Преступления, в которые трудно поверить: Резонансные дела из архивов судов и спецслужб - Ева Михайловна Меркачёва

Пушкин неожиданно стал верующим человеком лишь перед лицом смерти, — добавляет Седова. — Дескать, всю жизнь он был атеистом, безбожником, а на пороге гибели вдруг осознал, что путь спасения — вера. Это далеко не так. Александр Сергеевич прекрасно знал священные тексты и цитировал их. Вера всегда присутствовала в нем как часть его внутренней культуры и мировоззрения.

Посмертный суд

Общественные деятели и политики не раз официально обращались к главе Следственного комитета РФ с просьбой или даже требованием заново расследовать причины дуэли и смерти поэта (дескать, Пушкин мог стать жертвой заговора) и пересмотреть историческое дело по «вновь открывшимся обстоятельствам».

СПРАВКА:

Дело о дуэли Александра Пушкина, повлекшей за собой его смерть, рассматривал военный суд сразу после трагедии. Некоторые историки предполагали, что он не мог быть справедливым, ведь судьи (гвардейские офицеры) в силу своей, выражаясь по-современному, «корпоративной» морали были на стороне Дантеса. Они якобы видели в Пушкине человека, затеявшего дуэль по причине своей неимоверной ревности, и потому вынесли фактически равный по суровости приговор обоим дуэлянтам (Пушкину — посмертно).

Однако всю правовую оценку этим требованиям уже давно дал один из авторов Уголовного кодекса РФ, выдающийся ученый-юрист Анатолий Наумов. Уверена, что лучшего эксперта по делу об убийстве Пушкина в стране нет. Анатолий Валентинович посвятил много лет скрупулезному исследованию материалов следствия и документов суда.

— Следствие и суд велись над умершим поэтом (ведь дуэли были запрещены законодательством), его секундантом Данзасом и дуэльным противником Дантесом, — разъясняет Наумов. — Секунданту Дантеса — чиновнику французского посольства виконту д'Аршиаку — удалось избежать судебного преследования лишь потому, что сразу же после поединка, справедливо опасаясь тяжких для себя последствий, он уехал из России во Францию. В материалах дела отсутствует специальное решение суда о принятии мер пресечения к Дантесу и Данзасу. Однако из документов вытекает, что Дантес формально должен был находиться под арестом непосредственно в полку, но ввиду легкого ранения в правую руку оставался в своей квартире. Данзас же содержался на гауптвахте по месту своей службы.

Судопроизводство осуществлялось в соответствии с законодательством России первой половины XIX века. О следствии и суде мы говорим условно, так как процесс по данному делу объединял следствие и суд. Члены комиссии фактически совмещали в себе обязанности следователей, обвинителей, защитников и собственно судей — они собирали доказательства и сами же выносили приговор.

— Роковая дуэль состоялась 27 января 1837 года. А когда начался процесс?

— Уже на следующий день, 28 января, командир Отдельного гвардейского корпуса генерал-лейтенант Бистром рапортом уведомил Николая I о случившейся дуэли и ее результате. Сделано это было, как требовалось, через военного министра А. И. Чернышёва.

29 января министр объявил Бистрому резолюцию императора, повелевшего судить военным судом как дуэлянтов Пушкина и Дантеса, так и всех прикосновенных к делу, включая секундантов.

Во исполнение этого повеления была создана Военно-судная комиссия из офицеров лейб-гвардии Конного полка Отдельного гвардейского корпуса. Ее председателем назначили флигель-адъютанта полковника Бреверна, а членами комиссии — представителей той же части: ротмистра, штабс-ротмистра, двух поручиков и двух корнетов. Делопроизводство поручили аудитору 13-го класса Маслову. Все они были типичными представителями гвардейского офицерского корпуса — не лучше и не хуже других, ничем себя особенно не проявившими.

Такой порядок полностью соответствовал нормам и правилам, которые заложил еще Петр I в своем известном Воинском уставе. Это касалось в том числе и разбирательств о дуэлях.

Вы спросите — зачем нужен был аудитор? Петр понимал, что силами одних только офицеров в таком процессе обойтись нельзя, и предусмотрел в составе комиссии фигуру человека, сведущего в праве. Аудиторы отвечали за то, чтобы вынесенное решение полностью соответствовало законам. Ответственность на них лежала огромная, а вот прав по сравнению с офицерами-судьями было мало. Еще в петровском «Кратком изображении процессов» строго предписывалось, что аудиторы «при суде голосу в приговорах не имеют, чего ради оных при судейском столе и не сажают, но обыкновенно при особливом столе купно с секретарем или протоколистом».

2 февраля был назначен следователь по делу — полковник Конного полка Галахов. Он провел первичную работу по горячим следам.

На следующий день, 3 февраля, состоялось первое заседание Военно-судной комиссии. Еще раз подчеркну: вся эта процедура строго следовала принятой тогда юридической практике по делам о дуэлях. Необычным здесь было лишь то, что одним из подсудимых дуэлянтов оказался величайший поэт.

— Расскажите, как проходили следственные действия, в чем они заключались и сколько длились?

— В основном это были допросы. 3 февраля следователь Галахов произвел первые допросы Данзаса и Дантеса. А 6 февраля они предстали перед судом. Судей интересовал главный вопрос — причины и обстоятельства дуэли.

Дантес во всем обвинял поэта. В своих показаниях он, в частности, утверждал (цитирую): «В ноябре 1836 года получил я словесный и беспричинный камергера Пушкина вызов на дуэль, который мной был принят. Спустя же некоторое время камергер Пушкин без всякого со мной объяснения словесно просил нидерландского посланника барона Д'Геккерна передать мне, что вызов свой он уничтожает и что в письме моему секунданту Д'Аршиаку объяснял, что он ошибся в поведении моем и что он более еще находит оно благородным».

И далее: «Генваря 26-го нидерландский посланник барон Геккерн получил от камергера Пушкина оскорбительное письмо, касающееся до моей чести, которое якобы он не адресовал на мое имя единственно потому, что считает меня подлецом и слишком низким». Нас, конечно же, более всего интересует правдивость его показаний о событиях, предшествовавших дуэли. И то, как военный суд отнесся к ним — согласился с ними или отверг.

— На этом этапе хорошо бы вспомнить подоплеку конфликта между Пушкиным и Дантесом. Какова была истинная, а не формальная причина их противостояния?

— В 1836 году назойливые и откровенные ухаживания Дантеса за женой Пушкина привлекли внимание петербургского высшего общества и породили массу толков в столичных салонах. Встречаться с Натальей Николаевной Дантес мог только на светских балах и в домах близких поэту людей (в первую очередь Карамзиных и Вяземских), куда он был вхож.

4 ноября 1836 года Пушкин получил по почте гнусный анонимный пасквиль — «диплом рогоносца» с издевательскими намеками в адрес поэта и его жены. С этого момента для него начались мучительные дни. Произошло тяжелое объяснение с женой. По словам князя Вяземского, «эти письма… заставили невинную, в сущности, жену признаться в легкомыслии и ветрености, которые побуждали ее относиться снисходительно