Ливонская война. Шведский период 1570-1583 - Сергей Николаевич Бирюк

Эстляндии, но не из Нарвы. Воевода Тарваста Иван Иванович Сабуров 1 августа прислал царю письмо, «что хочет быть к Тарвасу Анца Борис с нарядом воевода свийских немец». Царь отправил подкрепление – отряды Петра Афонасьевича Нащокина, Петра Волконского, Игнатия Кобякова и Ивана Фустова[376]. Эти отряды ранее входили в состав рати Хилкова, ходившей в июне «за Двину».

Хенрик Хорн, который летом посещал короля для получения инструкций, 23 июня написал из Стокгольма начальнику пехоты Арвиду Тавасту о мобилизации войск в Финляндии, призывая Таваста отдать приказ солдатам, размещенным в различных местах, чтобы все они пришли на морское побережье до 13 июля, чтобы оттуда на кораблях отправиться в Ревель. Чуть позже Хорн повторил этот приказ. 17 июля он напомнил Тавасту, что солдаты должны под страхом смерти поспешить к морю, чтобы к 29 июля быть в Ревеле или хотя бы на кораблях. Незадолго до этого капитаны финских кораблей получили от правительства приказ захватывать все встречающиеся суда и использовать их для перевозки войск.

4 августа сам главнокомандующий прибыл в Ревель, куда адмирал Бенгт Юустен, возвращаясь из похода на Нарву, за неделю до этого привел флот, как было описано выше. В середине августа в Ревель еще не прибыли эскадроны Мартина Ларссона и Каспара Тизенхузена и девяти рот. В ожидании остальных войск Хенрик Хорн отправил более 4000 человек в поход в Ляэнемаа, а его сын Карл Хорн с 2000 человек отправился к Пайде. Попытка овладеть этой крепостью внезапной атакой, однако, не увенчалась успехом[377].

Еще в Ревеле Хенрик Хорн столкнулся с трудностями. Когда армия, наконец, сосредоточилась, выяснилось, что в ней меньше пехоты, чем обещал король. Кроме того, не хватало провианта. 26 августа четырнадцать командиров рот написали Юхану: «Мы не получили достаточно продовольствия ни из Финляндии, ни из Эстляндии; нам не дали ни денег, ни одежды; поэтому мы испытываем нужду во всем. Чтобы раздобыть продовольствие, солдаты вынуждены продавать свою одежду и даже оружие, ибо голод – это тяжелое испытание. Следует также опасаться, что из-за недостатка продовольствия они не смогут преодолевать большие расстояния в походе, а останутся на обочинах дорог и таким образом попадут в руки врага».

Поначалу в армии не хватало пороха, а тот, что удалось получить с флота, был старым и оказался непригодным для использования. Поэтому Хенрик Хорн вывез из Ревеля значительное количество пороха, так что в крепости осталось всего 2 бочки ружейного пороха и 1 ласт пушечного пороха. Кроме того, воины, не получившие жалованье, роптали и проявляли неповиновение. После долгих обсуждений главнокомандующий, наконец, заставил их пообещать, что они будут в походе до Дня Мартина (11 ноября). Однако воины дали понять, что отправятся домой, если не получат обещанного жалованья до этого дня. Сообщив обо всем этом королю, Хенрик Хорн попросил прислать ему еще пехотинцев, порох и другие припасы. Он даже отправил Арвида Столарма в Швецию, чтобы ускорить оказание помощи[378].

В Ревель было доставлено письмо от короля Польши, который в то время победоносно сражался с русскими у Полоцка, в котором он, очевидно, интересовался планами шведов, поскольку в ответе Хенрика Хорна говорилось, что он собирается идти в Россию по Псковской дороге. Однако Хорн не упомянул, что намеревался отклониться от этого маршрута на восток (на Новгород), поскольку не хотел, чтобы его намерения стали известны преждевременно.

Он решил сначала захватить Нарву, которая в последнее время подвергалась сильным нападениям со стороны флота. Эта новая идея Хенрика Хорна, похоже, не понравилась Юхану III, который в августе написал главнокомандующему: «Нет необходимости осаждать по пути Нарву или Раковор, потому что такая осада приведет к потере людей и времени, но эти замки можно взять внезапным броском или склонив комендантов к сдаче. Однако главное – завоевание Новгорода. Ибо, овладев кремлем в этом городе, мы завоюем всю Новгородскую землю. Но если мы не возьмем его вовремя, то королю Польши придется это сделать, потому что нам сообщили, что Новгород, Псков, Смоленск и Полоцк тайно предложили сдаться ему. Наши войска должны достичь Новгорода раньше поляков, ибо мы не хотели бы, чтобы Польша расширила свою территорию до рек Сестра и Нева»[379].

Для этой кампании Хенрик Хорн собрал большой осадный парк, частично из Выборга, частично из Ревеля, который включал 11 проломных картаун, 6 зажигательных мортир, множество полевых орудий и достаточное количество ядер. Однако Хорн не думал, что сможет перевезти всю эту большую артиллерию по суше, поэтому приказал адмиралу Бенгту Юустену доставить тяжелые осадные орудия к Нарве на кораблях. Завершив приготовления к плаванию, он многозначительно заметил адмиралу, к которому, похоже, не испытывал полного доверия, как важно, чтобы флот отплыл вовремя, поскольку, учитывая позднее время года, вскоре ожидаются холода и осенние дожди, при которых войскам будет трудно продолжать осаду. В ответ Юустен заявил, что намерен поспешить в Нарву, как только доставит на свои корабли припасы из Гельсингфорса. Когда главнокомандующий спросил его, почему он не отправил свои небольшие корабли в море за провиантом задолго до этого, Бенгт Юустен ответил, что некоторые из них уже отправились в Финляндию с этой целью. Хенрик Хорн также напомнил Юустену, что он не позволит флоту дойти до Сантахамина или Варгескяри, а должен бросить якорь в Исосаари, чтобы отплыть оттуда, как только подует подходящий ветер, и адмирал заверил его, что ему нет необходимости вести свои корабли в Гельсингфорс, хотя он сам намеревался отправиться на лодке в этот город на три или четыре дня. На последний вопрос Хенрика Хорна, когда, по мнению адмирала, он сможет прибыть в Нарву, Юустен ответил, что будет там еще до истечения четырнадцати дней, поскольку в это время года ветер дул в основном с юго-запада и, следовательно, был благоприятен для тех, кто плыл от архипелага Уусимаа в сторону Нарвы[380].

29 августа армия Хенрика Хорна выступила из Ревеля и 14 сентября прибыла к Нарве. Во время похода впереди армии было отправлено 150 всадников на разведку. Они храбро бросились в атаку на татарскую орду, не зная, насколько она велика. В битве шведы были разгромлены или взяты в плен. Спаслись и вернулись только командир Иоахим Грефве и 3 его солдата.

За этой бедой вскоре последовали другие, более серьезные. Горьким разочарованием стало отсутствие флота, который должен был доставить осадные орудия. После выхода в поход армии Хорна флот провел тринадцать дней в гавани Ревеля, где его сначала потрепал встречный ветер. Адмирал был полностью виноват в том, что не снабдил провизией хотя бы два или три корабля, чтобы при благоприятном ветре они могли последовать за артиллерийскими кораблями в Нарву, в то время как сам он отправился на финскую сторону для снабжения других военных кораблей. Вероятно, он мог бы получить в замке Ревель или в городе провизию, необходимую для этих трех небольших кораблей, но после отъезда Хорна