Шлезвиг-Гольштейнские войны - Кольмар фон дер Гольц

удара с запада предоставляла низина Мейна. Через эти водные преграды вели четыре переправы — у Крусо, Нихууса, Фрёсле и северо-западнее Харрисле. Все они были прикрыты голштинскими отрядами, во Фленсбурге в качестве резерва находились пехотный батальон и батарея. Западнее города, на левом фланге в районе Шеферхауса, стояло шесть с половиной эскадронов кавалерии. У Хандевита расположились два добровольческих корпуса.

И без того небольшие силы немцев оказались в результате рассеяны. Они могли некоторое время оказывать сопротивление врагу, наступавшему прямо с севера. Однако у выбранной позиции был один большой недостаток. Широкий проселок, так называемая Бычья дорога, шел вдоль высот через длинную деревню Бау, которая господствовала над местностью. С этой стороны голштинцев было легко обойти, создав угрозу их тылу. Генерал фон Крон прекрасно понимал, в какой опасной ситуации он находится, и докладывал об этом в Рендсбург. Он не рискнул по собственной инициативе оставить Фленсбург. 8 апреля ему, наконец, была предоставлена свобода действовать по собственному усмотрению. Это была последняя возможность отойти без помех, и Крон упустил ее, ожидая принца Фридриха, который обещал прибыть утром следующего дня.

Датчане, продвигаясь от Кольдинга через полуостров Зундевитт[10], 8 апреля уже приблизились к немецким позициям на расстояние одной немецкой мили. Утром следующего дня их левая колонна с территории Зундевитта атаковала голштинскую позицию с севера и северо-запада. Главные силы датчан выдвинулись к Бау, обошли по Бычьей дороге оборонявшихся и направили кавалерию вперед, чтобы отрезать противнику путь к отступлению. К счастью для голштинцев, маневр кавалерии был вскоре отменен. Тем временем начался бой на переправах.

Деревня Бау была занята небольшими силами голштинцев, которых датчане вскоре отбросили. Нихуус удалось удержать, однако Бычья дорога оказалась полностью под контролем датчан, наступавших через Харрисле на восток. Командовавший обороной Харрисле капитан Шмидт погиб, его роты начали беспорядочно отступать на Фленсбург, и весь корпус оказался под угрозой окружения и разгрома. Самого плохого развития ситуации не удалось допустить благодаря прусскому гусарскому офицеру фон Ди-пенбройк-Грютеру. Случайно появившись на поле боя, он смог остановить бегущих и заставить их занять оборону. Благодаря этому защитникам Нихууса удалось своевременно отступить и выйти к Фленсбургу раньше датчан. В районе Крусо оборону держал капитан Михельсен с батальоном пехоты, двумя пушками и добровольческим отрядом. Он оказывал сопротивление до тех пор, пока не был отрезан от своих. Тяжело раненный Михельсен вместе с большинством своих солдат попал в руки противника. Разбитые голштинцы в беспорядке отошли к Рендсбургу под защиту пруссаков. Некоторые добровольцы, разжившись повозками, смогли добраться туда же через Фридрихштадт. Датчане вступили во Фленсбург, но не преследовали врага. Они потеряли всего 94 человека, голштинцы -946, в том числе 773 пленными.

Таким образом, боевые действия начались. Германия не могла оставить Шлезвиг-Гольштейн без поддержки. 4 апреля Союзный сейм обратился к Пруссии с просьбой взять на себя посредничество в конфликте и защитить права герцогств. Однако силы пруссаков на театре военных действий были на тот момент еще недостаточными. Внутренние потрясения помешали своевременно подготовиться к войне. Лишь 16 апреля 8 тысяч пруссаков собралось у Рендсбурга.

