Беларусь в Первой мировой войне 1914-1918 гг. - Михаил Митрофанович Смольянинов

20-го корпуса, произведенное в ночь на 21 июня, удалось. В донесении в штаб фронта отмечалось, что 10 рот Новоторжского полка заняли первую линию укреплений противника в районе Черняты и, несмотря на ожесточенный огонь и контратаки противника, не только удержались в этих окопах, но и частью продвинулись еще вперед, почти вплотную к заграждениям второй линии. В то же время не удалась атака высоты частями 64-й пехотной дивизии, которые, понеся большие потери, отошли в свои окопы. «Не привела к удовлетворительным результатам» и атака частей 38-го корпуса на фронте Кальвария, Слайковщина. Атаковавшие «взяли было опорный пункт и часть окопов, которые видимо не были заняты противником, но затем, из-за сосредоточенного огня, отошли». Не удались и «поиски» на фронте 2-го Кавказского корпуса, где «части были встречены сильнейшим огнем»[493].

21 июня командующий 10-й армией Е. А. Радкевич отдал приказ войскам «развивать достигнутый успех доблестной 29-й дивизией, закрепить за собой занятые неприятельские окопы, связав их обязательно ходами сообщения с основными окопами и продолжая распространяться в первой линии окопов противника; вести подготовку атаки второй линии. 26-му корпусу вновь овладеть высотой и окопами противника против Бурчакской рощи и закрепиться там, своевременно подведя резервы, и обеспечить себя от контратак заградительным огнем, после чего начать наступать на хорду Перевозы – Сморгонь. 2-му Кавказскому корпусу широко использовать проделанные проходы и произведенные уже в окопах противника с целью захвата пленных и трофеев и продолжать разрушение неприятельских укреплений. 24-му корпусу с полной энергией продолжать выполнение задачи прорыва расположения противника, столь успешно начатого в первый день наступления. 38-му корпусу овладеть фронтом Кальвария – Слайковщина и содействовать наступлению 24-го корпуса, направив не менее двух полков 69-й дивизии для захвата рощи между Огородники, Ластай. 44-му корпусу, продолжая смелые поиски партий разведчиков, подкрепленных ротами, содействовать наступлению 38-го корпуса ударом на опорный пункт у Слайковщины, действуя в полной связи с 38-м корпусом и притом с большей настойчивостью, нежели это было 19-20-го июня»[494].

В ночь с 21 на 22 июня на линии фронта, занимаемой 20-м армейским корпусом, противник пытался выбить из своих окопов роты 114-го Новоторжского полка 29-й пехотной дивизии у д. Черняты. Однако германцы были отбиты с большими потерями для них. Более того, русским на этом участке «удалось выдвинуть еще три роты в первую линию» окопов противника и «распространиться по этим окопам», где уже находилось 10 рот, «закрепляющих занятое и устраивавших ходы сообщения к своей основной позиции».

Не повезло частям 64-й пехотной дивизии 26-го корпуса, «занимавшим воронки на высоте». Атакованные противником они вынуждены были отступить. На фронте 2-го Кавказского корпуса поддержанным ротами разведчикам удалось засыпать несколько небольших окопов немцев, «произвести некоторые разрушения в заграждениях и вынести убитых и раненых, оставленных в бою предыдущей ночью». В 24-м и 38-м корпусах с утра 22 июня возобновлялась артиллерийская подготовка намеченного наступления[495].

Таким образом, в результате предпринятых атак частями соединений 2-й и 10-й армий в целом заметных результатов достигнуто не было, в то время как были затрачены большие материально-боевые средства. На все это не замедлил отреагировать главнокомандующий Западным фронтом генерал А. Е. Эверт. В телеграмме от 22 июня в 19 часов 45 минут командующим армиями он напомнил им, что «директивами № 14575 и № 14862 было указано после артиллерийской подготовки энергичными короткими ударами на фронте армии приковать противника и не дать ему возможности перебрасывать резервы», и выразил свое недовольство тем, что во 2-й армии за четыре дня на фронте 1-го Сибирского корпуса не сделано даже и попытки к «производству артиллерийской подготовкой атаки». «Попытки же на фронте 10-й армии были весьма не энергичны. В общем слишком явная демонстрация с большой и бесплодной затратой драгоценных снарядов… Очень сожалею о бесплодно затраченных снарядах». Главкозап еще раз обращал внимание командующих армиями на то, что «больше ни мортирных, ни тяжелых снарядов прислать» не может и что «на фронт обеих армий немцы неоднократно производили короткие удары после часового обстрела и забирали пленных и пулеметы». Он призывал «использовать этот пример и неустанно тревожить противника». «Вместе с тем, – предупреждал генерал А. Е. Эверт, – имейте в виду, что при развитии наступления 4-й армии и в случае значительного ослабления противника против вас, я предполагаю перейти в общее наступление на всем фронте в общем направлении на Вильну, Лиду, Мосты». Для осуществления своего плана он просил командармов «разработать первоначальные соображения о наступлении 10-й армии в указанном ей направлении на Солечники – Бинякони – Лида, а 2-й армии на Вильну»[496].

Получив назидания главнокомандующего фронтом, командующие армиями в соответствии с ними отдали свои распоряжения вверенным им войскам. В частности, командующий 2-й армией генерал В. В. Смирнов в середине дня 23 июня приказывал 1-му Сибирскому корпусу «продолжать выполнение поставленной задачи, нанося противнику короткие, но энергичные удары, ведя атаки на участки наиболее подготовленные и выгодные. Прочим корпусам армии продолжать поиски и налеты разведывательных партий и отдельных рот с пулеметами на окопы противника, захватывать пленных, а где возможно удерживаться в захваченных окопах». В заключение он в свою очередь предупреждал: «Всем корпусам армии иметь в виду, что при удачном развитии действий 4-й армии предположен общий переход в решительное наступление всей 2-й армии. Поэтому корпусам продолжать работы по разрушению окопов, блиндажей, пулеметных гнезд и искусственных препятствий противника, не давая ему возможности исправлять сделанные разрушения»[497].

Главнокомандующий Западным фронтом генерал А. Е. Эверт посчитал недостаточными задачи, поставленные командующим 2-й армией корпусам, входившим в ее состав. В связи с этим в час ночи на 24 июня он телеграфировал генералу В. В. Смирнову: «Вы неправильно поняли мою телеграмму 15047, указав всем корпусам готовиться к наступлению перед собой. Прошу наметить в исполнении данных указаний ударный район и составить соображения о сосредоточении к нему возможно больших сил, дабы выполнить это в возможно короткий срок. Имея в виду почти тройное превосходство Ваших сил, теперь же приступить к такой перегруппировке, которая дала бы Вам возможность выделить сильные резервы с целью сосредоточения их в кратчайший срок в ударную группу». «Соображения эти» главкозап предписывал командующему армией представить «не позже 27 числа»[498].

Следует отметить, что главнокомандующий Юго-Западным фронтом генерал А. А. Брусилов, организовавший и совершивший войсками прорыв фронта австро-венгерских войск, стремясь к развитию успеха, ближайшей целью которого было взятие стратегически важных железнодорожных узлов Ковель и Владимир-Волынский, считал необходимым наступление войск Западного фронта. С этим вопросом он неоднократно обращался в Ставку Верховного главнокомандующего, ставил в