Калининград – форпост России в Европе - Александр Борисович Широкорад

Шестигранник – одноэтажное центральное сооружение – включал в себя бывшие казармы солдат и офицеров, госпиталь, кухню, столовую, склады боеприпасов, продовольствия, снаряжения и топлива, караульное помещение, котельную, мастерские и вспомогательные помещения. Для их жизнеобеспечения были предусмотрены системы: отопления с дымовыми обогревательными каналами внутри стен, местного водоснабжения (из колодца), естественной вентиляции, выгребной канализации и энергообеспечения. Два внутренних дворика служили транспортными развязками и укрытиями для фортовых орудий.

Все подземные казематы имели сводчатые покрытия и были выполнены из многократно обожженного кирпича. В качестве коммуникационных переходов использовались центральная и боковые потерны (коридоры), позволявшие перемещать грузы на повозках. Казематированные траверсы соединялись с казематами центрального сооружения наружными и внутренними маршевыми и винтовыми лестницами.

Общий вид форта № 5 с тыльной стороны (с фронта виден большой земляной бугор)

На земляной насыпи (боевом валу) с защитной толщей в 3–4 м располагались прикрытые брустверами огневые позиции артиллерии с укрытиями для артиллеристов, талевыми подъёмниками и лифтами для подъёма боеприпасов (в казематированных траверсах), наблюдательные сооружения с неподвижными и вращающимися амбразурами.

Форт № 5. Тыльная часть казармы. Современный вид. Автор: А. Неменко

Для обороны рва с водой в углах центрального сооружения предусмотрены многоамбразурные капониры и полукапониры.

Отто фон Ляш писал: «Строительство непосредственных оборонительных сооружений было начато, строго говоря, только в конце декабря 1944 г., когда поступил приказ – сосредоточить внимание на самой крепости. Поэтому многое из того, что возможно было построить в ходе длительной войны, оказалось уже неосуществимо. Кроме того, в смысле обеспечения ресурсами, фронт, разумеется, всегда стоял на первом плане, и для него кое-что приходилось отдавать из запасов крепости.

Оборонительная линия предполья, состоявшая из окопов и кое-каких проволочных заграждений, в основном была подготовлена к боевым действиям. Однако из-за сильного натиска противника и невозможности занять её целиком, эта позиция мало себя оправдала. С начала января 1945 г. основное внимание было уделено поясу фортов, который оборудовался как передний край обороны.

Что касается строительства, при недостатке сил и средств, неблагоприятности погоды и ограниченности времени, особо существенного в старых фортах сделать уже не удалось. Однако мы смогли дополнить их полевыми укреплениями – были оборудованы пулемётные и стрелковые гнезда на гребнях валов, расчищены секторы обстрела, устроены огневые точки и проволочные заграждения на гласисах, поставлены мины нажимного действия. Кольцо фортов было замкнуто противотанковыми рвами. Противотанковые пушки, предназначенные для фланкирования противотанковых рвов и, прежде всего, гласисов фортов, прибыли из Берлина слишком поздно.

Казармы фортов, которые ещё до декабря были частично заняты административными органами и тому подобным, находились в пригодном состоянии. Ведущие от линии фортов в город дороги были минированы и оборудованы противотанковыми заграждениями электрического действия. Сыграли свою роль в боях на окраинах города 8–9 апреля и следующие укрепления 19 века: равелины “Хаберберг” и “Фридланд”, Фридландские ворота, бастион “Прегель”, часть полевых укреплений, бастион “Литва”, валы между Прегелем и Обертайхом, Закхаймские и Королевские ворота, бастион “Грольман” с оборонительной казармой «Кронпринц», Россгартенские ворота, башня “Дона”, башня “Врангель”, передовое укрепление “Бетгерсхефхен”, бастион “Штернварте”, ворота для вылазки»[56].

