Военная разведка в операциях по освобождению Белоруссии (октябрь 1943 – август 1944) - Константин Максимович Голод

По факту действий разведгруппы 117-го стрелкового полка была назначена прокурорская проверка. По ее итогам 15 марта 1944 г. также был издан приказ командира полка о привлечении виновных к дисциплинарной ответственности за плохую организацию разведки.

Дополнительно к принятым мерам командир полка утвердил инструкцию по действиям часовых, сторожевых постов и дозоров частей и спецподразделений 23-й Киевско-Житомирской стрелковой дивизии.

Было установлено, что противник особенно упорное сопротивление оказывал из района Озераны и вел активную разведку из районов юго-западнее Млынок, Переров, юго-восточнее Сторожовцы. В связи с этим командир дивизии приказал особое внимание уделить разведке противника, добыванию разведданных о его силах, системе укреплений и размещении опорных пунктов. Фактически еженедельно разведгруппы уходили в тыл противника.

В приказании на разведку от 28 марта 1944 г., направленном начальникам штабов полков и командиру 82-й отдельной роты разведки, были поставлены конкретные задачи по ведению разведки перед фронтом дивизии (копия архивного докумнта приведена ниже).

Командование 61-й армии проявляло большую озабоченность тем фактом, что группировка противника перед ее фронтом не была изучена в достаточной степени. В связи с этим командующий армией приказал в период с 1 по 15 апреля 1944 г. активным действиями частей и разведчиков установить:

а) нумерацию и группировку войск противника на переднем крае;

б) резервы противника и места их расположений;

в) группировку артиллерии;

г) наличие и численность танков, штурмовых орудий перед фронтом армии;

д) намерения и замыслы противника.

Необходимо было также уточнить:

а) начертание переднего края противника, характер оборонительных сооружений и заграждений;

б) наличие промежуточных рубежей и их состояние;

в) характер местности на переднем крае и в глубине обороны противника;

г) движение по железным и грунтовым дорогам м. Птичь, Лунинец[510].

В данном приказании штаба 61-й армии на разведку были поставлены и конкретные задачи 23-й Киевской-Житомирской стрелковой дивизии. Необходимо было активной разведкой разведподразделений и стрелковых подразделений дивизии к 10 апреля 1944 г. захватить пленных и установить:

«а) наличие оставленных очагов противника на южном берегу р. Припять;

б) состояние рубежа обороны противника на северном берегу р. Припять и р. Ствига;

в) опросом местных жителей, партизан и специальной инженерной разведкой – состояние дорог и характер местности. Проверить старую и организовать новую сеть наблюдательных пунктов с учетом просмотра всего переднего края обороны противника и к 10 апреля в разведотдел армии представить схему наблюдательных пунктов и полей невидимости. К 8 апреля иметь в готовности группу в количестве 20 человек для высылки в тыл на длительное время до 30 дней. Для последней подготовить радиостанцию с запасом питания на один месяц. Первое донесение о готовности группы к 5 апреля. Высылка группы в тыл особым распоряжением разведотдела армии»[511].

Приказание на разведку стрелковым полкам и 82-й ОРР 23-й Киевско-Житомирской стрелковой дивизии от 28.03.1944 г.[512]

Озабоченность командования 61-й армии недостаточностью сведений о противнике перед фронтом армии не спадала. В связи с этим 3 апреля 1944 г. начальник штаба армии генерал-майор Пулко-Дмитриев и заместитель начальника разведотдела армии подполковник Данилевский направили в войска приказание, где дивизиям армии были в очередной раз конкретизированы задачи по разведке противника (архивная копия выписки из приказания на разведку для 23-й Киевской-Житомирской стрелковой дивизии приведена ниже).

