Коллекционер ошибок - Эмма Райц

– Осматриваются, гаденыши… – раздался в наушнике полушепот Сатира. – Я пошел ко второму броневику.

– Я тоже его вижу, – процедил Кнут.

– Не рыпайся. Вам с Фенриром нужно выманить первого на площадь.

– Я готов, – ответил Андрей. – Могу запустить вторую винтовку.

– Умница, дочка… – слова Сатира сопровождались тихим шуршанием. – Смотри в оба: когда их пулемет повернется минимум градусов на тридцать, между ним и крышей этой консервной банки ты увидишь небольшое технологическое прямоугольное окошечко, два на пять сантиметров. Буквально щелочку целки. Пали в нее, не сомневайся.

Фенрир тихо рассмеялся над метафорами Константина.

– Щелочка будет видна до их первого выстрела. Потом все скроется в дыму.

– Понял.

– Не проспи. Стреляй так же быстро, как вынимаешь из сучек член без резинки.

– Так точно… – стараясь не трястись от накатывающего волной хохота, Фенрир плавно выдохнул и переключился на пульт «Сумрака», навел его на днище броневика, чтобы дым не помешал ему раньше времени, и нажал на дистанционный спуск, а потом быстро прицелился в основание вражеского пулемета, который мгновенно повернулся в сторону выстрела, оголяя свое миниатюрное уязвимое место.

Выстрелы с двух сторон раздались практически одновременно. Андрей успел зафиксировать прицел на отверстии и выдал короткую очередь. Стены и пол в трех метрах от него опасно покрошились кусками бетона от ответных выстрелов.

– Попал? – снова раздался шепот Сатира.

– Вроде, – откашлялся Андрей. – А что должно произойти?

– Попал, красавчик, – хмыкнул Кнут. – Задымление во внутреннем отсеке. У них проводка под потолком. Смотри сам.

Андрей не успел ничего ответить, как в проулке прямо за первым «ягуаром» внезапно раздался оглушительный грохот, за которым последовала обжигающая взрывная волна. Стены зданий на площади дрогнули, и Фенрир со страхом глянул наверх в ожидании падающей на него крыши. Но та оказалась на удивление крепкой. Только бетонная пыль и нанесенный ветром песок осыпались в трещинах.

– Твою мать…

– Добивайте первую группу! – Сатир хрипло отдал приказ, после чего в наушниках раздался громкий шорох и звуки перестрелки.

– Принял! – гаркнул Кнут, открыв огонь по боковой части броневика, откуда уже выбрался один из бойцов под незначительное задымление, выплывшее белым облаком изнутри автомобиля.

Положение Андрея не давало ему возможности присоединиться к обстрелу солдат, поэтому он продолжил лишать броневик его богатого арсенала, выдавая длинные очереди по бронебойной пушке, покосившемуся пулемету и системам наведения.

– Кнут, проваливай! – снова раздался голос Сатира. – Ты как на ладони!

– К черту! Кончайте с ними, пока они целятся сюда!

В попытках понять, откуда натовцы могли целиться в командира, Фенрир переводил прицел вдоль зданий, пока не заметил тени справа от себя в одном из разбитых окон.

– Я их вижу!

– Дай наводку, быстро! – откликнулся Сатир. – У меня последний заряд для гранатомета.

– Сейчас… – слегка трясущимися руками Андрей быстро ткнул по экрану наведения пулемета, но вместо выстрела нажал на поиск сопряженных устройств, и через две секунды координаты цели перекочевали на оружие Сатира.

Здание, в котором разместился Кнут, так сильно тряхнуло от влетевшего внутрь тяжелого заряда, что Андрея накрыло слоем рухнувшей с потолка штукатурки. Сатир в тот же момент выпустил ответный снаряд, который, сбив часть несущей конструкции, заставил бетонные развалины окончательно сложиться карточным домиком и погрести под собой двоих солдат.

– Кнут!

Командир не отвечал.

Фенрир перевел прицел на его позицию, но за дымом и пылью не мог ничего как следует рассмотреть. На всю площадь раздался сначала тихий скрежет, а потом – сменивший его и отразившийся эхом по кварталу гул. Здание за пару секунд рухнуло на глазах у оставшихся в живых.

– Черт…

– Твою мать… – Макс, до боли сжав кулаки, смотрел на сигналы трех датчиков. Последние пятнадцать минут они попеременно моргали, теряли связь с системой, снова загорались и неустойчиво мигали.

Лера молча стояла за его спиной и всей кожей ощущала напряжение Давыдова-старшего. На дисплее ее смартфона безостановочно мелькали расшифровки данных со спутников НАТО: снимки, сообщения, координаты целей. При желании она могла бы во всех красках представить себе картину боя.

Биодатчик Кнута ярко мигнул алым и окончательно потух.

– Нет… – Пики нарушила молчание и тяжело вздохнула.

Кнут был одним из первой волны наемников, серьезный, ответственный, прошедший огонь, воду и медные трубы. Это была его последняя вылазка в поля. Быстрая, легкая, просчитанная. Со следующего года Лера планировала отправить его на покой, назначив преподавателем военного дела для новобранцев. Но увы…

– Я в чем-то ошибся, – просипел Макс. – Что-то не учел…

– Не вини себя раньше времени. Я отправила запрос нашим парням. Они проверяют спутники «Феникса» и Минобороны на предмет взлома. И заодно прошерстят дипломатические переписки.

– Сатир, прием! – памятуя о звуках перестрелки со стороны снайпера, Андрей нервно ждал ответа, молясь всем известным ему богам, чтобы не остаться в одиночестве против команды третьего «ягуара» и возможных выживших из первых двух.

– Да, малышуль, – прохрипел Константин, приглушенно откашливаясь.

– Ты как?

– Как конский стояк. Сколько солдат осталось в первом броневике?

– Не знаю, вся площадь в дыму и пыли. Тепловизор ничего не ловит. Возможно, они прячутся за правым бортом. Или погибли.

– А те, что положили Кнутика?

– Их погребло под обломками. Ты выстрелил в самое яблочко…

– Наша тачка жива?

Фенрир всмотрелся в прицел, насколько позволяла видимость.

– Ну так… Помятая, но вроде живая. Только все выезды один хрен заблокированы…

– Ладно. Установочка такая. Нужно выбираться к третьему броневику, вытравливать солдатиков и на нем уже катиться до Дамаска.

– Звучит как дерьмовый план…

– Да? Тогда в темноте потопаем сорок кэмэ по пустыньке. Хочешь?

– Не очень.

– Пока взвесь не осела, выбирайся наружу. С собой только самое необходимое. Надо добить оставшихся, а потом уже подкоптить французский каршеринг. Гляди в оба. Я подойду со своей стороны. Если повезет, окажусь у них в тылу и быстренько поснимаю нахер…

– Понял.

Андрей отполз от окон к несущей колонне и оглядел свое укрытие. «Сумрак» был погребен под кусками бетона с торчащими из них обломками арматуры. Автомобильный пулемет был слишком тяжелым. У него в запасе оставались два пистолета