Геноцид Европы. Англо-американские бомбардировки 1939-1945 гг. - Александр Борисович Широкорад

в обозначении цели закончилось, и наступила очередь группы подполковника Смита. Самолеты «Москито» должны были спикировать на Дрезден и своими маркерами яркого красного цвета отметить велодром. От этого зависел успех всей атаки.

Вечером 13 февраля германские операторы наведения в штабе истребительной дивизии в Деберитце столкнулись со сложной проблемой. Посты радиоперехвата, которым раньше удавалось фиксировать сигналы бортовых РЛС и радиопередатчиков противника во время их предполетной проверки, теперь не могли это делать, так как над восточным побережьем Англии и вдоль линии фронта на западе была выставлена электронная завеса. Территория вдоль побережья Ла-Манша, на которой были установлены немецкие РЛС дальнего обнаружения, уже давно была занята войсками противника. Бомбардировщики союзных ВВС пересекли линию фронта на малой высоте, и немецкие радары могли обнаружить их только тогда, когда они находились уже над территорией Германии. 128 самолётов 100-й авиагруппы электронного противодействия поддерживали проводимую в эту ночь операцию, создавая экран из радиопомех, прикрывавший район цели с севера на юг. Остальные самолёты группы сбрасывали дипольные отражатели на подходе к другим городам и создавали помехи немецкой системе радиосвязи с помощью бортовых передатчиков высокой мощности. Часть самолётов была оборудована аппаратурой радиоперехвата. Все это делало задачу операторов немецкой истребительной авиации ещё более сложной. Более того, когда холодным вечером 13 февраля угроза налёта стала реальностью, из-за электронного занавеса, выставленного 100-й авиагруппой, сначала появилось только 244 бомбардировщика. Операторы наведения в Деберитце должны были попытаться определить не только предполагаемую цель налёта, но и то, что собираются делать англичане с остальными силами своего соединения.

В это время отвлекающие операции Бомбардировочного командования уже шли полным ходом. Пять самолётов «Москито» (из 53-х посланных) бомбили Магдебург. (Через три с половиной часа девять «Москито» будут вновь бомбить Магдебург, чтобы отвлечь внимание немцев от второго ударного соединения, которое шло на Дрезден).

Когда уже начинался первый налёт на Дрезден, семь «Москито» из восьми посланных с 21 ч. 59 мин. до 22 ч. 15 мин. сбрасывали бомбы на Нюрнберг. Это продолжалось ещё в течение нескольких часов. С 0 ч. 14 мин. до 0 ч. 24 мин. шестнадцать «Москито» бомбили Бонн. С 1 ч. 30 мин. до 1 ч. 47 мин. семь «Москито» из восьми посланных атаковали Марбург рядом с Ганновером. В это время вторая волна бомбардировщиков уже провела налёт на Дрезден и возвращалась на свои базы.

Для немцев обстановка несколько прояснилась после того, как первое назначенное для нанесения удара по Дрездену соединение «Ланкастеров» и следовавшие за ним на Болен «Галифаксы» углубились в воздушное пространство над Центральной Германией. Но готовые к бою истребители были подняты в воздух только тогда, когда немецким операторам стало ясно, что красные стрелки на матовом экране (группа наведения подполковника Смита) означают не обычный беспокоящий налёт на Берлин, а, скорее всего, группу самолётов, готовящихся пролететь над Лейпцигом, Хемницем или Дрезденом одновременно с потоком бомбардировщиков. В этот момент операторы командного пункта немецкой истребительной авиации в Деберитце решили, что под угрозой находится один из городов Саксонии. Но по-прежнему никто из них не считал возможным налёт на Дрезден. Вплоть до самых последних минут об угрозе воздушного нападения предупреждалось только население Лейпцига.