Тем не менее Бонин немедленно развернул бурную деятельность. Он потребовал заключить перемирие и передал датскому авангарду заявление, в соответствии с которым грозился рассматривать любое дальнейшее продвижение датчан как объявление войны Пруссии. В результате голштинцы смогли привести свои войска в порядок и немного приучить добровольцев к военной дисциплине. Германский союз официально заявил, что условием переговоров является возвращение к ситуации, существовавшей до 28 марта. 16 апреля Бонин потребовал в этой связи от датчан оставить Шлезвиг, а также освободить всех пленных. На исполнение он дал им два дня. Те же требования были предъявлены дипломатическим путем. Разумеется, полковник ни минуты не сомневался в том, что они будут отвергнуты; он решил начать боевые действия 20 апреля. Бонин договорился с принцем Фридрихом об одновременной атаке датских сил в районе Шлезвига с фронта и правого фланга. В распоряжении немцев для проведения этой операции имелось в общей сложности 14 тысяч солдат; силы датчан оценивались в 15 тысяч, однако Бонин считал противника более слабым. Колонна из 4 тысяч солдат, включая добровольческие отряды, должна была пересечь реку Шлей, чтобы занять дефиле у озера Лангзе и тем самым отрезать противнику путь к отступлению. План был рискованным, поскольку сосредоточенная датская армия находилась между немецкими группировками, однако и достигнутый успех мог оказаться весьма масштабным.

Тем временем Пруссия отправила подкрепления, чтобы довести численность группировки в районе Рендсбурга до дивизии, состоящей из гвардейской и линейной бригад. Ее командиром был назначен генерал-лейтенант принц Радзивилл. Гвардейской бригадой командовал генерал фон Мёллендорф, линейной — Бонин, также получивший генеральский чин. Главнокомандующим стал ганноверский генерал Халкетт, участник сражения при Ватерлоо.

18 апреля командиры собрались в Рендсбурге; срок перемирия истекал. Прусские генералы хотели немедленно атаковать, однако у Халкетта были другие инструкции. Его король надеялся на английское посредничество, успеху которого поспособствует, «если датчан на позициях севернее Эйдера не будут беспокоить без крайней нужды». Только 21 апреля Халкетту была предоставлена свобода наступать. Выдвижение назначили на 23-е. К этому моменту шлезвиг-гольштейнская армия численностью 8900 человек занимала позиции на восточном фланге до Кильской бухты, прусская дивизия численностью 12900 человек располагалась в районе Рендсбурга, а дивизия Германского союза (10700 человек) — в районе Ноймюнстера. В распоряжении немцев было, таким образом, 32,5 тысячи солдат и офицеров. Этого должно было хватить, чтобы быстро справиться с 12 тысячами датчан, которые под командованием генерала фон Хедеманна концентрировались в районе Шлезвига и Миссунде.

Однако операция еще не успела начаться, когда командующего вновь сменили. В армии надеялись, что немецкие силы возглавит принц Прусский, находившийся в тот момент в Англии. Вместо него вечером 21 апреля в Рендсбурге появился прусский генерал фон Врангель. Положение командующего было непростым: он нес ответственность и перед своим королем, и перед союзным сеймом. Его отношения с временным правительством Шлезвиг-Гольштейна еще предстояло определить, своих подчиненных и театр военных действий он не знал. Однако благодаря прекрасной репутации он пользовался доверием солдат и офицеров. Врангель выбрал лучший вариант из возможных — подтвердил уже отданные приказы. Мёллендорф со своей бригадой (7 батальонов, 2 эскадрона, 12 орудий) должен был наступать по проселочной дороге от Штентена через Брекендорф и Оберфельк на Шлезвиг. Бонин (7 батальонов, 4 эскадрона, 10 орудий) двигался от Зоргбрюка по шоссе. Мёллендорф должен был занять позицию у рва Кограбен, Бонин — охватить противника с запада через Гросс-Райде. Справа — на востоке — предстояло наступать доброльче-ским отрядам. Шлезвиг-гольштейнская армия должна была следовать за