После завершения Шяуляйско-Мемельской операции главные силы 1-го Прибалтийского фронта продолжали боевые действия против зажатой в курляндском котле группы армий «Север». Немцы сопротивлялись отчаянно и сдались там лишь в начале мая 1945 г.

В то время как главные силы 1-го Прибалтийского фронта вели бои с курляндской группировкой, 4-я ударная и 2-я гвардейская армии очистили от противника побережье Балтики севернее и южнее Мемеля. Однако сам город 4-я ударная армия взяла штурмом лишь 28 января 1945 г. Остатки разгромленного вражеского гарнизона бежали по морской косе Нерунг в Восточную Пруссию.

Немецкие солдаты в Кёнигсберге рядом с авиапушкой MG 151/20 в пехотном варианте. Февраль 1945 г. Автор: Винценц Энгель

Немцы роют укрепления у Кёнигсберга. 1944 г.

2-я гвардейская армия, выйдя с севера на подступы к Восточной Пруссии, к Неману, перешла к обороне на тильзитском направлении.

Таким образом, в конце 1944 г. – начале 1945 г. войска 1-го Прибалтийского фронта в силу сложившейся боевой обстановки были вынуждены действовать по трем резко расходящимся операционным направлениям. Поэтому по решению Ставки армии левого крыла – 2-я гвардейская, а затем и 43-я – были переданы в подчинение командующего 3-м Белорусским фронтом генерала И. Д. Черняховского, войска которого вышли к границам Восточной Пруссии с северо-запада и запада.

В начале февраля положение группы армий «Центр», защищавшей Восточную Пруссию, стало критическим.

Сухопутные коммуникации между Восточной и Западной Пруссией были перерезаны севернее города Эльбинга, а германские войска в Восточной Пруссии прижаты к Балтийскому морю в районе Кёнигсберга и расчленены. Так в этом районе образовалось три вражеских группировки. Одна из них, самая крупная, юго-западнее Кёнигсберга, в укрепленном районе Хейльсберг. Здесь оборонялось до 20 дивизий. Другая группировка – северо-западнее Кёнигсберга, на Земландском полуострове, насчитывала до пяти дивизий. Наконец, третья – в самом Кёнигсберге и на подступах к нему – имела в своем составе до пяти дивизий и целый ряд отдельных частей, общей численностью около 140 тысяч человек.

По решению Ставки ликвидация хейльсбергской группировки была поручена 3-му Белорусскому фронту, а уничтожение земландской группировки и овладение Кёнигсбергом – 1-му Прибалтийскому фронту генерала И. X. Баграмяна. В первой декаде февраля штаб и управления нашего фронта перебазировались из Курляндии в Восточную Пруссию, под Кёнигсберг. Из состава 3-го Белорусского фронта нам для решения поставленной задачи были переданы 11-я гвардейская армия генерала К. Н. Галицкого, 43-я армия генерала А. П. Белобородова, 39-я армия генерала И. И. Людникова, а также 1-й танковый корпус генерала В. В. Буткова и другие средства усиления.

Несколько слов стоит сказать об артиллерийской поддержке германских войск крупными надводными кораблями. Из-за мелководья крупные корабли не могли поддерживать огонь непосредственно фортов Кёнигсберга, но они оказали эффективную поддержку германским войскам, действовавшим в этом районе.

Кёнигсберг, башня «Врангель» после капитуляции. Апрель 1945 г.

Танки 3-го Белорусского фронта в центре Кёнигсберга. Апрель 1945 г.

Вот характерный пример. 29 января броненосец «Лютцов» (6 – 280-мм и 8 – 152-мм пушек), три эсминца и два миноносца к западу от маяка Росситен поддерживали артиллерийским огнём свои войска, оборонявшиеся на косе Курише Нерунг и в районе города Кёнигсберг.

25 марта с 11 ч. 55 мин. до 17 ч. 00 мин. немецкие крейсера «Принц Ойген» и «Лютцов», легкий крейсер «Лейпциг», семь эсминцев,