Танковая диверсия - Александр Александрович Тамоников

меры были приняты, чтобы танки без остановки поступали на фронт. Последующий рост показателей выпуска основной продукции основывался, с одной стороны, на четкой и рациональной организации производства, а с другой — на снижении трудоемкости изготовления танков. Был произведен подетальный пересмотр конструкции машины, в результате которого упростили изготовление… Я вам сейчас буду называть реальные цифры… Упростили изготовление 770 наименований деталей и совсем отменили изготовление 5641 наименования деталей. Были отменены также и 206 покупных изделий. Трудоемкость механической обработки корпуса снизилась с 260 до 80 нормо-часов. Чего вы хотите от такой машины? Она стала надежнее в бою? Нет, она стала дешевле, и выпуск танков увеличился. И эту ситуацию знают наверху, она согласована. Поэтому, Виктор, во всем этом искать диверсии сложно, потому что…

Так и не найдя подходящего слова, Коган просто развел руками. Буторин кивнул, соглашаясь. Но Коган продолжил:

— Танки не стали хуже, они стали проще! Может быть, тяжелее в эксплуатации, но проще для производства, и поэтому выпуск продукции увеличивается. Знаете, как на Руси говорили, что голь на выдумки хитра. Так вот не от хорошей жизни изобретаются многие вещи и сейчас.

— Ты про линию автоматической сварки? — спросил Буторин, закуривая. — Расскажи, ребятам будет интересно.

— А что, действительно. Наука у нас передовая, и нам есть чем гордиться. И даже война не останавливает движение научной мысли, а может и наоборот, мотивирует ее. В этом году наращиванию выпуска «тридцатьчетверок» помогло внедрение сначала на этом заводе, а затем и на других предприятиях линий автоматической сварки под слоем флюса, разработанной академиком Патоном. Повезло Нижнему Тагилу, что Институт электросварки Академии наук УССР был эвакуирован именно сюда, причем на территорию Уральского танкового завода. Они еще в январе этого года в порядке эксперимента изготовили корпус, у которого один борт был сварен вручную, а другой борт и нос — под слоем флюса. После этого для определения прочности швов корпус отправили на полигон. Я разговаривал с инженерами, которые проводили испытания. Так вот, танк подвергли жесточайшему обстрелу из противотанкового орудия и с короткой дистанции бронебойными и фугасными снарядами. Первые же попадания в борт, сваренный вручную, вызвали сильное разрушение шва. После этого танк повернули, и под огонь попал второй борт, сваренный автоматом… Семь попаданий подряд, ребята, семь! И эти швы выдержали, не поддались! Они оказались крепче самой брони. Также выдержали проверку огнем швы носовой части. Вот вам победа науки и автоматической скоростной сварки.

— И все же, — вставил Шелестов. — Полковник Иноземцев предоставил нам убедительные факты того, что на заводе кто-то умышленно или по неведению нарушает технологию производства, отчего часть танков становится легко уязвимой для немецких снарядов. Часть танков! Подчеркиваю это. И нам следует определить, какая именно часть танков и почему оказалась уязвимой. И перед нами по-прежнему стоят два вопроса: кто это делает и как?

Глава 3

Постышева смотрела на Сосновского широко раскрытыми глазами, и в этих глазах рано повзрослевшей девушки было столько мыслей, сомнений, страха и восторга одновременно, что Михаил невольно смутился. Правда, он не подал вида, но внутри у него вспыхнули такие ощущения, которых он давно не испытывал.

Лариса держала в руках обычный листок бумаги — казенный бланк официального уведомления гр. Постышевой Л. В. о том, что дело ее отца за номером таким-то по обвинению в измене Родине и… возвращено на пересмотр, о результатах чего будет сообщено гр. Постышевой Л. В. в соответствии с… и т. д. и т. п. Лариса несколько раз опускала глаза, жадно перечитывала содержание документа и снова смотрела на Сосновского, не веря своим глазам, не веря в происходящее. Он хорошо понимал, что все пережитое в одночасье может оказаться страшным сном и девушка сможет вдруг вздохнуть полной грудью и посмотреть в глаза окружающим с другим чувством: я не дочь врага народа, мой отец невиновен. Он осужден и расстрелян по ошибке, по навету.

— Михаил Юрьевич? — выдавила из себя девушка. — Вы кто? Как это вдруг стало возможно, и до этого ли сейчас нашим органам, чтобы в такую годину общей беды разбираться с каждым отдельным человеком…

— Я самый обычный человек, Лариса, — улыбнулся Сосновский. — И просто делаю свое дело. А в наркомате посчитали, что вас могут подозревать здесь из-за вашего отца, и решили разобраться в его деле. Не верят там, что вы способны на предательство, что ваш отец способен был на него. Вы напрасно думаете, что в тяжелые годы государству не до каждого человека. До каждого есть дело, потому что каждый человек сейчас сражается с врагом. И в тылу, и на фронте. А когда кончится война, то каждый будет сражаться за восстановление народного хозяйства. И это все непрекращающиеся действия и события.

Михаил говорил, а Лариса только согласно кивала, явно все еще не веря в это событие. Правда, Сосновский не стал уточнять, в каком наркомате принято решение пересмотреть дело ее отца и то, что он сам имеет отношение к этому наркомату. Незачем пока освещать такие подробности. И сам он считал, что Шелестов и Платов молодцы, что занялись этим делом и убедили Берию отдать соответствующий приказ. Постышева была хорошим специалистом и очень нужным помощником на этой стадии расследования. И ее энтузиазм и знания сейчас очень помогут.

— Ну, а к вам-то это письмо как попало? — продолжала настаивать Лариса, начиная уже улыбаться. — Почему его передали мне через вас, почему, например, не по почте, не через заводскую…

— Да просто так быстрее — с нарочным, — пожал Сосновский плечами. — Да и я ведь работник этого наркомата, так кому же еще и поручать передать вам письмо, как не мне. Да и будет об этом. Вы вот лучше скажите мне, что вы надумали за эти дни, что вынужденно бездельничаете тут, в больнице.

— Надумала, Михаил Юрьевич, — ответила Постышева, и лицо девушки помрачнело. Она как-то боязливо посмотрела по сторонам вдоль аллеи больничного парка и продолжила: — Если проанализировать брак, то можно предположить, что мы с вами нашли следы интеллектуального саботажа. Я не уверена, все нужно еще раз проверить, убедиться, поработать в лаборатории…

— Стоп, стоп, Лариса, — поднял руку Сосновский. — Ну-ка еще раз — что вы имели в виду под словами «интеллектуальный саботаж»?

— Ну, я просто так выразилась, — вздохнула технолог. — Неприятно сознавать, что рядом могут жить и работать люди, которые хотят вреда моей стране, но факты остаются фактами. Я имела в виду то, что дефекты невозможно обнаружить при обычном контроле, они проявляются только в боевых условиях. Кто-то тонко меняет технологические карты и допуски. Этот