал владельца ресторана:

— Мне необходимо остаться одному!

— Понял, никаких проблем.

Саркис Оганесов вышел из кабинета.

Устроившись в кресле, бизнесмен набрал по сотовому телефону номер Кумати:

— Алло! Это я.

— Узнал. Как наши дела?

— Встретился с академиком. Нужный нам человек с любовницей проведет вечер и ночь в своем загородном доме.

— Точно?

— Точнее не бывает.

— Хорошо! Отдыхай, друг.

Таскарев решил заехать в офис одной из своих фирм прежде, чем отправиться домой.

Японец же вызвал Миллера:

— Рой! Я свое дело сделал, очередь за тобой.

— Надеюсь, мне не придется долго ждать твоего человека?

— Нет. Это он будет ждать тебя.

— Тогда связь после передачи товара покупателю.

— Да!

Кумати отключил телефон. Все шло по плану. Созвонился с салоном красоты, заказал на ночь девочку. Ему оставалось ждать, как проведет акцию Рой Миллер. Главное, чтобы он передал клиентов Быку. Кумати вышел из кабинета, спустился в общий зал, где встретил хозяина ресторана. Оганесов спросил:

— Все в порядке?

— Да! Спасибо!

— Всегда рад оказать услугу такому человеку, как вы.

— А вот обо мне тебе, Саркис, лучше с этой минуты забыть. Точнее, о знакомстве со мной. Это в твоих интересах.

— Понял. Уже забыл!

— Молодец, схватываешь мысль на лету.

— Благодарю!

— Пока, Саркис. Думаю, мы больше не встретимся. Желаю тебе процветания и расширения бизнеса, пока для этого есть возможности. Скоро конкуренты подопрут так, что только успевай отбиваться.

— А я не отбиваться, я наступать буду!

— Вот это верное решение. Мою машину подашь ко входу?

— Конечно!

— Что ж, тогда я уезжаю.

— Остерегайтесь гаишников, ведь выпили немало?!

Кумати рассмеялся:

— Гаишников? Ну ты дал! Как будто не знаешь, любого из них одной купюрой купить можно. Главное, достоинство купюры.

— Ну, с деньгами-то, конечно. Хотя можно налететь и на неприятность…

— Ты как никогда был внимателен. Удачи тебе, Саркис.

— Удачи, господин Кумати.

Вскоре и японец добрался до своей квартиры. Разделся догола. Прошел в комнату, превращенную в спортзал. Подняв руки к потолку и что-то шепча, японец, медленно раздвигая ноги, опустился на ковер. Из положения шпагата медленно опустил руки. Сделал резкий выдох. Сейчас в мыслях он находился далеко от Москвы. И вообще от всего, его окружающего.

Миллер, получив сообщение Кумати, по одному вызвал на связь всех членов своей боевой группы, нанятой международной террористической организацией, носящей зловещее название «Кровавый закат». Поинтересовался, где кто находится. Боевики ответили. Уйти из России американцам предстояло завтра и без проблем. Впрочем, уйти только троим. Тома Долтона и Милли Прайтон Миллер решил оставить для решения вопроса по Стебрину и… как неминуемая, вынужденная мера, по поводу его двадцатидвухлетней супруги, Виктории Александровны. Если та будет находиться в неподходящий момент дома, а не свалит на случку с каким-нибудь молодым жеребцом. Что спасло бы ей жизнь. Но это как сложится. Как госпоже Стебриной карта ляжет! Сие от Роя Миллера не зависело.

Выйдя из Научно-исследовательского центра, Андорин, уже предупредивший помощницу и любовницу, которую вполне можно было назвать гражданской женой профессора, обратился к ней:

— Как думаешь, Марина, что следует купить для встречи такого гостя, как Стебрин?

— А я думаю о том, с чего это вдруг наш многоуважаемый и бездарный академик напросился в гости? Раньше, когда ты только начинал работу над «Анделем», он на нас даже внимания не обращал. Как сейчас не обращает на других сотрудников центра. По Стебрину было заметно, что твое открытие стало ударом для него. Как же, какой-то Андорин — и вдруг изобрел препарат, способный лечить СПИД! Но, главное, без его, Стебрина, участия. А сейчас он так и старается примазаться к тебе. Не удивлюсь, если он заявит о своем вкладе в решение такой важной для человечества проблемы.

— Ты слишком строго судишь директора Центра, Мариша. Да, он в прямом смысле не ученый. Диссертации защищал, используя связи, премию получил за то, за что другим не дают. Он не ученый, он чиновник. Ну и что? Осмотрись. Везде и всюду в руководстве сидят чиновники. Такое наступило время. И черт с ними, лишь бы не мешали работать. А Стебрин даже мешать не может. Потому что он не владеет ситуацией, с научной точки зрения. Академик безобиден. В других учреждениях такие самодуры сидят, что напрочь стопорят всякую инициативу. Стебрин другой. Он получил то, что хотел. Большего ему не добиться… и это он понимает.

Королева покачала головой:

— Наивный ты, Игорь. Но что без толку болтать?… От Стебрина нам не избавиться, так что придется ублажать гостя. Он, кстати, не объяснил, почему приедет без своей длинноногой модели?

— Тебе не терпится с ней познакомиться?

— Главное, чтобы ты не попал в сети, в которые угодил наш академик. Вике 22 года, Стебрину — 61. Разница почти в сорок лет. Ей одна жизнь нужна, ему другая. Неужели академик не понимает, что не в состоянии дать капризной девице то, что она желает? А та терпеть не станет. Найдет нужное и необходимое на стороне. И что это за жизнь?

Андорин взглянул на Королеву:

— А ты не допускаешь, что они любят друг друга?

Марина ответила:

— Он, возможно, и любит, Вика — нет. У той расчет за счет мужа попасть в высшее общество. А