Мертвая тишина - Анна Денисова

звучал монотонно, будто он пытался убедить себя, что это просто цифры, а не живые (или уже не живые) угрозы. — Семь… восемь… девять… десять… одиннадцать… Двенадцать, — наконец выдохнул он, опуская бинокль. Его лицо стало жёстче, линии вокруг глаз углубились. — Двенадцать — это много. Без оружия не справимся. Денис кивнул, не отрывая взгляда от города. Он провёл рукой по рукояти ножа, висящего на поясе — привычное движение, успокаивающее. — Может, обойти? — предложил он, водя взглядом по контурам зданий. — Есть проходы через промзону. Там меньше открытых пространств, можно двигаться скрытно. — Можно, — согласился Дмитрий, но в его голосе не было уверенности. — Но если там тоже бродячие… И в первую очередь нам нужны именно те военные грузовики... Он замолчал, обдумывая варианты. — Двенадцать бродячих… — Дмитрий посмотрел на Дениса. В его глазах читалась холодная расчётливость. — Что будем делать? Уходим? — спросил Денис, невольно сжимая рукоять ножа. Его взгляд метался между заграждениями и тёмными проёмами ближайших зданий. — Нет, там могут быть автоматы, пистолеты — они нам нужны, — Дмитрий не отрывал взгляда от мертвяков, которые, словно стая падальщиков, бродили вокруг столь желанного оружия. Его пальцы непроизвольно сжались в кулаки. — Попробуем их отвлечь. Он сделал паузу, собираясь с мыслями, затем продолжил: — Они же реагируют на звук… Значит, план такой. Я захожу со стороны брошенных машин сзади, начну там шуметь — стучать по металлу или покидаю камни, что найду в общем… Как только они все пойдут на звук, ты пробираешься сбоку и потихоньку, лавируя между машинами, осматриваешься. Постарайся забрать всё, что найдёшь: главное это оружие, патроны. И потом — сразу уходи обратно в лес. Денис нахмурился, в глазах мелькнула тревога: — А ты? — За меня не переживай, я тебя догоню, — Дмитрий хлопнул Дениса по плечу, стараясь придать голосу уверенности. — Я знаю, как уйти незаметно. Главное — чтобы ты успел. Он быстро проверил снаряжение: топорик в руке, рация на поясе. Затем наклонился и пошарив по траве подобрал несколько камней. — Это пригодится для приманки, — пояснил он, заметив вопросительный взгляд Дениса. — Если кто-то останется на месте, буду кидать в сторону — отвлеку. Денис кивнул, но в его движениях чувствовалась напряжённость. Он достал бинокль, ещё раз осмотрел местность, запоминая расположение мертвяков и возможные пути отхода. — Ладно, — выдохнул он. — Когда начинаем? — Сейчас, — коротко ответил Дмитрий. — Ну всё, удачи! Он развернулся и бесшумно скользнул в сторону брошенных машин — пригибаясь, прячась за машинами, двигаясь так, чтобы тень скрывала его. Денис наблюдал за ним, пока тот не исчез из виду, затем перевёл взгляд на заграждения и мертвяков. Ветер усилился, шелестя сухими листьями и поднимая пыль. Где-то вдалеке раздался протяжный скрип — то ли от ветра, то ли от движения металла. Денис сглотнул, глубоко вдохнул и приготовился ждать. Через несколько минут тишину разорвал резкий металлический лязг — Дмитрий начал действовать. Мертвяки замерли, повернули головы в сторону звука. Один за другим они начали медленно двигаться к источнику шума, их движения были неуклюжими, но целеустремлёнными. Денис напрягся, наклонился к земле, наблюдая. Когда последний из мертвяков скрылся за машинами, он тихо выдохнул: — Пора. Он, пригнувшись, осторожно пробирался между машинами. В правой руке крепко сжимал охотничий нож с широким лезвием — рукоять приятно холодила ладонь, напоминая: «Это не игра». Бродячие ушли на шум, но кто знает, какие сюрпризы могут поджидать в этой металлической ловушке. Ветер шелестел рваными полосами тентов, скрипели кузова. Каждый звук заставлял Дениса замирать, прислушиваться, всматриваться в тени между машинами. Он двигался короткими перебежками, прячась за колёсами, сливаясь с тенями. Наконец он добрался до грузовиков. Возле первого, стоявшего поперёк дороги, ничего не было — только пустые ящики и обрывки ткани. Денис осторожно обошёл его, прижимаясь к металлу, и двинулся ко второму. Возле переднего колеса что-то блеснуло. Он замер, напряжённо вглядываясь. «Оружие?» Осторожно оглядываясь по сторонам, сделал несколько шагов ближе. Да — автомат! Денис облегчённо выдохнул, но тут же заставил себя собраться. Наклонился, поднял оружие, быстро проверил — есть патроны, полрожка. Ладонь невольно сжалась на цевье — твёрдое, надёжное. Заглянул в кабину. На месте водителя сидел человек — убитый выстрелом в голову. Лобовое стекло было забрызгано кровью, капли застыли причудливыми узорами. Денис сглотнул, отгоняя тошноту, и подтянулся, чтобы залезть внутрь. Снял с пояса убитого водителя кобуру с пистолетом — кожа была жёсткой, но застёжка поддалась. На сиденье обнаружил две гранаты — аккуратно положил их в карман разгрузки. Больше там ничего не было. Вылез, огляделся. Ветер усилился, поднимая пыль, заставляя прищуриваться. «Надо двигаться дальше». Направился к третьему грузовику. Здесь находок оказалось больше: ещё два автомата, россыпь патронов в цинковых коробках, пять гранат. Денис присел на корточки, быстро пересчитал, проверил состояние оружия. «Неплохо», — подумал он, чувствуя, как в груди разгорается азарт. Сделав ещё один круг вокруг грузовиков — тщательно, метр за метром, чтобы убедиться, что ничего не пропустил, — Денис развернулся и пошёл назад. Дмитрия нигде не было видно. Бродячие ушли уже достаточно далеко — их силуэты едва виднелись у края дороги. Он выбрался с дороги и побежал к лесу. Под ногами хрустели ветки, ветер бил в лицо, но он не замедлялся. Каждый шаг отдавался в ушах, каждый вдох обжига́л лёгкие. Уже на опушке Денис остановился, обернулся. Город лежал за спиной — молчаливый, враждебный, но теперь чуть менее опасный. Он похлопал по оружию на плече, проверил гранаты в кармане. И облегчённо выдохнул: «Получилось».

Дмитрий добежал до первых машин и пригнулся, осматривая обстановку. Сердце билось ровно, но сильно — каждый удар отдавался в висках. Воздух пах ржавчиной, горелым маслом и чем‑то сладковато‑гнилостным — следом мертвяков.

Мертвяки разбрелись: пятеро держались кучкой у дальнего грузовика, остальные медленно бродили поодиночке, словно потерянные марионетки без кукловода. Их движения были рваными, неестественными — то резкий поворот головы, то внезапная остановка, то неуклюжий шаг в сторону.

Дмитрий замер за небольшим автобусом, прижался к холодному металлу. В голове прокручивал план.

Он размахнулся и кинул первый камень — тот, что подобрал в траве. Камень гулко ударился о капот старой