Путь одного агентства. Том 2 - Олег Торбосов

– Мне кажется, они ещё не отошли от твоего поста про запуск академии!

– В каком плане? – я наморщил лоб.

– Ты не читал, что ли, комментарии под твоими постами про обучение? – Ростик был искренне удивлён. Я помотал головой, давая понять, что слишком глубоко ушёл в подготовку и не следил за соцсетями. – Но там движуха не только у тебя под постом. Брокеры говорили, что твои доброжелатели в риелторских телеграм-каналах такие дискуссии раздувают… Глумятся опять.

– Что им в этот раз не нравится?

– Ну, якобы ты не брокер и сам не ведёшь сделки, чтобы учить других, как это делать.

– Вот уж аргумент нашли. Я этими руками построил топовое агентство недвижимости и знаю каждый штрих в этой большой картине. К тому же у нас ни слова в обучении про вторичку, которая сложнее в разы. Мы не учим маркетингу, привлечению клиентов, построению бизнеса. Миллионы не обещаем никому. Только практические лекции про застройщиков, объекты, районы.

– Да я-то понимаю, Олег. На то они и хейтеры, чтобы душнить, – по-доброму ответил Ростислав, что-то набирая в телефоне. – Вот, посмотри.

Он дал мне свой телефон с открытым на экране постом. Я пробежал глазами и сразу понял, что в комментариях, подобно голодным гиенам в поисках добычи, резвились наши конкуренты.

Возле стола появился официант с подносом и ловко расставил на столе тарелки с едой. Я задумчиво хлебал горячий суп, читал комментарии и размышлял о своих хейтерах. Что бы я ни делал, они всегда мелькали где-то рядом, прячась в тени моего успеха. Искали повод подцепить меня своими отравленными коготками.

Если ты нигде не обучался, а до всего дошёл сам, то тебя назовут самозванцем. Пошёл учиться на бизнес-курсы – сектант или «жалкий бээмщик». Решил передать свои знания будущим сотрудникам – получи ярлык инфоцыгана.

Публикуешь студийные фотографии, где хорошо выглядишь, – красуешься, а значит, гей. Если фотки необработанные – совсем себя запустил. Когда в жизни происходит уйма событий и ты часто пишешь об этом в своём блоге – тебя до тошноты много. А если пишешь мало, то не знаешь, что сказать. Запускаешь новый проект – дела в текущем идут плохо. Извинился – признал неправоту. Улыбнулся – язвительно скалишься. Рассказал об ошибке – неудачник. Рассказал о победе – пускаешь пыль в глаза и понтуешься.

Начинаешь публиковать цифры успехов своей компании, детализируя каждую сделку, – тебе говорят, что цифры лживые, и обвиняют в недостаточной открытости. Перестаёшь публиковать цифры вообще – дела идут плохо, и тебе есть что скрывать.

Только начал бизнес – однодневка. Работаешь три года – мелкая сошка, очередной стартап. Если приводишь факты, что уже на третьем году продаёшь больше других компаний на рынке, – утонул в гордыне и самолюбовании. Пишешь о добре – затираешь и хочешь казаться хорошим. Пишешь о себе – эгоист. О других – хам. Сделал то, что хорошо работает, – до тебя давно всё было придумано. Сделал что-то новое – своровал чужую идею.

Самые ярые интернет-хейтеры чем-то похожи на гопников, только за компьютером. В споре с ними не работают принципы цивилизованного диалога и аргументации. В уличном споре между умным человеком и гопником всегда побеждает гопник. Если ты начинаешь выигрывать словами, он просто бьёт в морду.

– Ой, всё, засунь в жопу свои факты, – пишет он в ответ на твои взвешенные аргументы. – Всё равно ты гондон и инфоцыган.

Глава 14

Олег Малахов

Слово «хейтер» происходит от английского слова hate – «ненависть». Так называют людей, у которых внутри, подобно чёрной плесени, вместо радости и интереса разрастаются неприязнь и ненависть.

Есть мнение, что хейтеры злобствуют по отношению к тем, к кому испытывают симпатию. У них не получается привлечь к себе внимание другими способами. Своим поведением они похожи на мальчишку, который в школе дёргает за косички симпатичную девчонку. Потому что не знает, как по-другому выразить свою симпатию.

Хорошо, сыграем с ними в их же игру. Если хейтеры цепляются ко мне, чтобы получить моё внимание, я готов искупать их в лучах славы, как это делают в передаче «Пусть говорят».

