Дикий сын - Джек Карр

быстро вывела его из боя. Эти люди не были фанатичными федаинами, накачанными амфетаминами; это были уличные бандиты, привыкшие побеждать за счёт бахвальства и устранения. Рейф не знал, скольким людям противостоит, но судя по звуку, их было меньше десяти. По крайней мере двоих он задел. И всё же шансы были невелики. Воспользовавшись моментом, Рейф вытащил свежий магазин из подсумка и выполнил тактическую перезарядку. Он засунул частично заполненный магазин в задний карман штанов, откуда мог бы его достать в случае необходимости.

Огонь был интенсивным, несколько стрелков всаживали пули прямо в позицию Рейфа. Только посредственные стрелковые навыки нападавших и лёгкое понижение в земле удерживали его от попадания. Он делал себя как можно меньшей мишенью, обнимая каждый дюйм местности, пока пули шипели и щёлкали над его головой и вгрызались в землю перед ним. Наступило затишье, когда у одного из стрелков кончился магазин, и Рейф, улучив момент, взглянул; двое мужчин неслись к нему на расстояние в сто ярдов в мёртвом спринте. Он сделал два выстрела в их направлении, что заставило их броситься в укрытие.

Он не думал о том, что пережил множество боевых командировок, охотясь на Аль-Каиду и ИГИЛ, и теперь его убьют на его собственном ранчо в Монтане. Не думал он и о своей беременной жене всего в нескольких милях отсюда. Вместо этого он думал о том, как улучшить свою огневую позицию и использовать все технические и тактические преимущества, какие только можно. Если это был его последний бой, он не собирался облегчать им задачу.

В отрядах SEAL была поговорка: «Не спеши навстречу своей смерти». Почти никогда не было хорошей причины врываться на цель на полной скорости без тщательной оценки ситуации. Единственным большим исключением была миссия по спасению заложников, где безопасность приносилась в жертву скорости ради защиты заложника. Было и другое исключение: когда твои друзья в беде. Судя по звуку, Рейф был в действительно плохом положении. Рис слышал по меньшей мере полдюжины винтовок, стреляющих с нескольких позиций, что прерывалось лишь редким хлопком пистолета 45-го калибра Рейфа.

Он чуть замедлил своё продвижение буквально на секунду, достигнув вершины хребта, и прополз последние несколько ярдов, чтобы не вырисовываться силуэтом на пике. Шум ружейной стрельбы резко возрос, когда он миновал возвышенность, звуковые волны больше не поглощались землёй и деревьями. Рис увидел группу из трёх человек впереди, которые рывками приближались к единственному укрытию в долине внизу. Не было времени на более тщательную оценку; они были в нескольких мгновениях от того, чтобы смять позицию Рейфа.

У него был бинокль-дальномер в рюкзаке, но он не собирался терять драгоценные секунды на его извлечение. Рис оценил, что закамуфлированные стрелки находились примерно в трёхстах ярдах от него, поэтому он установил увеличение прицела на шесть крат и нашёл стабильную позицию для стрельбы лёжа. Он взял упреждение на два мила по высоте на ёлочной сетке прицела и послал 77-грановую пулю в первую цель, которая рухнула на землю прямо на бегу. Глушитель, установленный на его винтовке, не скрывал сверхзвукового треска пули, но маскировал дульное пламя, делая его местоположение трудноопределимым. Выстрел вызвал мгновенное замешательство среди членов штурмового элемента, и стрельба резко прекратилась. Рис услышал, как в ответ прогремел пистолет Рейфа. Он всё ещё в бою. Рис сделал ещё один выстрел в упавшего человека, чтобы удостовериться, что тот не встанет, затем сместился влево, чтобы занять новую огневую позицию.

Стрельба снизу возобновилась, длинная очередь эхом прокатилась по долине. Рис заметил источник — фигуру в положении лёжа чуть выше по склону от того, кого он только что уложил. Его первый выстрел упал с недолётом, послав видимый гейзер земли в небо. Он сделал лёгкую поправку и выстрелил ещё три раза в устойчивом темпе. Рис видел, как человек яростно забился в конвульсиях в прицеле, пока его тело сражалось с невидимой силой, раздробившей кости и разорвавшей органы.

Последний мужчина, увидев участь своих товарищей, укрылся за валуном, делая одиночные выстрелы в направлении Риса, прежде чем исчезнуть снова. Рис выкрутил увеличение прицела на полную и сместил тело в более стабильное положение. Он перенёс вес на магазин винтовки, вдавливая его в землю, как сошки для устойчивости. Появления стрелка из-за укрытия были случайными, немного похожими на игру «Ударь крота», но вариантов было не так много. Рис выдохнул, положил палец на спусковой крючок и выбрал большую часть его веса, ожидая появления цели. Сначала он увидел дуло и понял, что за ним последует голова. Шептало AR сорвалось с зацепа как раз в тот момент, когда голова стрелка показалась из-за валуна. Рис увидел, как куски мозгового вещества взлетели в воздух, и мгновение спустя услышал удар пули о цель.

ГЛАВА 42

РУКА ДМИТРИЯ АДСКИ БОЛЕЛА, но кровоточила совсем немного. Пуля попала ему в предплечье чуть ниже локтя, оставив руку почти бесполезной.

Кто, чёрт возьми, может так стрелять из пистолета?

Теперь он неловко держал оружие в левой руке, но его задачей было командовать, а не обязательно стрелять. Он оставил при себе одного человека, чтобы составить базовый элемент, в то время как манёвренный элемент пошёл на Рейфа Гастингса.

Дмитрий наблюдал, как штурмовая группа рывками приблизилась на расстояние в сто ярдов к цели. Они обошли его с фланга. Через несколько минут всё должно было закончиться. Дмитрий увидел, как упал один человек. Его придётся оставить, потому что не было возможности нести его тело пешком. Ни у кого из его людей не было удостоверений личности, хотя татуировки выдавали бы в них братву, если бы их убили или взяли в плен. К тому времени остальная часть группы будет уже за канадской границей и, возможно, даже в воздухе, на пути в конспиративные квартиры по другую сторону Атлантики.

Наблюдая за последним штурмом в бинокль, часть его души жалела, что он не остался в армии, но офицерская чушь перевешивала боевые действия слишком сильно.

За бревном, где он в последний раз видел Гастингса, укрывшегося там, не было никаких признаков движения.

Может, он уже мёртв?

Его глаза заметили, как упал ещё один человек, когда эхо выстрела разнеслось по каньону.

Какого чёрта?

Дмитрий опустил бинокль и просканировал хребты в поисках стрелка.

В каньоне разнёсся пистолетный выстрел, и ещё три пули пронеслись через открытую чашу от новой винтовки, вступившей в бой, звук выстрела отскакивал от рельефа, как пинбольный шар. Кто бы ни стрелял, он должен был быть слева от Дмитрия. Он