В Дрездене же обычные сигналы, предупреждающие о возможности воздушного налёта, не подавались. Первое, что люди услышали, это неожиданно раздавшийся в 21 ч. 55 мин. вой сирен. В эту же минуты на аэродром Дрезден-Клотцше (сейчас это гражданский аэропорт Дрездена) пришел приказ о подъёме в воздух базировавшейся на нем истребительной эскадрильи V/NJG.5. Но было поздно — маркировка цели уже началась. К тому времени, как «Москито» на высоте 6000 метров ловили сигналы передатчиков «Лоран», поднялись в воздух лишь несколько немецких истребителей, ведомых лучшими экипажами люфтваффе. Всего в эскадрилье их было восемь или десять.

Пилот ночного истребителя Ме-110 записал в дневнике, что 13 февраля 1945 г. оказался «самым печальным днём за период службы в качестве ночного лётчика-истребителя». Днём он проверял свой самолёт. Бортовой радиолокатор SN-2 работал хорошо. «Вечером, — писал дальше пилот, — мы получили приказ боевой тревоги, первый за весь день. Приказ на взлёт пришел слишком поздно».

Двухмоторному ночному истребителю Ме-110 требовалось около получаса, чтобы набрать высоту, необходимую для перехвата цели. Услышав, как из-за горизонта доносится гул моторов приближавшейся армады бомбардировщиков, расчёты лёгких зенитных орудий занервничали. Когда же единственный находившийся на аэродроме прожектор захватил своим лучом какой-то самолёт, кружившийся на сравнительно небольшой высоте, они открыли беспорядочный огонь, но, тем не менее, добились попадания, и объятая пламенем машина рухнула на землю.

В итоге на защиту Дрездена поднялись в воздух только 27 ночных истребителей.

К 22 час. 30 мин. 13 февраля всё соединение бомбардировщиков, принимавших участие в первом налёте на Дрезден, уже возвращалось в Англию. Из 245 «Ланкастеров» и 9 «Москито» 5-й авиагруппы, которые взлетели со своих аэродромов, 243 с 22 ч. 03 мин. до 22 ч. 25 мин. бомбили Дрезден. Налет этот был настолько сконцентрирован во времени и пространстве, что один «Ланкастер» угодил под бомбу, сброшенные другим, находившимся выше, самолётом. По британским данным, это была единственная потеря английской авиации в этой атаке.

Через 10 минут после завершения первого налёта самолёты 5-й авиагруппы внезапно прекратили сбрасывание дипольных отражателей «Виндоу» и, резко снизившись до высоты 1800 метров, вышли из зоны действия немецких РЛС. Только на подходе к линии фронта, в нескольких километрах к югу от Страсбурга, они начали медленно подниматься на высоту 4500 метров. Теперь их отход прикрывался новым потоком бомбардировщиков, который шел через Францию и Южную Германию. Соединение из 529 «Ланкастеров» готовилось к нанесению второго удара по Дрездену, запланированному на 1 ч. 30 мин. 14 февраля.

Начиная с полуночи, по мере того как самолёты постепенно набирали высоту над занятой союзниками территорией и пересекали линию фронта примерно в 35 км к северу от Люксембурга, экипажи этих бомбардировщиков разбрасывали в воздухе целые каскады дипольных отражателей «Виндоу».

Это была настоящая бомбардировочная армада, несущая огромное количество бомб. Во главе потока летели «Ланкастеры», которые имели на борту как фугасные бомбы замедленного действия, так и световые, снабженные парашютами бомбы, предназначенные для освещения местности, с тем чтобы заместитель руководителя налёта имел возможность определить и отметить точку прицеливания. Эти бомбы представляли собой магниевые фонари с отражателями, которые зажигались на высоте 6000 метров. В том случае, если бы облака оказались слишком плотными, и свет от горящих на земле маркеров «Парамата» не смог через них пробиться, то тогда восемь других самолётов наведения должны были приступить к сбрасыванию парашютных «небесных маркеров» «Wangaui».

С интервалом в 3–4 минуты в потоке бомбардировщиков располагались «Ланкастеры» «визуального центрирования» из состава группы наведения, которые должны были визуально сбрасывать свои маркеры в центр