Уже 5 апреля разведгруппа 82-й отдельной роты разведки под руководством командира взвода ст. лейтенанта Ширяева была направлена в тыл противника. Предварительной разведкой было установлено, что несколько дней подряд группы немцев безнаказанно проникали северо-восточнее Буда и грабили жителей, живущих в шалашах и землянках в лесу, уводили мужчин, угоняли коров. Неоднократные попытки проучить немцев путем устройства засад нашим разведчикам не удавались. Разведчики не могли точно установить, где проходят тропы, по которым передвигаются немцы. Разведчикам необходимо было путем захвата пленных установить, какая часть действует перед фронтом дивизии. С целью выявления троп, по которым передвигаются немцы, и устройства на них засад для захвата пленных было выделено несколько разведывательных партий. Практика показала, что оправдывает себя снаряжение крупных партий, хорошо вооруженных и имеющих пулеметы.

Исходя из этого, командир взвода 82-й отдельной роты разведки ст. лейтенант Ширяев 2 апреля 1944 г. получил задачу устроить засаду в районе юго-западнее Млынок и взять пленного. Для разведывательной партии были подобраны 39 человек из разведроты дивизии и 13 человек из взвода разведки 117-го стрелкового полка. Была организована подготовка разведчиков к выходу на боевое задание. Вооружение разведчиков: автоматы с запасом патрон на 2,5–3 магазина; по 4–5 гранат на каждого; 2 ручных пулемета. Были взяты 2 сапера и около 20 мин – противопехотные и шрапнельные (трофейные). Утром 4 апреля разведпартия выдвинулась в район, где в лесу жили местные жители. Разведчики еще раз тщательно опросили их, откуда приходят немцы и в каком количестве. Узнав приблизительно район, где проходит немецкая разведка, ст. лейтенант Ширяев в середине дня нашел тропу и решил устроить засаду. Для засады было выбрано глухое место, поросшее густым и старым лесом. Впереди, в метрах 100, имелась небольшая поляна, поблизости от края, по которой проходила тропа. Разведчики знали, что впереди них находятся несколько местных жителей, которые наблюдали за передвижениями немцев (дозор для оповещения всех о подходе немцев. Это была повсеместная практика жителей близлежащих лесных деревень. – Примеч. авт.). Ст. лейтенант Ширяев выслал небольшой дозор для осмотра местности района засады. Тщательно все осмотрев и убедившись в отсутствии подозрительных особенностей и засад врага, дозор представил доклад командиру разведпартии[513].

Выписка из приказания на разведку для 23-й Киевско-Житомирской стрелковой дивизии от 3 апреля 1944 г. ЦАМО. Ф. 1096. Оп. 1. Д. 41. Л. 47

Засада была организована очень тщательно, с учетом особенностей местности (схема 23). Тропу оседлала группа в 15 человек под командованием ст. лейтенанта Ширяева. Впереди за 50 м саперы установили мины по обе стороны тропы с таким расчетом, что, если немцы будут прятаться за деревьями, они обязательно наткнутся на них. По обеим сторонам тропы за 45–50 метров расположились 1-я и 3-я группы. Группой № 1 в составе 18 разведчиков командовал ст. лейтенант Иванов, группой № 3 в составе 20 человек – ст. сержант Осипян. Ручные пулеметы были установлены на флангах боковых групп и держали под огнем район, где заложены мины. В случае появления немцев было установлено стрелять по сигналу (автоматная очередь), который должен дать старшина 1-й статьи Семенов. Он стоял на месте, с которого виден район минного поля. Разведчики не окапывались, каждый выбрал себе удобное дерево, из-за которого было удобнее и безопаснее вести стрельбу. Разведгруппа находилась в засаде безрезультатно почти 18 часов[514].

В 12.00 5 апреля 1944 г. разведчики заметили, что к ним бегут местные жители, которые и сообщили, что идут немцы. Разведгруппы были приведены в полную готовность. Гитлеровцы, продвигаясь вереницей по тропе, увидев убегающих местных жителей, развернулись в цепь, но затем снова