Тайная лаборатория - Александр Александрович Тамоников

ведется, но южане часто нападают на селения равнинной части и считают народность лум своими врагами. Кхенги живут за счет этих нападок, грабежами, хищениями скота и т. д. Армия в Лагосе практически не существует. Лишь в столице Венбаг президент, избираемый парламентом, в свою очередь состоящим из родственников и верных людей действующего правителя Лагоса, держит мотопехотную бригаду да в аэропорту эскадрильи наших вертолетов «Ми-24», а также штурмовиков «Су-24». Самолеты, правда, почти не летают. Во время юго-восточного конфликта в Лагос были направлены советские военные советники и специалисты. В подавляющем большинстве летчики штурмовиков. Но страна так и не втянулась в конфликт. Поэтому, оставив часть техники, наши люди покинули Лагос. Железных дорог там нет, шоссе тоже, в основном местные жители используют речной транспорт. Страна, особенно в равнинной части, изобилует каналами. Автомобильные дороги в ужасном состоянии, и в основном это грунтовки. Но… я, кажется, увлекся. Итак, по моему мнению, именно в горе Дракона террористы «Кровавого заката» и оборудовали лабораторию для получения из «Анделя» мощного, современного, не имеющего противоядия отравляющего вещества огромной поражающей силы. И руководство над этим, если можно так выразиться, проектом возложено на Кумати.

Тимохин спросил:

— Когда мы узнаем, насколько ваши предположения соответствуют действительности?

Казаков кивнул:

— Вопрос понятен. Сейчас у нас на юге Лагоса работает агент стратегического внедрения. Нам удалось связаться с ним, и он начнет прокачивать ситуацию вокруг горы Дракона. Но скорых результатов от него ждать не приходится. А точно мы установим место нахождения лаборатории только после того, как в ходе доработки препарата Андориным будет применено радиоактивное вещество П-274. Выброс радиоактивного облака укажет спутникам место. Ну, а космическая разведка сбросит информацию нам!

— А до этого что будем делать?

Казаков взглянул на Феофанова:

— Извините, товарищи офицеры, а вот это уже не в моей компетенции. Ко мне вопросы будут? Я оставлю всю документацию и снимки руководству управления, и вы сможете глубже изучить материалы по делу похищения Андорина и Королевой. Если вопросов нет, разрешите нам с Натальей Андреевной откланяться. Думаю, расстаемся мы ненадолго.

Офицеры управления по борьбе с терроризмом поднялись, проводив сотрудников Службы внешней разведки.

Как только за Казаковым и Алешиной закрылась дверь, Феофанов приказал:

— Сидеть! И слушать!

Потапов, Крымов и Тимохин выполнили распоряжение начальника.

— Значит, интересуетесь, чем будем заниматься сейчас? А по-моему, все ясно, готовиться к работе в Лагосе.

Тимохин заметил:

— Это если подтвердится информация, что Андорина перетащили именно туда.

Генерал взглянул на Александра:

— У тебя по этому поводу есть сомнения?

— А у вас нет? Не кажется ли вам, товарищ генерал, что Кумати как бы специально ведет нас в Лагос? Он что, не мог убрать свидетелей по-другому? Тихо, незаметно, дабы пусть и на время, но надежно замести следы. Что же вместо этого делает террорист? Валит всех своих подельников, да так, что об этом узнают не только спецслужбы, но и все, кому не лень.

Феофанов спросил:

— Но сказал же Казаков, что таков стиль работы Кумати.

— Странный стиль, не находите? Замести следы, указывая путь своего отхода.

— Ну… что имеем, то имеем. Ты считаешь, Кумати играет с нами?

— Не знаю! Возможно, он болен манией величия, переполнен самоуверенности, убежден в собственной непогрешимости.

Крымов добавил:

— Или уверен в том, что в Лагосе, даже узнай мы о местонахождении Андорина, нам ничего не светит.

Тимохин усмехнулся:

— А нам и так в джунглях ничего не светит. Мы не имеем никакой практики работы в условиях тропического леса. Да что там практики, мы и теоретически не готовы к действиям в Лагосе.

Феофанов поднял указательный палец правой руки:

— Вот! Вот вам и ответ, чем заниматься в ближайшие дни. Изучать материалы по Лагосу. Дабы знать, что представляют собой эти джунгли, какая опасность в них таится, животный мир, особенно те особи фауны, что потенциально могут представлять угрозу. Рельеф местности, особенности реки Монг, климат. Короче, загрузить мозг всем, что может пригодиться в Лагосе. Независимо от того, будем мы там работать или нет.

Потапов поднялся:

— А я просто дурею от нашей системы безопасности. И бдительности тех лиц, что отвечают за эту безопасность. Безопасность и элементарный порядок. Террористы похищают известного профессора и его невесту. Готовят, отмечу, не в тайнике, а открыто вагон для переправки их через всю страну, цепляют вагон к составу. Отцепляют, где захотят. Устраивают пожары, свободно выходят в открытый океан, минуя пограничный заслон. Что происходит?

Тимохин усмехнулся:

— Ничего особенного. Просто сейчас у нас в России можно все и вся купить. Были бы деньги. А деньги у террористов есть. Вот и покупают чиновников. Тем же до фени национальная безопасность государства. Для них это пустой звук, а вот баксы в карманах — совсем другое дело. Железнодорожников купили, пограничников купили, а с наемниками вообще никаких проблем. Желающих быстро срубить «бабло» хоть отбавляй. И тем совершенно без разницы, каким путем. Хищением, грабежом, убийством, предательством. Все средства хороши ради денег. Вот и получаем мы проблему за проблемой. А что, интересно, станет со страной, если еще и мы бросим все к чертовой матери и пойдем заколачивать деньги? Уж нас-то везде возьмут на работу.

Феофанов ударил кулаком по столу:

— А ну, отставить пустые базары! Чего заводитесь? Еще будет время завестись. А сейчас, Крымов с Тимохиным, езжайте в городок, заскочив по пути в штаб управления, где возьмете весь имеющийся материал по Индокитаю. И готовиться к работе в Лагосе. Но так, чтобы ни одна посторонняя душа не узнала о вашей подготовке. Все! Свободны! Как до конца прояснится обстановка, я вас вызову. И не надейтесь на долгое безделие. Чует мое сердце, ситуация взорвется скоро и, как всегда, неожиданно. Так что держать себя в повышенной готовности. Себя и своих подчиненных. До связи!

Крымов с Тимохиным поднялись, вышли из кабинета, а затем и из здания резиденции.