Крипто-гамбит, или Поиски регуляторного баланса - Ольга Александровна Гончарова

Вместо создания всеобъемлющей регуляторики, швейцарские власти применяют точечное регулирование, фокусируясь на самых проблемных областях. Например, они установили четкие правила для ICO (первичного размещения токенов) после серии мошеннических схем, но не стали при этом регулировать технологические аспекты блокчейна или ограничивать инновации.

Результат говорит сам за себя: «Криптодолина» в кантоне Цуг стала одним из мировых центров блокчейн-инноваций, привлекающим таланты и капитал со всего мира. И это несмотря на географическую близость к ЕС и даже использование тех же языков и культурной базы.

MiCA: крах глобальных амбиций?

Возвращаясь к амбициям Европы стать глобальным законотворцем в области криптовалют, можно констатировать, что MiCA, вероятно, не станет тем универсальным стандартом, о котором мечтали ее создатели.

Вопреки ожиданиям европейских регуляторов, другие юрисдикции не спешат копировать подход MiCA. Напротив, в различных регионах мира формируются собственные модели регулирования, часто более гибкие и дружественные к инновациям.

США, несмотря на все противоречия внутренней регуляторной политики, двигаются в сторону признания криптовалют как части финансовой системы, с акцентом на соблюдение требований против отмывания денег и защиту инвесторов, но без излишних технологических ограничений.

Азиатские страны, от Японии до Сингапура, также разрабатывают собственные подходы, которые отражают их специфические национальные интересы и экономические стратегии.

В результате, вместо глобального стандарта MiCA создает еще один «остров регуляций» – особую юрисдикцию с уникальными правилами, несовместимыми с другими регионами. Это приводит к фрагментации глобального криптомира и усложняет интеграцию между различными рынками.

Особенно показательна ситуация со стейблкоинами. Вместо того чтобы способствовать созданию глобальных платежных решений, MiCA фактически делает невозможным полноценное использование международных стейблкоинов в Европе. В результате мы можем увидеть появление изолированных «европейских версий» глобальных стейблкоинов, что прямо противоречит идее единой цифровой экономики без границ.

Несмотря на все недостатки, MiCA уже является реальностью, и ближайшие годы покажут, как она будет работать на практике. Однако есть основания полагать, что жесткость этой регуляции может быть пересмотрена перед лицом экономических реалий.

Наиболее вероятным сценарием представляется постепенное смягчение требований в ответ на отток бизнеса и капитала. Европейский Союз уже демонстрировал способность к прагматизму в других сферах, когда строгие регуляторные подходы оказывались экономически неэффективными.

Альтернативный сценарий – это создание отдельных «зон» с особыми регуляторными режимами внутри самого ЕС, по аналогии с существующими особыми экономическими зонами. Такие «криптооазисы» могли бы стать компромиссом между общеевропейским стремлением к контролю и необходимостью удержать инновационные проекты в регионе.

В любом случае Европе предстоит переосмыслить свою роль в глобальной криптоэкономике. Вместо того чтобы пытаться навязать свои правила остальному миру, более продуктивным подходом было бы признать многообразие регуляторных моделей и искать точки соприкосновения между ними.

Европейская самонадеянность в разработке MiCA может обернуться против самой Европы, превратив регион не в центр криптоинноваций, а в пример того, как не следует регулировать новую технологическую отрасль. Но в то же время это создает возможность для извлечения уроков и формирования более сбалансированного подхода в будущем.

Мог ли MiCA предотвратить крах FTX?

Крах FTX[67] в ноябре 2022 года стал переломным моментом для крипторегулирования, заставив власти по всему миру пересмотреть существующие нормы и усилить контроль над отраслью. В связи с этим возник вопрос: если бы на тот момент MiCA уже был полностью внедрен в ЕС, мог бы он предотвратить подобный сценарий?

На момент банкротства FTX регламент MiCA находился на стадии согласования, а его полноценное внедрение в ЕС началось только с 2024 года. В теории MiCA вводит строгие требования к поставщикам криптовалютных услуг (CASPs), в том числе к биржам, что могло бы усложнить работу платформы с моделью, схожей с FTX. Например, MiCA запрещает торговым платформам использовать клиентские активы без их разрешения и накладывает ограничения на конфликты интересов. Однако это не означает, что крах FTX был бы полностью предотвращен.

Главной причиной падения FTX стало мошенничество, нарушение корпоративного управления и нецелевое использование средств клиентов, а не только недостаточное регулирование. MiCA регулирует эмиссию криптоактивов и деятельность централизованных платформ, но не охватывает все аспекты внутреннего управления биржами, такие как финансовая отчетность, управление рисками и защита клиентов от действий руководства компании. В этом смысле MiCA не эквивалентен банковскому или фондовому регулированию, где существуют жесткие требования к аудиту и ликвидности.

Европейская комиссия заявляла, что FTX вряд ли могла бы работать в ЕС в том же формате, если бы уже действовал MiCA. Однако этот тезис остается спорным. Даже с MiCA возможны лазейки, особенно если биржа зарегистрирована в юрисдикции за пределами ЕС и взаимодействует с европейскими клиентами через посредников.

Подводя итог: MiCA мог бы усложнить деятельность таких платформ, как FTX, но он не является универсальным инструментом для предотвращения краха крупных криптокомпаний. Опыт с FTX показывает, что эффективное регулирование требует комплексного подхода, включающего строгие требования к корпоративному управлению, аудиту и прозрачности, аналогично тому, что действует в традиционной финансовой системе.

Заключение

Регуляция MiCA представляет собой амбициозную попытку упорядочить криптоиндустрию в соответствии с традиционными финансовыми стандартами. Однако в стремлении контролировать и структурировать европейские регуляторы рискуют упустить главное – сущность блокчейн-технологий заключается именно в их инновационности, децентрализации и способности функционировать по-новому, вне привычных рамок.

История технологических революций показывает, что чрезмерное регулирование на ранних этапах развития редко приводит к оптимальным результатам. Интернет смог стать глобальной силой именно благодаря относительной свободе от жестких ограничений в период становления. Если бы в 1990-х годах к веб-сайтам применялись те же регуляторные требования, что и к печатным изданиям или телевидению, мы, возможно, никогда не увидели бы Google, Amazon или VK.

В конечном счете регуляция должна служить катализатором развития, а не тормозом. Она должна защищать потребителей от явных угроз, но не ограничивать их доступ к инновациям. Она должна создавать прозрачные правила игры, но не предопределять, какие именно модели и решения имеют право на существование.

Остается надеяться, что со временем MiCA эволюционирует в более гибкий и дружественный к инновациям фреймворк, а европейские регуляторы найдут золотую середину между контролем и свободой, безопасностью и прогрессом. В противном случае Европа рискует остаться на обочине криптореволюции, наблюдая, как будущее финансов создается за ее пределами.

Часть 7

Гонконг и Китай: одна страна – две системы

Глава 17

Китай: между изоляцией и контролем

Когда речь заходит о криптовалютах, Китай выступает самым парадоксальным игроком на мировой арене. Страна, которая могла бы стать криптовалютной