Комиссар и комбриг. Армейско-партизанские мемуары - Герасим Алексеевич Кирпич

только Шаховский, но Черноручский лес. Обо всём замеченном им следовало докладывать конными связными, а пойманных офицеров доставлять под конвоем в райцентр, куда уже прибыла опергруппа из отдела 2-го Белорусского фронта.

В Рацевские и Шепелевичские леса мы направили 2 роты 1-го отряда, который только что прибыл, одну роту 60-го отряда имени Седлецкого с той же задачей.

Трое суток товарищи прочёсывали леса. Информацией им помогали местные жители. Они сообщали, откуда выходили фашистские офицеры в деревню и просили хлеба. В некоторых случаях даже сами приводили и сдавали немцев нашим бойцам и командирам. Иногда генералы оказывали сопротивление, но их быстро обезоруживали и обезвреживали. Командиром 286-й охранной дивизии генералом Йоганом Рехтером, было оказано сопротивление, в лесу между Дубовое и Шинки Крупского района.

Всего в лесах поймано 25-м отрядом во главе с командиром товарищем Якушко И. А.: в Шаховском лесу – 17 офицеров, сбросивших с себя форму и прикинувшихся солдатами. Отрядами № 1 и № 60 в Рацевском лесу – 3 и в Козловском и Шинковском лесах – 7 генералов. Семь генералов поймано оперативными работниками с воинскими частями из отдела «СМЕРШ» в Березинских лесах.

Всего в эти дни поймали 17 генералов, не считая офицеров. Все они потом предстали перед судом в январе 1945 года и были казнены через повешение в Минске.

Сведения о поимке в Березинских лесах генералов привезли, возвратившись из Березино после восстановления Березинского моста, командир 20-го отряда Якимов и комиссар Игнатенко Г. И.

4 июля 1944 года наши отряды вместе с гвардейским бронетанковым корпусом генерала Бурдейного ворвались в столицу Белоруссии Минск, после чего были отпущены в наше распоряжение. Весь личный состав получил от генерала Бурдейного благодарность.

… Итак, в городе Шклове мы простояли до 6 июля. Получили радиограмму следовать в город Могилёв, в совхоз Буйничи, где находятся представители БШПД во главе с полковником Прохоровым потому, что 8 июля в городе состоится партизанский парад, а после парада – расформирование. Следование пешим ходом, другого транспорта нет, кроме своих подвод и лошадей.

(Вот в чём бы нашему теперешнему руководству государством перенять опыт той, ушедшей войны, 80-летие победы которой мы отмечаем в нынешнем, 2025 году!

Не успел в Могилёве пройти партизанский парад победы, не успели наши войска закрепиться в Минске, а немедленно, ни на час не откладывая, было произведено назначение на все советские партийные и хозяйственные руководящие органы. Причём начальниками назначены были люди из числа воевавших партизан! Люди на местах выбрали бойцов, доказавших свою преданность Родине. И не один-два человека были выдвинуты, не десяток-другой – а полностью весь состав руководства! Может быть, поэтому в послевоенные годы советская республика Белоруссия отличалась хорошим управлением, заботой о гражданах и ростом народного хозяйства. Каждый раз, пересекая административную границу республики, мы поражались порядку и красоте шоссейных дорог, изобилию товаров и благоденствию населения…

Вот так бы и ныне…)

30 километров до Могилёва и ещё до Буйнич 10 километров. Мы покрыли 40 с лишним километров, прошли их за 8 часов. В 11 часов 7 июля мы тронулись в путь через Рыжковичи, Комаровку, Лотву, а к вечеру, где-то в 18 часов, мы были на сборном пункте в Буйничах. На следующий день, 8 июля 1944 года, пройдёт партизанский парад всех бригад и отрядов Могилёвской области. Сбор бригад наметили поотрядно по Ленинской улице. Парад должен пройти на площади Ленина напротив Дома Правительства. Начало определили в 10 часов утра.

На парад вышли все: и мужчины, и женщины. Даже техничка наша Щур Черня, сама родом Шкловская, но прибыла с нами и тоже пошла в колонне, а с нею наш баран Васька. Все, кто видел её в строю, удивлялись барану, никуда ни на шаг от неё не отлучавшемуся. Он шёл рядом с женщиной, только посматривал по сторонам. Наша бригада двигалась второй за головной Могилёвской товарища Белоусова.

Я ехал на своём красивом рыжем коне в голове колонны, конь, хоть и артиллерийский, но был очень хорош. Пантюхин и Бочков с вечера его искупали в Днепре, вычистили, и конь казался разноцветным – по его шерсти пробегали пятна разнообразной формы. То – как большие георгины, теперь – как каштаны или иные цветы.

Когда наша колонна поравнялась с трибуной, я соскочил с коня и вышел на трибуну. Тут же секретарь обкома КПБ товарищ Макаров и председатель облисполкома Кардович меня поприветствовали, пожали руку. Для меня это была большая честь, я был просто восхищён таким вниманием. Парад длился часа три, пока прошли все отряды. После парада следовал обед, приём был организован руководством. В тот же день, не откладывая, мы начали подбирать людей во все органы власти, в армию, в истребительные батальоны, которые ещё должны были функционировать, на хозяйственные руководящие посты, специалистов в промышленность и сельское хозяйство. По рекомендации полковника товарища Прохорова начали составлять наградные документы. Это было уже шестое по счёту представление. Было дано указание: командирам и комиссарам отрядов всех представлять к наградам, не скупиться. Представлено более 200 человек к орденам и около 1000 человек к медалям СССР.

Итак, весь состав после расформирования бригады разъехался по назначению. Всё оружие, боеприпасы и иные предметы, имеющие материальную ценность, имеющиеся в бригаде, пошли на склад БВО на сборном пункте 9 июля 1944 года Буйничи Могилёвского района. Следует отметить, что 125 автоматов типа ППШ, выпущенных нашей мастерской, сданы отдельно, как бы не входившие в учёт или сверхнормативно.

Отряд № 5 передал в 222-ю стрелковую дивизию 23 винтовки и 2 ручных пулемёта из числа трофейных, Оршанскому РО НКВД – 23 винтовки и 3 ручных пулемёта, 13 автоматов для вооружения оперативной группы. (Партархив. Ф. 4239. В. 1. Д. 7. Л. 48.)

Итак, бригада была расформирована. Вся материальная база была передана местным хозяйственным органам, ведомствам, воинским частям.

Семье Калицко Герасима Семёновича в виде восполнения утраченного имущества выдана была лошадь и повозка, учитывая, что он прибыл к нам в отряд в декабре 1943 года со всем своим имуществом, а лошадь и подводу свои сдал в ведение отряда № 20. С осени 1941 года, по день вступления в отряд, семья медработников помогала бригаде с медикаментами и перевязочными материалами. Семья Калицко пришла в бригаду из Ухвальской больницы, вывезя с собой все медикаменты и инструменты. Теперь же эта семья была направлена в распоряжение Могилёвского облздравотдела.

Может возникнуть законный вопрос: а куда же распределили нашего барана Ваську? Этого нашего «ветерана», «прослужившего» с нами все годы, перенесшего все тяготы и невзгоды, передали бывшей уборщице Черне Щур. Она же его воспитывала. Кстати, Черня Щур