Убить Бен Ладена - Делтон Фьюри

В горах Тора-Бора рабочие навыки, необходимые переводчикам, включали способность выживать в суровых условиях, характерных для работы спецназа — более конкретно, сохранять спокойствие, управлять спусковым крючком в морозную погоду и тащить на себе свой собственный вес.

Поэтому, когда появился подходящий лингвист, его немедленно отправили на работу. Мужчина в проходящем мимо патруле на мгновение остановился возле группы «Гринч» и поймал взгляд Адама Хана. Парень выглядел как настоящая находка. Он не только свободно говорил на пушту, но также примерно на уровне начальной школы говорил и понимал по-английски. Более чем достаточно. Ему был выплачен солидный бонус за подписание контракта.

Однако новый «терп», известный как Флэгг, не был полностью проверен, поэтому Джим и его парни ограничили ему показ, как визуально, так и словесно, того, чем они занимались. Адам Хан присматривал за ним во время испытательного срока и вскоре понял, что в этом парне было нечто большее, чем просто небольшое знание английского. Он говорил на пяти языках! Он также оказался гораздо менее надежным, чем любой другой афганец, сопровождавший группу «Гринч», и Адам Хан решил, что он шпион, и задержал его на месте. Вполне возможно, что этот парень состоял на жалованье у «Аль-Каиды». В его кармане лежала визитная карточка MSNBC,[120] а также рукописные заметки на нескольких листках бумаги, в том числе позывной нашего сотрудника Поупа. Терп отрицал все обвинения, но его сопроводили вниз с гор, чтобы на него посмотрел генерал Али.

Прежде чем Али успел сообразить, что делать с Флэггом, парня поймали, когда он нагло пытался воспользоваться телефоном прямо в квартире генерала. Один из радиоразведчиков Скута завязал с ним разговор и заметил, что Флэгг, помимо других языков, довольно хорошо говорит по-арабски. Это был достаточно большой прокол, чтобы взять его под стражу. Его допросили, немного избили и отправили в Кабул, чтобы запереть в каком-то темном, сыром и переполненном тюремном блоке.

Но Флэгг был не единственным сомнительным человеком в округе. Другой джентльмен постоянно следовал за Адамом Ханом и приставал к нему с различными вопросами о том, где в Соединенных Штатах живут американские коммандос, желая узнать их имена и пытаясь завоевать его доверие. У него был британский акцент, и он, как ни странно, старался держаться как можно дальше от рядовых моджахедов. Его английский был намного более продвинутым, но самым красноречивым открытием о маленьком, худом и темнокожем мусульманине было то, насколько он четко понимал сложные манипуляции, с помощью которых ребята использовали инфракрасные лазерные целеуказатели для наведения бомб.

Для этого требовалась определенная продвинутая подготовка, и Адам Хан вскоре вычислил этого человека как агента пакистанской разведывательной службы ИСИ,[121] который проник в войска Али. Ему не разрешалось приближаться к нам. Афганистан был странным местом.

*

В ночь на 15-е декабря, в беседе у камина, присутствовали офицер британской разведки и Хаджи Заман, поскольку на рассвете должен был наступить еще один важный культурный поворотный момент. Следующий день, 16-го декабря, ознаменовывал собой окончание Рамадана, и моджахеды не только могли начать есть и пить в дневное время, — традиционно считалось, что это время отдыха и прощения врагов.

Основная часть встречи была сосредоточена на том, чтобы убедить полевых командиров отказаться от многовекового обычая и продолжить атаку в горах. «Аль-Каида» находилась на грани, и было абсолютно необходимо сохранять на нее давление. Мы были не в настроении прощать.

Заман, по-видимому, оправившийся от провала с ложной капитуляцией, согласился и похвастался тем, что начал пораньше, сказав, что у него будет несколько сотен бойцов, готовых отправиться на рассвете.

Я положил свою карту перед Заманом и попросил его указать место, которое он планировал атаковать. Это, конечно, было бесполезным упражнением, потому что способность Замана читать карту была ограничена. Оглядываясь назад, я понимаю, что на самом деле было не так уж много веских причин, по которым таким людям, как Али и Заман, нужно было читать карту, потому что это был их задний двор.

Как только Заман ушел, Али начал открыто выражать сомнения в приверженности своего заклятого врага общему делу. Дико размахивая рукой, генерал сказал, что Заман никогда не сможет смотивировать своих людей на атаку, по крайней мере, не позволив им регулярно есть по утрам, в том числе их первый завтрак после месяца поста. Кроме того, Заман не собирался наносить удар, пока не проведет некоторое время на холме Пресс-пул, в достаточной степени потворствуя средствам массовой информации и видеокамерам.

По иронии судьбы, именно присутствие прессы помогло сделать так, чтобы обычаи, обычно связанные с окончанием Рамадана, в этом году были проигнорированы. Оба военачальника понимали, что общественное мнение было ключом к их будущему.

*

Расположившись на скалистом выступе с редкой растительностью, группа «Кило» наслаждалась беспрепятственным видом на некоторые из лучших позиций «Аль-Каиды». Вскоре после полуночи экипаж ударного самолета AC-130 передал по радио, что они заметили около дюжины людей, бегающих на вершине соседнего холма. Пилот хотел знать, были ли эти «горячие точки» дружественными или нет. Поскольку «Кило» являлась самым передовым НП в центре поля боя, там не могло быть никаких своих войск. Поуп дал «добро» самолету на работу, и после нескольких минут молотилова пилот передал парням на земле короткое сообщение: «Все цели нейтрализованы».

Пока американцы и британцы давали друг другу несколько тихих поздравительных «пять» на своем НП, над головой все еще слышался отчетливый и успокаивающий гул ганшипа. Затем тишина сменилась странным и зловещим свистящим звуком, который становился все громче и громче, раздавался все ближе и ближе, пока не оборвался с громким звоном — прямо на их местоположении! Стрелянная латунная гильза от 40-миллиметрового снаряда, вывалившаяся из самолета с высоты 15 тысяч футов, приземлилась прямо в середине их плотной группы, едва не задев всех шестерых. Несколько мгновений они смотрели друг на друга в темноте, размышляя, каково было бы почувствовать этот большой кусок латуни, если бы он обрушился на одну из их голов.

С другой стороны, группа «Кило» провела еще одну продуктивную ночь, бомбя «Аль-Каиду». Как и группа «Индиа», которая донесла целеуказатель SOFLAM до НП 25-A пятью днями ранее, «Кило» также прихватила с собой подобную штуку. В той обстановке это было бесценное оборудование, и Поуп и Лоублоу знали это. Они также понимали, что как только они покинут здание школы и переедут в горы, шансы на пополнение запасов будут ничтожно малы, поэтому оба снайпера «Дельты» имели при себе радиостанцию PRC-117D на случай, если одна из них накроется медным тазом,