Тайная лаборатория - Александр Александрович Тамоников

Крымов передал приказ:

— Бросок вперед на двадцать метров. Огнеметчику, после броска — удар по третьей резервной группе противника! Пошли!

Спецназовцы, прикрывая друг друга, переместились на новые позиции, что создавало полную иллюзию стремления боевой группы сблизиться со входом в пещеры горы.

Переброску «Мираж» осуществил настолько быстро, что никто из боевиков понесшей тяжелые потери первой группы террористов не успел произвести ни единого выстрела. То ли их ошеломил внезапный огневой налет, то ли дождь помешал среагировать вовремя на маневр противника. Применение «Шмеля» по резервной группе внесло неразбериху в ряды обороняющихся. Они рванулись к джунглям и попали под массированный обстрел российских спецназовцев. Крымову стало ясно, что террористы потеряли на время единое управление, и этим следовало воспользоваться. Но будучи уверенным, что группе ничего не угрожает с тыла, он вызвал капитана Лошанина:

— Мираж-4. Ответь Первому!

— На связи, Первый!

— Что у тебя?

— Ничего! Стрельба от горы слышна хорошо, в остальном все, как было. Спокойно!

— Местные жители деревни не проявляют себя?

— Нет! Селение Хао словно вымерло.

— Держи тыл! Мы продолжаем!

— Принял! Удачи!

— Взаимно!

Получив сообщение Лошанина, Крымов приказал группе атаковать боевиков первого эшелона, залегших метрах в тридцати от новых позиций «Миража».

Спецназовцы бросились в атаку. Террористы и на этот раз спохватились поздно. Хотя их командир продолжал истерическими воплями отдавать какие-то приказы.

«Мираж» уничтожил первую группу. Отошел к джунглям лишь их подраненный командир. Но он представлял опасность, так как мог свободно вести огонь из зарослей по флангу как имитирующей группы, так и в дальнейшем по основному штурмовому подразделению. Крымов крикнул:

— Дрозденко!

— Я, командир!

— Отошедшего к зарослям духа не видишь?

— Как это не вижу? Я за ним специально смотрел, хотел у кустов срезать, оптику залило. Но сейчас вижу этого козла. В кустах бинтует руку.

— В минус его, Андрюша!

— Понял! Вычеркиваю!

Старший лейтенант Дрозденко вскинул «Винторез». Прозвучали два хлопка, и Крымов услышал:

— Командир, дух в минусе!

Камтай Биали, а это он командовал силами отражения внезапного нападения словно с неба свалившегося неизвестного дерзкого противника, не успел перевязать руку. Он ничего не успел. Даже понять, что произошло. Пули, пробившие голову бывшего начальника охраны, мгновенно убили кхенга.

Прошел доклад от майора Соловьева:

— Командир, духи у входа вытягивают линию обороны, используя для прикрытия камни и трупы подельников.

Крымов ответил:

— Ясно! Это то, что и нужно!

И приказал:

— Внимание группе, прекратить огонь! Сменить позиции, не сближаясь с противником, держа его на прицеле.

Вызвал Тимохина:

— Орион-1, я — Первый! Как слышишь?

Александр ответил:

— Слышу хорошо! Представляю, как вы промокли на открытой местности. Дождь не слабый идет.

— Дождь ерунда, нашел о чем говорить. Слушай обстановку.

— Давай!

— Отвлекающий маневр удался. Мы втянули в бой около двадцати боевиков. Большая их часть уничтожена, рыл семь заняли оборону входа, втянувшись в линию, мордами к нам, следовательно, к реке спиной. На причал ушла группа, тоже духов в десять, точно не определили. Я держу линию обороны. Бой прекратил!

— Это я слышу! Значит, на причале, говоришь, рыл десять?

— Возможно, больше, а может, меньше.

— Понял! Начинаю выход на рубеж атаки и главный штурм!

— Давай! Перед выходом в тыл обороны духов дай сигнал, укрою личный состав, дабы не попасть под пули твоих «орлов»!

— Добро! До встречи, Крым!

— Удачи тебе, Саня!

Отключившись, Тимохин, находившийся в рубке вместе с проводником-вьетнамцем, отдал приказ штурмовой группе «Орион»:

— Всем! Занять позиции вдоль правого борта. На причале или возле него группа противника, ориентировочно человек пятнадцать. Как только катер выйдет к горе, огонь по террористам из стрелкового оружия и огнемета. Гранатомет не применять! После высадки на берег — атака малочисленных сил противника, занявших оборону против группы «Мираж». Они вытянулись к реке спиной. Далее по команде! К бою!

Спецназовцы рассредоточились по борту, приведя в готовность оружие.

Тимохин взглянул на проводника — капитана катера:

— Я к своим! Ты же…

Вьетнамец не дал договорить Тимохину:

— Не надо слов, подполковник, Тэу знает, что делать!

— Да? Ну, тогда пришпорь эту посудину, Тэу!

Вьетнамец врубил дизель, и катер, подняв нос, держась ближе к правому берегу, рванул к скале. Судну потребовалось несколько минут, чтобы достичь причала восточного скалистого склона горы. Как только катер резко замедлил ход, спецназовцы, увидевшие рассредоточенных по причалу и близлежащей к нему территории с десяток боевиков, открыли по ним прицельный огонь. Тимохин в обстреле банды Кумати, высланной на прикрытие объекта от реки, не участвовал. С этим справились пятеро его подчиненных. Александр внимательно осматривал склон. Вышли Кумати на скалу гранатометчика, и тот свободно мог оправить катер на дно вместе со штурмовой группой. Но на склоне никто не объявился. Катер уткнулся в причал. Тимохин взглянул на проводника:

— Оставайся здесь! Катер — единственное средство нашего отхода отсюда. Держи его.

Тэу указал на баркас террористов:

— Есть еще одно судно, а мне, подполковник, лучше пойти с тобой. Перед штурмом лаборатории необходимо захватить «языка», иначе рискуем запутаться в лабиринтах горы. Кто из твоих офицеров сможет допросить «языка»?

Тимохин принимал решения быстро:

— Ким!

Старший лейтенант ответил:

— Я!

— Остаешься охранять катер.

— Есть, командир!

Александр кивнул вьетнамцу:

— Ты прав. Пойдешь с нами!

Тимохин крикнул подчиненным:

— Все на берег и к повороту. Там остановка!