Ход на миллиард. Как превратить традицию в индустрию. Стратегия World Chess для любого бизнеса - Илья Мерензон

худшем случае дело доходило до условного покашливания, ерзанья соперника на стуле или кивка кузена из зрительного зала в нужный момент (все это реальные случаи).

Главную работу по контролю выполнял сам формат игры за доской. Партия превращает обман в цирковой трюк невероятной сложности: ты сидишь напротив соперника, оба прикованы к одной доске, каждый ждет малейшего изменения поведения другого. Чтобы что-то провернуть в такой обстановке, мало хитрости — нужно сценическое мастерство: реквизит, чувство времени и налет шпионажа, который уместнее в триллере о холодной войне, чем в турнирном зале.

И награда за победу была — слава. Имя в бюллетене, твою партию повторяют по клубам, ты получаешь ту самую репутацию, которую шахматисты ценят чуть ли не больше денег. Но самих денег почти не было. Скромный трофей, гонорар, которого хватало на плацкарт, и — в по-настоящему удачный день — рукопожатие заместителя мэра. Достаточно, чтобы наполнить эго, но не кошелек.

А потом пришла пандемия. Запертые по домам, миллионы взялись за шахматы. «Ход королевы» превратил их в культ эпохи Netflix. И Chess.com, внезапно разросшийся до размеров небольшой страны, начал раздавать настоящие деньги — 5000 долларов каждую неделю на турнирах Titled Tuesday. Это блицтурнир из одиннадцати туров, который проходил дважды каждый вторник и только для титулованных игроков — гроссмейстеров (в том числе женщин), международных мастеров и так далее. Фильтр «титул» означал, что играть могли только профессионалы. Какое-то время в пандемию Titled Tuesday оставался единственным элитным турниром в мире. Для застрявших дома гроссмейстеров это было спасением. А для жуликов — раем.

Идеальное преступление

Расчет был прост. Сносный ноутбук — или даже телефон — с установленным Stockfish, популярным бесплатным движком, мог превратить рядового международного мастера в «убийцу гигантов». Обыграй Магнуса Карлсена в онлайн-партии — и национальная пресса встретит тебя так, будто ты покорил Эверест в шлепанцах. За одну ночь никому не известный игрок попадал в заголовки: «Местный шахматист обыграл чемпиона мира!» Слава, деньги, право похвастаться — святая троица стимулов.

По словам 14-го чемпиона мира и борца с жульничеством Владимира Крамника, а также одного из сильнейших действующих игроков мира Фабиано Каруаны, к 2021 году следы движка проступали в каждой четвертой-пятой онлайн-партии. Иногда это било в глаза — каждый ход слишком чистый, с точностью, на которую способен только кремний. Но чаще действовали хирургически: вставляли один-два компьютерных хода в нужный момент — ровно столько, чтобы изменить результат, не вызвав подозрений. Идеальное преступление заключалось не в том, чтобы выиграть как машина, а в том, чтобы выиграть как гений в день особого вдохновения.

А стоило зародиться подозрению, оно расползалось как дым — и забивало легкие даже тем, кто не зажег ни одной спички. Игроки молча заносили соперников в черные списки. По соцсетям ползли слухи и полуобвинения. В суды летели иски на десятки миллионов. То, что было побочным явлением, стало угрозой существованию. В других видах спорта — допинговые скандалы, а в шахматах появился Stockfish на втором мониторе. Будущее игры стало зависеть не только от того, кто точнее считает ходы, но и от того, кто незаметнее жульничает. Хуже того: даже если ты не жульничал, подозрение все равно ходило по пятам — и победа становилась не предметом гордости, а вопросительным знаком.

Как жульничать в шахматах (и как не попасться)

Жульничать в онлайн-шахматах на удивление просто. Это не уровень профессионального взломщика сейфов — скорее любительский уровень жульничества со шпаргалкой на экзамене по Zoom. По сути, вам нужен всего один лишний телефон. Положите его рядом, вводите ходы, переписывайте ответы движка. Или держите на линии игрока посильнее, чтобы нашептывал ходы.

Жулики посмышленнее не липнут к движку постоянно. Они заглядывают в него раз-другой, только в решающие моменты. На высшем уровне этого хватает, чтобы переломить партию. И срабатывает это потому, что капля компьютерной помощи в нужный момент выглядит не механической. Она выглядит как гениальность. Уличить в этом — самая трудная задача.

Во-первых, нужна воля. Если вы платформа вроде Chess.com, ваш бизнес держится на том, чтобы миллионы партий шли гладко, а сотни тысяч людей оставались довольны настолько, чтобы и дальше платить за подписку. Поймаете слишком многих — оттолкнете базу; поймаете слишком мало — оттолкнете профессионалов. И там и там виноваты будете вы.

Во-вторых, нужна система — связка искусственного интеллекта и человеческого суждения. Алгоритмы считают вероятности: велик ли шанс, что игрок сам нашел этот ход в этой позиции? Это удача, гениальность или айфон на коленке? Цифровой арбитр строит профили игроков, сличает тенденции, помечает отклонения. Каждый ход получает оценку: одни пустяковые, другие — «как ты вообще нашел это без подсказки?».

И, даже поймав кого-то, вы только подступаете к самому трудному: никто не сознаётся. Обвиненные упираются, грозят местью, затевают крестовые походы в «Твиттере». Каждый громкий бан превращается в войну в соцсетях. Правосудие это было или охота на ведьм? Игрок — жулик или мученик? Форумы кипят, адвокаты кружат, а остальной шахматный мир с ужасом наблюдает, как репутация игры истекает кровью.

Жульничество тоже приспосабливается. Приставить наблюдателей? Жулики учатся пользоваться периферийным зрением. Загнать всех в Zoom? Кто-нибудь сядет за кадром с ноутбуком. Попросить показать комнату? Покажут чистый стол — а не телефон на полу. То, что началось как вопрос честности, быстро превратилось в гонку вооружений: программисты против программистов, алгоритмы против алгоритмов, жулики против платформ. В других видах спорта скандал — про стероиды. В шахматах — про то, один ли на самом деле игрок за доской в комнате.

«Битва обвинений»

К 2023 году жульничество в шахматах перестало быть тихой технической задачей, которую арбитры решают за закрытыми дверями. Оно стало жанром: травля в соцсетях, открытые письма длиной с роман, иски на десятки миллионов. Темой для разговоров сделалось само подозрение.

В эту атмосферу и вошел Владимир Крамник. Бывший чемпион мира, прославившийся тем, что разработал невероятно сложные и успешные варианты, теперь известен другим: он во всеуслышание говорил о том, что считал смертельной болезнью онлайн-шахмат. По его мнению, слишком многие партии на Chess.com — крупнейшей шахматной арене мира — выглядели уже ненастоящими. Подозрительно много безупречных ходов. Слишком много игроков, которые вдруг прибавляли со скоростью, противоречащей законам биологии. Слишком много цейтнотных схваток, заканчивающихся слишком гладко.