Священная военная операция: между светом и тьмой - Дмитрий Анатольевич Стешин

— Я называю его «Братишка». Всегда с ним здороваюсь, перед боем могу поцеловать в броню, прихожу с ним пообщаться с глазу на глаз, без экипажа, и он никогда меня не подводил. Мне кажется, в этом железе есть все-таки какая-то душа…

А вот про соседний танк «Столичный» говорит с легким пренебрежением:

— Баба! Капризная, своенравная. Может завестись, может нет. Может такое выкинуть, за голову хватаешься!

Понятно, какой машине отдано сердце танкиста.

СЕКРЕТЫ ЯГИ

«Столичный» рассказывает про крайний бой. Без топонимов. Сказал лишь, что поселок большой, «серьезный». Объясняет, как претерпел «Братишка» и оказался на ремонте, пусть и косметическом:

— Нужно было штурмовать населенный пункт. Его прикрывала лесополка, где сидели достаточно серьезные силы противника. Командование решило: «Будем пробивать дорогу танком». Выдвинулись ранним утром в тумане: наш танк и три БМП с десантом. Мы впереди. Я, как механик водитель, — за рычагами. На полной скорости влетаю в лесо-полку, открываем огонь, давим деревья и все, что попадает под гусеницы, — делаем просеку для БМП. Прошли лесополосу, встали от нее на небольшом удалении — прикрывать десант. А БМП начали закатываться в поселок и высаживать штурмовиков…

Я задаю логичный вопрос, и он не удивляет моего собеседника:

— А что вражеские дроны?

— «Баба-Яга» появилась сразу же по наши души. Принял решение: на месте стоять нельзя, нужно все время перемещаться, кататься взад-вперед. И продолжать прикрывать пехоту…

Тут «Столичный» внезапно открывает секрет работы вражеской «Бабы-Яги» (а этот дрон в личном рейтинге гадости наших бойцов СВО борется за первое место с обычными FPV — РЭБ на него не воздействует, дрон-детекторы не засекают, зато слышно за километр и хорошо видно):

— «Баба Яга» перед сбросом боеприпаса по цели должна зависнуть над ней, прицелиться и потом набрать высоту. Только тогда мина сбрасывается. Мы этот момент отслеживали, и «Братишка» рывком уходил от сброса. Три сброса было, ни один не попал! Тут, конечно, экипаж должен действовать слаженно и не паниковать.

По словам «Столичного», бой они провели достойно — помогли пехоте закрепиться в деревне и в лесополосе. Да, посекло противодроновый «мангал», но такая у него задача — страдать за экипаж и танк.

ШТАТНОЕ РУЖЬЕ ДЛЯ ОХОТЫ НА ДРОНЫ

Мой собеседник очень высоко оценивает применение «мангалов», дословно: «Такая простая конструкция, а сколько машин и жизней спасла, не сосчитать!»

— Два и даже четыре сброса наш «мангал» выдерживает спокойно! Вот этот (оборачивается к танку, показывает. — Авт.) мы только что восстановили, на днях уйдем на позиции.

Я в ответ вспоминаю свой первый «мангал». Увидел его у противника аж 10 лет назад. История скотская и в то же время анекдотичная:

— 2015 год. Начало штурма Дебальцевского котла, дорога за Углегорском и укропская БМП-1, вся увешанная и обваренная по кругу могильными оградками — рядом кладбище было, они оградки там надергали, только выкрасили в жовто-блакитный цвет. Не помогло. Всех святотатцев спалили вместе с их «могильной» броней. По-другому и быть не могло…

Мы говорим со «Столичным» о таком неприятном периоде СВО, когда многие страдали «дронобоязнью». И не потому, что трусы, а просто не знали толком, что с ними делать и как бороться. Противник на том этапе смог резко нарастить поголовье «камикадзе» и какое-то время натурально пановал в «малом небе».

Те времена уже давно в прошлом. Во-первых, на борту «Братишки» есть штатный дробовик-полуавтомат 12-го калибра. И ружье это не гуманитарщики привезли или, к примеру, удалось выменять на тушенку, его официально выдало Министерство обороны. Правда, охотничьи патроны в дефиците — при антидроновой борьбе расход большой.

КОГДА БЫЛО СТРАШНО

«Столичный» показывает короткое видео, и у меня натурально отвисает челюсть. Ранняя весна, лесопосадка без листвы. Мой собеседник включает телефон на запись, ставит его на землю, прислонив к стволу дерева, и прямо в кадре начинает отстреливаться от дронов из ручного пулемета Калашникова. В какой-то момент заканчивается большой, «пулеметный» магазин, он ругается и одновременно быстро перезаряжается. Потом — взрыв на удалении метров в тридцать. Попал! Прошу рассказать танкиста про обстоятельства «воздушного боя».

— У нас все отработано: при налете дронов, встаем с трех сторон от танка и отбиваемся. На видео, которое я показал, мы работали с закрытой позиции, поддерживали пехоту и уйти с этого места не могли. И тут наше командование сообщает: противник засек нас и отправляет на нашу точку FPV-дроны. Так что время подготовиться к атаке у нас было. Отбились.

— Страшно не было?

Командир «Столичный» возле своего танка по имени «Братишка»

— Немножечко, под населенным пунктом Заря. Стояли и работали из ельника, и по нам отправили 10 дронов-«камикадзе» и пять «Баб-Яг». Отбивались. Танк загорелся, мы его тушили — водой, землей. Потом смогли эвакуировать. Это единственный момент, когда было страшно.

ДЕЛО ВКУСА

Говорим о том, как изменилась роль танка на фронте. Первое — больше стали работать с закрытых позиций.

— Танк бьет очень точно до 11 километров. Хотя приходилось поражать цель и на удалении 12 500 метров — разбирали здание, набитое пехотой ВСУ. Конечно же, в этой работе нам помогают наши дроны, корректировкой.

На вопрос «Где проще танку воевать, в городской застройке или в лесопосадке?» «Столичный» жмет плечами:

— Дело вкуса. Мне больше нравятся лесополки — там можно хорошо замаскироваться. По бронетехнике противник в последнее время серьезно просел и компенсирует ее нехватку дронами. Но на данный момент мы двигаемся настолько быстро, что запасные позиции противник просто не успевает достроить. Но много мин. Поэтому при заходе на позицию экипаж сам, своими ногами, проверяет дорогу. И только потом мы закатываемся на машине.

Уже в конце разговора спрашиваю бойца про талисман, висящий на разгрузке, — это плюшевая летучая мышь. Пока без имени.

— Жена с дочкой прислали. Он всегда со мной, я с ним общаюсь и даже советуюсь. Думаю, мышонок этот помогал мне выживать, и не раз! Вообще, он о доме напоминает. Смотришь на него и понимаешь — ты здесь не просто так!

Снял с языка. Именно об этом я и хотел спросить танкиста-добровольца: что подвигло уйти на СВО?

— В «Сомали» воевал мой друг, так что я пришел за ним, по его рекомендации. Я знал, что происходило на Донбассе еще много лет назад — в 2014 году и позже. Знаю, как здесь страдали мирные люди. И не хочу, чтобы и мой ребенок