Назову себя шпионом - Евгений Иванович Таганов

Ева в отеле пока не появлялась, но на месте была Софья Степановна, которая решительно перехватила его у Хазина и повела в «Палату № 7» сообщать о финансовых итогах месяца. Кроме номера Копылова, остальные одиннадцать номеров были заняты, Буфет превратился в полновесное кафе, так что пришлось нанять вторую буфетчицу. Горничная Таня, работавшая до этого на полставки, перешла на полную ставку, в подвале помимо Боксерской студии запустили сауну с купелью, а две кладовки молдаване превратили с разрешения Евы в жилые помещения для самих себя. Словом, из-за многолюдства всем стало в два раза больше работы и идет ропот о прибавке жалованья.

— Пару дней — и решим с этой прибавкой, — пообещал Алекс.

Жорка снова завладел им, и вдвоем они сделали визуальный обход «Биремы». В Тренажерке появился трехведерный самовар с бесплатными сушками, и она превратилась в Чайную. Бильярдная пополнилась полками с книгами на русском и английском и столиками с подшивками газет. Буфет расширился за счет смежной кладовой, и несмотря на дневное время, там было полно посетителей, поглощавших бульоны и пельмени, а вторая буфетчица смотрела из-за прилавка на отельера застенчиво и робко.

— Учеников в Скул под добрую сотню стало. Взяли еще двух русских учителей. Уже и днем учеба идет, — объяснил многолюдство Жорка.

В подвале новшеств было еще больше, чем наверху. Здесь вовсю шел ремонт, мелкие кладовки превращались в залы, где планировалось разместить настольный теннис, новую бильярдную и тир, в готовом виде предстала сауна с комнатой отдыха:

— Воду уже запускали, но ждем твоей первой генеральной помывки.

Заглянули и в две жилых «каморы»: в одной разместилась пара молдаван, которые, похоже, застряли в «Биреме» на пожизненном ремонтном подряде, во второй — иногородние гопники: Родя и Покусанный Денис.

— Дети подземелья, — пояснил Хаза. — Отовсюду их выперли, а на съемную хату им половины наших зарплат не хватает.

В каморах на кирпичах стояли панцирные сетки с матрасами, листы фанеры на деревянных ящиках служили столами, а крючки в стенах гардеробом. Бомжатник был еще тот. Хорошо хоть подвальные окошки были замазаны белой краской.

— Даешь свое добро, и они все сделают тут цивильно, — понял недовольный взгляд отельера Жорка.

— Халявы все равно не будет. По тысяче рублей с носа пусть платят. Ну что, теперь на смотрины в твой магазин, — сказал Алекс.

Однако вначале они посетили еще один объект. Прямо из подвала Жорка черным ходом вывел его во двор-колодец, а оттуда в смежный с «Биремой» жилой подъезд. Миновав четыре грязных лестничных пролета, поднялись на третий этаж, где Хазин своим ключом открыл ободранную квартирную дверь. Коммуналка из пяти комнат и кухни была соединена одним длинным коридором. В кухню, ванную и туалет заглядывать не стали, дабы не травмировать нежную душу Алекса, сразу прошли в две комнаты, которые Жорка снял с возможностью их дальнейшего выкупа.

— Стоит в два раза меньше, чем мой Погорелый номер, — оправдывал свой выбор Хазин. — Захотелось отдельного тайного логова.

За всю экскурсию у него в кармане трижды начинал вибрировать мобильник, который он сразу сбрасывал. Алекс делал вид, что не понимает, кто это может там Жорке названивать.

В одной из комнат (спасибо 4-метровым потолкам) были металлические антресоли, на которых располагались тахта и компьютерный столик и откуда открывался замечательный вид почти под вертикальным углом в палисадник «Биремы». В другой комнате, соединенной с первой внутренней дверью, помимо дивана с телевизором и кухонным шкафчиком находились микроволновка, электрочайник, электроплитка под кофейную джезву и небольшой холодильник.

— Рядом за стеной такая же пятикомнатная коммуналка. Она тоже как раз над «Биремой». Можно пробить внутреннюю лестницу — и будет тебе третий отельный этаж. Убью, если не скажешь, какой я молодец! — беспокойно уставился на друга Жорка.

— Молодец будешь, если одна из комнат отойдет мне.

— То есть?

— «Бирему» нужно уплотнять, и я без своего директорского номера.

— А какую?

— «Кухню» тебе, я не смогу спать в ней под рычание холодильника, а «гостиную» мне — присматривать за палисадником самое то. Не отдашь — значит, жмыдло и шкурник.

— Тут можно еще соседнюю комнату выкупить.

— Вот и выкупай. Но эта с антресолями — моя. Впрочем, не боись, буду ночевать в ней не более двух-трех ночей в неделю. Кстати, в «Биреме» знают о твоем логове?

— Только Ева и Стас. Они голову мне уже намылили за это.

— Да, нелегко им с нами, богатеями. Кстати, как мои институтские гопстопники?

— Служат не за страх, а за совесть. Геша и твой Сенюков раскатывают на тачках, Родя и Денис пока в качестве грузчиков-экспедиторов.

— Ну, а теперь-то мы пойдем в магазин?

— Да… Только я тебе хотел одну вещь сказать.

— Ну? — Копылов был весь внимание.

— У нас с Евой… Мы вообще-то хотели тебе это вместе с Евой сказать, — смущенно мялся Хаза. — В общем, переспали мы с ней.

Алекс молчал.

— У меня от отсутствия секса уже подростковые поллюции начались, ну и…

— …она по-товарищески вошла в твое безвыходное положение.

— Ну не издевайся, сам все понимаешь.

— В «Биреме» знают?

— Ты что, конечно нет! В общем, как-то так.

— И чего ты от меня хочешь? — Алекс старался не засмеяться. — Благословения?

— Не знаю. Ну чтобы ты не злился.

— Десять баксов.

— Чего?

— Нанесение мне морального ущерба будет стоить вам десять баксов. Позвони и скажи ей об этом.

Жорка неуверенно достал мобильник, даже нажал на вызов, но тут же сбросил его.

Спустившись во двор, они, не заходя в «Бирему», кружным путем направились в магазин. «Бытовая техника из Германии» красовалось над входом — слишком длинно, но максимально содержательно. Внутри было достаточно аскетично: ряды холодильников, стиральных машин, электроплит, плюс три ряда полок с мелкой техникой. Персонал не раздражал своим безделием и многолюдством: девушка на телефоне и кассе, парень на зале. Кроме торгового зала, были еще помещения для босса и бухгалтерии, кладовые, комната для персонала. На улице у входа Покусанный Денис с Гешей грузили в «Бумер» несколько упаковок с мелкой техникой.

— Через два часа у нас качалка, — напомнил им Жорка. Качалкой он называл подвальные тренировки с братками в Боксерской студии.

— Успеем. У нас только три адреса, — заверил князьков Геша, успевший набрать уже некоторой деловой важности. Денис тоже дружелюбно улыбался, хотя в глазах продолжал оставаться прежний мистический страх перед копыловской зубастой неукротимостью.

— Как с доходами? — спросил Алекс, когда они вернулись в директорский кабинет.

— Да ничего. Уже начало капать. На зарплату еще