– Добрый вечер, дорогие зрители. С вами Олег Малахов, и мы встречаем наших сегодняшних гостей.

Под аплодисменты на сцену выходит озлобленная женщина-риелтор из Омска с закрытым аккаунтом и кошечкой на аватарке. Много лет она работает в недвижимости, но за год продала столько же, сколько твой брокер за день. От осознания этих фактов она начинает тонуть в волнах собственной злобы.

Следом за ней идёт девушка-маркетолог. Весь день она живёт тобой. Пишет в сутки тридцать комментариев с твоей фамилией, а в свободное время продаёт за тройную цену трафик для застройщиков. Читая твои посты, она не может поверить, что наша реклама может быть в несколько раз эффективнее её.

Среди хейтеров на сцене гордо появляется и руководительница столичного агентства недвижимости, ещё живущая прошлыми достижениями и продажами, которых больше нет. Каждая сделка и победа новой молодой компании выпускает из неё очередного демона. Зал взрывается аплодисментами.

Мы видим «популярного» риелтора с накрученными подписчиками, лайками и комментариями в инстаграме*. Его бесит твой аккаунт, и он злобно шепчет своим коллегам очередную пикантную, по его мнению, новость: «А вот у Торбосова…» При этом наш герой не постеснялся своровать каталог новостроек «Вайтвилл» и полностью скопировать у нас структуру сайта.

Кто это загадочно щурится в свете софитов? Руководитель департамента продаж крупного агентства недвижимости. Он сидит не только на высоком окладе, но и на шатающемся под ним стуле. В оплаченное работодателем время наш герой строчит очередной язвительный комментарий. При этом статистики продаж его отдела несутся вниз, а сотрудники переходят работать к «нелепому инфоцыгану ИП Торбосову». Я понимаю его эмоции.

– Ну что ж, давайте проводим наших героев на свои места, – говорит ведущий. – С вами Олег Малахов, и сейчас вы узнаете, почему я люблю своих хейтеров.

На этом моменте в студии гаснет свет, погружая пространство в приятный полумрак. Яркий прожектор следует за ведущим. Тот делает два шага и садится в массивное крутящееся кресло, которое стоит в центре сцены прямо перед длинным диваном с хейтерами. Лица сидящих залиты красным светом софитов. Такое освещение формирует глубокие тёмные тени под глазами наших героев. Едва Олег приближается, хейтеры заметно сжимают кулаки и злобно стискивают зубы. На их висках проявляются пульсирующие вены. При этом все как один они продолжают неподвижно сидеть на длинном диване, подобно коршунам в ожидании добычи.

Оттолкнувшись ногой от пола, ведущий резко поворачивается на кресле к зрительному залу, оставляя диван с хейтерами у себя за спиной.

– Господа, хочу вас успокоить. Я в полной безопасности. Несмотря на толпу хейтеров прямо за моей спиной, – начинает спокойно говорить ведущий сидящим в полумраке зрителям. – На мне амулет в виде зубчика чеснока с надписью «осознанность», а в пистолете – серебряная пуля с гравировкой «здравый смысл», – тут он отодвигает борт пиджака, демонстрируя солидную кобуру. По залу прокатывается возбужденный шёпот. Ведущий продолжает: – Чтобы чем-то управлять, нужно это осознать. Чтобы что-то осознать, это нужно назвать. Я называю этих людей хейтерами, осознавая, кто они и какие у них цели. Их главная цель – ранить мою самооценку, остановить.

На этих словах ведущий встал с кресла и сделал несколько шагов в сторону неподвижно сидящих на диване людей.

Глава 15

Кобры и факир

Белый луч прожектора скользил по сцене вслед за ведущим. Поравнявшись с диваном, он медленно обвёл взглядом героев и продолжил:

– Без хейтеров и конкурентов станет скучно жить. Они развивают. Они не дают расслабиться. Учат грамотно вести себя в Сети и в жизни. Совершенствуют меня, мои ответы, мою речь. Без них мы росли бы в тепличных условиях и не смогли бы противодействовать хамам, защищать позицию и отбивать угрозу нападения на наши идеалы. Это похоже на то, как небольшие дозы вирусов, попавшие в организм, тренируют иммунитет. За это я люблю своих хейтеров. – В этот момент ведущий несильно потрепал за щёку владельца агентства недвижимости в зелёном бархатном пиджаке с армией накрученных подписчиков. Тот что-то недовольно буркнул,