КГБ. Бывших не бывает? - Валерий Владимирович Пирогов

Генерал армии Говоров был сыном одного из самых прославленных военачальников Великой Отечественной войны, Героя Советского Союза маршала Л.А. Говорова. По роду службы Виктору пришлось повидать немало автобиографий военнослужащих, в том числе выдающихся военачальников, но лишь один из них – Говоров В.Л. – мог написать о себе: «Я генерал армии Говоров Владимир Леонидович… являюсь заместителем министра обороны. Мой отец – Маршал Советского Союза Говоров, заместитель министра обороны. Мой тесть – Маршал Советского Союза Неделин, заместитель министра обороны». Жена Говорова была дочерью маршала артиллерии Неделина.

У прочитавших эти строки может закрасться подозрение, что вот она, пресловутая семейственность, когда сыну известных родителей была предрешена успешная военная карьера. Но с генералом армии Говоровым все было наоборот. Несомненно, что имя отца играло роль в его военной карьере, но и сам он был образцовым офицером и генералом. В службе он прошел абсолютно все должности, сохранив при этом удивительную скромность, интеллигентность и чуткость, не говоря уже о выдающихся военных знаниях и способностях.

Вскоре после назначения на должность Главного инспектора у Говорова был юбилей – 60-летие. За это время Говоров встречался с подполковником Дмитриевым нечасто. Первый раз – при знакомстве, и еще дважды для обсуждения незначительных проблем. На этот раз повторилась ситуация, аналогичной той, когда поздравляли маршала Москаленко.

К Говорову зашли с поздравлениями генерал-полковник Душин, секретарь парткома КГБ и Виктор. Душин с Говоровым расцеловались, чувствовалось, что отношения у них были прекрасные, были сказаны все подобающие случаю теплые слова.

Секретарь парткома и Виктор стояли рядом, наблюдали и улыбались. Затем Душин повернулся к ним и представил секретаря парткома и Виктора. Когда Душин представил Виктора, Говоров, ни на минуту не задумавшись, ответил ему: «Ну, что вы, Николай Алексеевич. Мы с вашим работником знакомы, часто встречаемся и решаем все вопросы!»

Это был высший пилотаж аппаратного поведения, когда, в общем-то, банальная фраза приобретает глубокий подтекст. Несмотря на то, что Говоров и контрразведчик, оперативно обслуживающий Инспекцию, были едва знакомы, он преподнес это так, будто они знакомы давно и работают в самом тесном контакте.

Ему ничего не стоил этот комплимент в адрес Виктора, но тем самым он подчеркивал свое доброе отношение к КГБ в целом и привязывал Виктора к себе обязательным для всякого порядочного человека чувством благодарности. Есть чему поучиться!

В другой раз после инспекторской поездки на Север он вызвал Виктора и после долгого и, как тому показалось, мучительного для Говорова вступления, наконец, спросил, есть ли у КГБ какая-либо информация о поведении на Севере своего первого заместителя генерал-полковника Круглова.

Тут необходимо некоторое отступление. Генерал-полковник Круглов до назначения на эту должность длительное время служил командующим Закавказским военным округом. А ЗакВО – это три великих кавказских республики – Азербайджан, Армения и Грузия, руководителями которых являлись два члена и один кандидат в члены Политбюро. К ним надо прибавить всю многочисленную партийно-хозяйственную элиту республик, с которыми командующий округом просто обязан был регулярно встречаться и поддерживать наилучшие отношения. Отсюда следует, что, по законам кавказского гостеприимства, он должен был участвовать с ними в бесконечных застольях, достойно реагируя на вопрос-требование местных вождей и тамады: «Ты нас уважаешь?!»

Известно, что мера уважения на Кавказе, как и в России, определяется количеством выпитого совместно вина. Поэтому, несмотря на крепкое здоровье, длительное пребывание на Кавказе не прошло для генерала Короткова бесследно. Поэтому иногда случалось, что во время служебных командировок в войска он неожиданно пропадал на несколько дней, а потом появлялся с неважным самочувствием.

Это всем было известно, но из уважения к нему все, в том числе и вышестоящие начальники, старались не замечать неприятных эксцессов в поведении генерала. А уважать его было за что. Это был не просто грамотный генерал и опытный военачальник. Он обладал выдающимся умом, аналитическими способностями и тем, что отличало его от других генералов его ранга – он не утратил с годами и должностями способности лично писать служебные документы и генерировать идеи. Более того, он любил эту работу.

Естественно, что Виктор стремился к общению с таким человеком. Вместе они неоднократно обсуждали с ним серьезные проблемы боеготовности армии, принципы и методику инспектирования, возможные варианты переподчинения Инспекции аппарату ЦК КПСС, чтобы в меньшей степени инспектора зависели от собственного ведомства, и многое другое.

В разговорах с Виктором генерал был всегда откровенен, но держался не на равных, ясно давая понять, что считает свою точку зрения исключительно верной. На реплики Виктора реагировал остро, стараясь непременно отстоять собственное мнение, которое в большинстве случаев было обоснованным. Он знал о своих незаурядных способностях, в связи с чем для него невозможно было явно выражать согласие с чужим мнением, даже если оно было верным.

До этого в большинстве случаев Виктору удавалось устанавливать с высшими руководителями видимость равных отношений, но с генералом Коротковым этого не произошло. Тем не менее Виктор очень дорожил общением с ним – генерал давал ценную для военной контрразведки информацию и расширял его кругозор по военной проблематике. Словом, с ним Виктора связывали довольно тесные служебные отношения.

Вот в какой ситуации Говоров задал Виктору свой непростой вопрос. По тому, как неуверенно вопрос был задан, чувствовалось, что разговор на эту тему ему неприятен и инициатива явно исходила сверху, возможно, из Административного отдела ЦК КПСС.

Отвечать на вопрос Говорова о его заместителе Виктору было вдвойне неудобно. Не из соображений субординации, она для контрразведчиков как бы выводилась за скобки, а из-за личной симпатии к генералу и потому, что по опыту придворных интриг он точно знал, что любые конфиденциальные разговоры на такую тему рано или поздно становятся известными именно тем лицам, которым о них знать нежелательно.

Поэтому он спросил: «А у вас есть какая-нибудь информация?»

Говоров ответил, что ему известны только слухи об отсутствии генерала на службе во время командировок в войска в течение нескольких дней. Виктору тоже пришлось сказать: «У нас есть только такая же неперепроверенная информация». На этом неприятная тема была исчерпана.

В тот период Говоров был одним из первых претендентов на должности министра обороны или начальника Генштаба. У него были для этого все объективные данные – возраст, здоровье, знания и прекрасный послужной список. И он знал об этом, что, возможно, и сыграло с ним злую шутку.

При составлении планов инспектирования войск и в ходе самих поездок он стал интересоваться вопросами, выходящими за рамки плановых проверок, что могло быть расценено как начало им подготовки к занятию более высокой должности. И