Тайная сила разведки Германии - Евгений Михайлович Гришин

которая никогда не использовалась как “шпионка”, никогда не засылалась за рубеж, чтобы устанавливать что-либо или добывать какую-то информацию. Ее деятельность состояла в том, чтобы так же, как и другие офицеры разведки, заниматься организацией этой службы в широких масштабах вплоть до Америки, в обеспечении необходимых связей, установлении инфраструктуры этих связей, в налаживании путей прохождения сообщений, участии в устных опросах, проверке всех полученных данных, в составлении сообщений в Главную штаб-квартиру».

Эта запись дает ясный и четкий ответ всем авторам, сочиняющим мифы о «фрейлейн доктор» как о «подручной Мата Хари, коварной шпионке кайзера», которая «соблазняет и пытает», наводит страх на всю Европу, «возглавляя крупнейшую террористическую организацию». Она никогда не выполняла шпионских заданий, не была любовницей кронпринца, не употребляла кокаина и морфия, не вела «веселую предвоенную жизнь».

Элизабет Шрагмюллер была близким, талантливым соратником Вальтера Николаи, внесла большой вклад в создание военной разведки и контрразведки, обучая и готовя кадровых офицеров службы. «По природе она особенно подходила для общения с крупными агентами. Шпионкой за рубежом, как это ложно сообщается в литературе, она никогда не была, — констатирует Николаи. — Эти крупные агенты, естественно, удивлялись, когда их инструктировала женщина, которая никогда не называла себя по имени, а представлялась обычно как “фрейлейн доктор”… Из-за того, что она сжигала себя на работе, она сильно подорвала здоровье. Она хотела самоутвердиться, чтобы стать приват-доцентом (ее очень ценил тайный советник Дилль во Фрайбурге). Несмотря на то что ее работа была известна Фалькенгайну и Людендорфу, оказалось невозможным добиться для нее Железного креста. После войны ее семья очень бедствовала, и я предпринял немало усилий, чтобы ей назначили пенсию и обеспечили поддержку через министерство обороны рейха. До самой ее смерти, последовавшей в 1940 г. в Мюнхене, я полагал, что в случае новой войны ее вновь можно привлечь к работе».

В архиве Николаи сохранилось несколько писем Э. Шрагмюллер к своему начальнику. 2 ноября 1935 г. «фрау доктор» выражает соболезнование в связи с кончиной матери Николаи: «Высокоуважаемый дорогой господин полковник! Вновь вы вынуждены быть у смертного одра (27 ноября 1934 г. умерла жена Николаи. — Е.Г.), вновь у вас отобран дорогой, незаменимый человек, и вновь у вас печальные заботы, и снова горе выпало на вашу долю. Перед тем как я получила ваши дорогие строки из Нордхаузена с печальным известием о самочувствии вашей матери, я вспомнила о вас, словно чувствовала, что вас ожидает несчастье и что вы опять переживете нечто тяжелое. У меня нет слов утешения. Я знаю, как искренне вы были привязаны к вашей матери, знаю, как вам была дорога она, бедный господин полковник, как вам сейчас плохо.

Я и сама с ужасом вспоминаю тот момент, когда я потеряла свою милую мамочку, хотя судьба в общем-то милостива ко мне. Я знаю, как горько детям провожать родителей в их последний путь. По-мините, дорогой господин полковник, в эти минуты Ма и я вспоминаем о вас с самым искренним сочувствием и пожимаем безмолвно вам руку.

Дорогой господин полковник, подумайте немножко о себе самом, вы понимаете, что я под этим подразумеваю. По собственному опыту я знаю, что работа — это лучшее лекарство против душевного горя, но я все же боюсь за вас, боюсь, что вы слишком далеко зайдете и не будете давать себе никакой пощады в работе. А вы должны сохранить себя для своих детей и внуков, они нуждаются в отце и дедушке и будут нуждаться еще многие и многие годы, и еще есть немало других людей, которым вы тоже нужны, об этих людях вы также должны подумать, если начнете себе во многом отказывать и только погрузитесь в работу.

Тем не менее я очень обрадовалась, когда прочитала недавно в газете о том, что вас назначают военным поверенным при посольстве Германии в США (это назначение оказалось выдумкой прессы. — Е.Г.). Правда, довольно много времени потребовалось, пока о вас вспомнили, должно быть, это и есть та деятельность, которая вам по душе, надеюсь, что вы в этой деятельности найдете удовлетворение и она не отберет у вас последние силы! А теперь я хочу вам еще раз передать самый искренний привет от Ма, мы обе знаем, сколько скорби выпало вам на этих неделях, сколько вам пришлось пережить из-за этой новой потери, которая совпала с годовщиной кончины вашей многоуважаемой жены, и мы хотим выразить вам сочувствие в связи с этим. С искренним участием, ваша Элизабет Шрагмюллер».

По тону и содержанию этого послания понимаешь, какие поистине доверительные, искренние и уважительные отношения были между этими историческими фигурами, создавшими военную разведку Германии. Как высоко ценил Николаи «фрау доктор», заботился о ней, ходатайствуя о награждении, назначении пенсии.

В конце 1914 г. был смещен со своего поста по состоянию здоровья генерал Мольтке, с которым у Николаи сложились отношения полного доверия и «свободы действий». Новым начальником Генерального штаба стал фаворит императора генерал от инфантерии Эрих фон Фалькенгайн. На положении Николаи эта смена никак не отразилась. Более того, он быстро нашел общий язык с новым начальником и даже стал его доверенным лицом. «Генерал фон Фалькенгайн, будучи военным министром, знал меня до войны на моем посту в Генеральном штабе при урегулировании секретных вопросов и также доверял мне, — отмечает Николаи в рукописи. — С моей точки зрения гениальный, опытный в международных делах и как военный министр хорошо разбирающийся во внутренней политике, он стал моим учителем в том, в чем доверял мне и обращался ко мне как начальнику разведслужбы Генштаба. Я уже сказал (выше), что он считал победу на Западе решающей и необходимой».

Фалькенгайн считал главным противником Англию и, предвидя возможное выступление на ее стороне США, рекомендовал Николаи усилить разведывательную работу против Лондона и Вашингтона. Разведывательный центр в Антверпене и школа, которыми руководила «фрау доктор», словно предвидя поручение нового начальника Генштаба, уже активно работали против Англии. Выведенные туда агенты Лиззи Вертхейм, Георг Брееков, Мари-нус Джансен, Ганс Рооз снабжали командование германской армии ценной информацией. Готовились к засылке в Англию еще трое агентов.

Англичане, будто почувствовав угрозу, существенно усилили контрразведывательную деятельность по выявлению немецкой агентуры. Им удалось обезвредить несколько агентурных сетей, арестовать более 20 шпионов противника. Одновременно английская военная разведка МИ-6 (СИС) активизировала шпионаж в Германии. Полковник Джеймс Эдмондс на заседании Объединенного комитета разведки заявил, что немцы — грозный враг, поскольку рассматривают шпионаж как законную и неотъемлемую составляющую войны. Серию военных побед Германии он объяснил в том числе эффективностью и профессионализмом ее служб военной разведки. Эдмондс полагает, что