Военная разведка в операциях по освобождению Белоруссии (октябрь 1943 – август 1944) - Константин Максимович Голод

больше уверенности в их правильности. При оценке достоверности сведений обращали внимание на то, что необходимо «критически рассмотреть, когда данные сведения добыты, при какой обстановке и кем они добыты, соответствуют ли они обстановке, которое происходило получение их»[36].

Синтезом всей работы разведывательного отдела армии являлся вывод и правдоподобные предположения о силе и действиях противника. Предположения должны были быть обоснованы какими-то фактами, а необоснованные предположения могли привести к прямой дезинформации своего командования. Если в условиях мирного времени разведывательной службе трудно было сохранить свежесть разведывательной информации об армии противника, то тем более трудно было ее сохранить в военное время.

Командиров армейского звена Красной армии и офицеров разведывательных отделов обращали внимание на то, что «непрерывно возрастающее во время войны количество и разнообразие органов разведки свидетельствуют о значении разведки в современном бою. Очень часто стратегические и оперативные ошибки на поле боя являются результатом ошибочных, неполных и несвоевременных разведывательных данных. Знание техники добывания разведывательных данных, умение четко и своевременно ее организовать, умение обработать полученные данные и целесообразно их использовать – все это является основной предпосылкой для четкой работы командира-разведчика»[37].

Большое внимание уделялось организации разведывательной службы войсковыми штабами. Эти вопросы постоянно изучались и анализировались. Проходило обучение должностных лиц умению организовывать разведывательную службу. В этих целях готовились и издавались учебники и учебные пособия для командиров и штабов Красной армии. Вырабатывались основные направления, формы и методы ведения разведки. Осуществлялась теоретическая и практическая подготовка штабов Красной армии по вопросам ведения разведки в полосе боевых действий армии, корпуса, дивизии и полка.

Эти вопросы отображались и в требованиях Полевого устава 1936 г. и Временном наставлении по полевой службе войсковых штабов. Их требования отвечали по тому времени требованиям к организации и ведению боевых действий и разведки. Учитывались современные тенденции моторизации войск и использования авиации.

Совершенствовалась структура разведывательных органов и организация их работы с учетом возрастающих военных угроз и требований руководства РККА к добыванию разведывательной информации. 26 июля 1940 г. выходит приказ наркома обороны СССР за № 0038 «О реорганизации Генерального Штаба Красной армии». Приказ, подписанный Маршалом Советского Союза С. Тимошенко, предписывал передать функции Главного управления Красной армии (в связи с расформированием) Генеральному штабу, создать разведывательное управление посредством включения 5-го управления Красной армии в состав Генерального штаба. Этим же приказом начальником Разведывательного управления ГШ РККА был назначен генерал-лейтенант Голиков Ф.И. Одновременно, он становится заместителем начальника Генерального штаба Красной армии[38].

В военно-исторических исследованиях довольно часто звучит, что военная разведка не была подготовлена к работе в условиях войны. Этот вывод не совсем верен, так как военная разведка являлась структурным подразделением войсковых штабов. Она полностью выполняла приказы и распоряжения командира и начальника штаба и не действовала изолированно, как абсолютно самостоятельный орган. Следовательно, от подготовки командиров и штабов во многом зависел и успех деятельности военной разведки. Чем выше была подготовка командования и штабов и их понимание роли разведки в подготовке и ведении боевых действий от полка и выше, тем более значимые успехи были и у военной разведки.

Уже в начале 1941 г. были предприняты меры по повышению мобилизационной готовности военной разведки. Так, 25 февраля 1941 г. директива начальника Разведуправления ГШ РККА предписывала всем начальникам разведывательных отделов приграничных военных округов к 10 мая 1941 г. привести подразделения военной разведки в мобилизационную готовность. Для налаживания деятельности разведывательных отделов приграничных военных округов и отдельных армий в период перехода с мирного на военное время в Москве с 23 января по 22 февраля 1941 г. под руководством начальника отдела приграничной разведки Разведуправления ГШ РККА полковника И.В. Виноградова состоялись сборы начальников разведывательных отделов[39].

В ходе сборов были высказаны конкретные предложения в целях повышения боевой готовности военной разведки, особенно в условиях предстоящей войны с Германией. Многие из участников сбора отмечали необходимость развертывания разведотделов округов и армий по штатам военного времени, чтобы вести разведку «целеустремленно, своевременно, непрерывно» и обеспечить выполнение стоящих перед ней задач. Значительное количество участников высказалось, на случай вынужденного отступления, за организацию хорошо замаскированных и оборудованных баз с боеприпасами и оружием на своей территории на глубину до 400 километров, полное обеспечение разведчиков техникой и экипировкой и т. п.[40]

В мае 1941 г. начальник Генерального штаба РККА Г.К. Жуков утвердил план мероприятий по созданию в приграничных военных округах тайных баз с запасом оружия, боеприпасов и иного военного имущества иностранного образца и резервных агентурных сетей на своей территории на глубину 100–150 километров, предложенный Разведуправлением ГШ РККА сразу же после окончания сборов[41]. Согласно разработанному плану вся агентурная разведка западных приграничных военных округов Красной армии с мая 1941 г. должна была быть ориентирована на работу по Германии.

Кроме того, все западные приграничные округа (десять полков воздушной разведки) в интересах воздушной разведки до 1 июля 1941 г. должны были быть укомплектованы новыми типами боевых самолетов «СБ» и квалифицированным летным составом. На этот же период было запланировано комплектование кадрами 16 радиодивизионов ОСНАЗ для проведения радиоразведки.

К сожалению, все запланированные мероприятия в отношении военной разведки не были выполнены в полном объеме. В начальный период войны пришлось действовать вопреки планам, разработанным до начала боевых действий. Это, безусловно, сказалось на деятельности всех подразделений военной разведки, особенно ее составной части – войсковой разведки.

Существенные проблемы, связанные с отсутствием информации о реальной обстановке на западных границах СССР, возникли не только в Разведывательном управлении ГШ РККА, но и в разведотделах приграничных военных округов и армий. Нарушался основной принцип Полевого устава РККА 1936 г. (статья 105), которая констатировала: «Сущность управления боем заключается: в тщательной разведке противника, в принятии решения, отвечающего обстановке, в постановке войскам боевых задач и организации их взаимодействия»[42].

Рано утром 22 июня 1941 г. в 3 часа 15 минут (4 часа 15 минут по московскому времени) без объявления войны фашистская Германия напала на Советский Союз, нанеся массированный удар по военным и стратегическим объектам. Воздушным налетам подверглись многие города, в том числе Мурманск, Рига, Каунас, Киев, Минск, Смоленск.

Из-за незавершенности подготовки западных приграничных военных округов к отпору врагам начало Великой Отечественной войны стало очень тяжелым для Советского Союза. В результате внезапного удара по местам дислокации войск Красной армии, линиям и узлам связи, аэродромам и другим военным объектам в приграничной зоне управление войсками нарушилось. Сплошной фронт обороны отсутствовал, он носил очаговый характер. Механизированные и танковые соединения вермахта обходили узлы сопротивления наших войск, нанося удары с флангов и тыла. Многие соединения и части оказались в окружении, оказывая врагу ожесточенное сопротивление.

Наиболее тяжелое поражение от противника в июне – июле 1941 г. войска Красной армии понесли на Западном фронте в