КГБ. Бывших не бывает? - Валерий Владимирович Пирогов

Однако первое впечатление о жизни в Будапеште оказалось хорошим. Коллеги встретили семью Васильевых на вокзале, провезли по одному из красивейших городов Европы и разместили в приличной квартире в центре города.

Служба оказалась рутинной: обязательные мероприятия, дипломатические приемы, экскурсии и банкеты с протокольными улыбками и дежурными фразами, за которыми скрывалась суть работы – установление и развитие контактов с источниками информации, необходимой разведке.

К сожалению, Васильеву, немало прослужившего в разведке, слишком бросались в глаза лицемерие и моральная закомплексованность, царившие среди сотрудников посольства в Будапеште. Невольно напрашивалось сравнение с поведением западных дипломатов, которые обладали безукоризненной внешностью и вели себя раскованно. Американцы вели себя даже слишком напористо и нагло, что, впрочем, можно было объяснить издержками абсолютной свободы.

Васильев внутренне презирал себя за чувство собственной неполноценности, поэтому в общении с американцами старался быть на высоте. Откровенно высказывал свою точку зрения при обсуждении мировых проблем, мог покритиковать уровень жизни в СССР и порядки в армии, но при этом всячески подчеркивал свои сильные стороны – любовь к авиации и принадлежность к воздушным асам (как-никак он являлся военным летчиком первого класса!). В ходе откровенных бесед об авиации он постепенно сдружился с американским военным атташе Ричардом Бакнером.

Всё в нашем мире закономерно. Знакомство, общение, совместные выпивки и откровенные беседы являются прологом к дружбе. Но это у обычных людей, а у разведчиков одно на уме – использовать партнера в собственных интересах…

Однажды в процессе очередной поездки по достопримечательностям столицы, которую организовал МИД Венгрии, Васильев и Бакнер оказались в уютной забегаловке, стилизованной под рыбацкую корчму. На стенах живописно расположились муляжи рыб и раков, рыбацкие сети и удочки. Призывно пахло жареной рыбой, а к ней обязательно полагались местное «пойло» – винные фройчи и палинка.

Словом, все располагало к откровенному разговору. Поэтому у Васильева вполне естественно сорвалось с языка то, о чем он постоянно думал в последнее время:

– Ричард, скажи честно, вот чего тебе не хватает для полного счастья?

– Денег! Только денег… – не задумываясь, ответил Бакнер. Как настоящий апологет «американской мечты», он обладал могучим инстинктом обогащения.

– И что бы ты сделал, если бы неожиданно получил миллион долларов? – продолжал допытываться у коллеги Васильев.

Тут американец слегка задумался. «Действительно, что делать с внезапно свалившимся на тебя миллионом?» Потом сообразил, что его русский друг ждет от него какого-то другого, конкретного ответа. «Похоже, у него проблема с деньгами, и он прозрачно намекает, что ищет способы заработать. Теперь главное дать ему надежду и не спугнуть!» – решил он и ответил уже наверняка:

– Я бы вложил деньги в бизнес. Открыл свое дело! А чего тебе не хватает для полного счастья?

– А мне не хватает пять тысяч рублей на покупку машины. Возможно, на эти деньги в СССР можно приобрести еще небольшой домик в деревне, чтобы на пенсии было где отдохнуть вдали от московской суеты, – сообщил о своем заветном желании Васильев.

– Ты меня удивил. Так мало хочешь? – вначале он действительно удивился скромным запросам советского коллеги, но тут же сообразил, как дешево его можно будет купить.

– А большего сейчас мне не нужно. Просто хочу реализовать программу-минимум, намеченную на эту командировку за границу…

– А разве так трудно эту программу осуществить на вашу зарплату? – прикинулся Ричард.

На самом деле он отлично осведомлен о финансовых возможностях своего визави. Что-что, а условия работы и финансовые возможности своего противника разведки знают свято. Русские, как «Отче наш», а американцы, как собственный счет в банке.

В ответ на его риторический вопрос Васильев только грустно махнул рукой.

Расстались они довольные состоявшимся откровенным разговором. Васильев облегчил душу, рассказав о своих мечтах, а американец уже предчувствовал реальный успех в операции по вербовке русского летчика из резидентуры ГРУ.

Васильев в течение следующего дня несколько раз вспоминал об этом разговоре, но потом забыл, посчитав, что оба просто пошутили на тему, давно ставшую анекдотом. Однако Ричард в тот же день доложил о том, что сотрудник ГРУ нуждается в конкретной сумме денег, и они придумали простой и беспроигрышный ход. Решили передать необходимые Васильеву пять тысяч с соответствующим намеком на дополнительные выплаты и посмотреть, что из этого будет.

Если он возьмет их, то можно конкретно предлагать ему сотрудничество с ЦРУ. Если не примет, то продолжить плести вокруг него сеть. Так просто они от него теперь не отстанут.

Вскоре коллеги по шпионскому ремеслу встретились на очередном приеме. Перед уходом Ричард, проходя мимо Васильева, передал ему коробку конфет:

– Владимир, передай от меня привет и конфеты супруге, а внутри есть кое-что тебе – для счастья…

Передав коробку, Ричард отошел от Васильева и сразу присоединился к группе французских дипломатов. Владимир, заинтригованный этими словами, сразу уединился в туалете и открыл коробку. Там наряду с конфетами лежал конверт с деньгами. Владимир пересчитал – ровно пять тысяч рублей. Как в сказке! Там же была записка: «Не обижайся. Для меня пять тысяч рублей – пустяки. Пока в Советском Союзе деньги в цене, делай свое счастье. Не пытайся сглупить. Впереди еще много времени. Разбогатеешь – отдашь. С искренним уважением, Ричард».

Васильев испытывал противоречивые чувства. Намекнув Ричарду на то, что ему нужны деньги, он предполагал, что тот может отреагировать на это по-разному. Но то, что он использует ситуацию столь конкретно и прямолинейно, он не ожидал.

Внезапно до него дошел точный смысл произошедшего: это банальная вербовка, и, приняв деньги, да еще с такой запиской, он становится агентом ЦРУ. Первой его реакцией был страх и мысль, что надо немедленно вернуть Ричарду все деньги. Затем он немного успокоился и придумал себе в оправдание спасительную лазейку: деньги ему нужны, он сумеет их реализовать с выгодой и потом просто отдаст долг.

Это просто общепринятый в человеческих отношениях долг – в этой версии происшедшего он нашел для себя оправдание. Положив конверт с деньгами в карман, он дождался окончания приема, сел с коллегами в автобус и благополучно приехал домой.

Жена уже приготовила на ужин его любимую гречневую кашу с молоком.

– Как прошел прием? Ужинать будешь? – заботливо поинтересовалась она.

– Спасибо, я сыт, но с тобой за компанию с удовольствием посижу! Честно говоря, надоели однообразные изысканные блюда. К тому же у венгров вся еда такая острая. Еще пару лет, и можно заработать язву желудка… – этими разговорами Владимир пытался отогнать от себя мысли о деньгах и о предложении Ричарда, но это ему плохо удавалось.

– Да, кстати, тебе пакет с конфетами – от Бакнера… – сообщил он.

О деньгах жене говорить было нельзя. Она