Берег суровых штормов - Сергей Иванович Зверев

Валкер упал, ударившись головой о камень, его рука осталась лежать на камне, и из разжавшихся пальцев медленно вывалился пистолет. Когда Листовой подбежал с американцами к телу, то понял, что кровь на камне была не оттого, что террорист разбил при падении свое лицо. В голову ему угодила пуля, выпущенная Ньюманом. «Так вот что мне не нравилось», – вспомнил свои сомнения Павел. Валкер слишком уж разыгрывал из себя немощного. А ведь я его не ранил, а только как следует треснул несколько раз. Да еще он воды немного нахлебался. С чего ему было помирать? Разыгрывал он умирающего потому, что Ньюман и его солдаты не видели нашей схватки. Но Ньюман же не дурак, он же понимал… А Валкеру нужно было добраться до вертолета. А в вертолет, большое спасибо спецназовцам, поставили контейнеры, за которыми мы гонялись несколько дней. Подарок сделали. Еще немного, и завертелись бы лопасти, и вертушка ушла бы, куда надо Валкеру, а не нам. Зачем Ньюман убил Валкера? Чтобы тот не сбежал? Куда бы он делся? Ну добежал бы до катера, ну ушел бы в море, а что потом?

– Илья, надо связаться с «Сенявиным», – поглаживая перевязанную руку, сказал Давыдов. Их высадили снова на острове Северный Матибу.

– Американцы забрали рацию, – покачал Максимов головой. – Смотрите, адмирал прибыл.

Адмирал Хендриксон с довольным видом подошел к русским спецназовцам. Пара офицеров и несколько морских пехотинцев столпились рядом. Адмирал заговорил, не жалея похвал и обещаний. В том числе он обещал и официальную благодарность Пентагона, а то и президента США Советскому правительству. Действия советского спецназа он признавал выше всяких похвал. И сейчас русским надо отдохнуть, набраться сил, а потом их переправят на русский корабль. А раненому русскому майору сейчас будет оказана медицинская помощь.

– Я прошу срочной связи с командиром крейсера «Адмирал Сенявин», – холодно заявил Давыдов.

– Разумеется, – кивнул адмирал. – Наши специалисты немедленно восстановят связь.

– Опять? – тихо буркнул за спиной Максимов. – Они же ее уже восстанавливали.

Два офицера и шестеро морских пехотинцев проводили трех советских спецназовцев снова к модульному зданию наблюдательного пункта. В «предбаннике» Давыдов и его товарищи сняли разгрузки, но тут же поняли, что у них забирают не только снаряжение, но и оружие. «В целях безопасности». «Временно». «Вам ничто не угрожает». И когда дверь закрылась и отчетливо снаружи щелкнул замок, спецназовцы переглянулись. Все произошедшее выглядело не как дружеский поступок или благодарность в ответ за помощь в ликвидации террористов. Это был арест. Спецназовцы осмотрелись. Несколько стульев, два стола, и все. Ни одного предмета. Даже воды нет. А ведь у русских раненый.

Давыдов обессиленно опустился на стул и откинул голову на стену.

– Ну, что вы обо всем этом думаете? – спросил он, не открывая глаз.

– Я думаю, что причина всему то, что мы видели этого террориста, Фрэнка Валкера, – ответил Листовой. – Видели, и я слышал, о чем он говорил с Ньюманом. Они же понимают, что теперь и вы от меня все знаете. Так бы, глядишь, я один погиб бы в результате несчастного случая. А так им предстоит аж троих ликвидировать, а потом извиняться перед советским командованием. Мол, простите, не уберегли героев.

– Хреновое дело, – засунув руки в карманы, Максимов прошелся по маленькому помещению, осмотрел потолок, в котором имелась вентиляционная отдушина. – Получается, что Ньюман мог бы и не убивать Валкера, а так пришлось. Слишком болтал много погибший два года назад майор. Вот и погиб снова. Теперь уже окончательно.

– Ясно, – усмехнулся Давыдов, – в этих играх замешаны высоко сидящие дяденьки. Воротилы!

…Когда Сильвия выскочила из катера на деревянный пирс, а за ней последовали несколько британских спецназовцев, Ньюман тихо выругался и поспешил навстречу. Но его опередил адмирал Хендриксон.

– Капитан Билоф! Почему вы здесь? Кто вам разрешил покидать расположение вашего подразделения?

– Простите, адмирал, – Сильвия вскинула руку, четко отдавая адмиралу честь. – Я подчиняюсь своему командованию. Мне не требуется разрешение американских офицеров, чтобы передвигаться в пределах объектов совместных учений.

– Вы получите такой приказа, – процедил сквозь зубы Хендриксон. – Вернитесь на катер и ждите приказа! Капитан Ньюман, следуйте за мной!

Сильвия проводила взглядом Пола и американского адмирала. Затем посмотрела на американских морпехов, которые стояли и с многозначительным видом смотрели на капитана союзников. Первым порывом было, конечно, вернуться на катер, но что-то внутри противилось. Не имели права ей здесь на острове приказывать. И что, морпехи могли ее силой вернуть на катер? Но это же применение силы военнослужащими армии одной страны против военнослужащих армии другой страны. Что тут происходит, в конце концов? И где русские, где Андрей?! Сильвия вообще-то рассчитывала увидеть здесь праздник. И если уж не шампанское, разливающееся рекой, то по крайней мере виски и множество рукопожатий. Русские спасли британских солдат на корабле, они и сам корабль спасли, и экипаж. Они разыскали в этом чертовом месиве из островов террористов и перебили всех. Они нашли мировую отраву и передали ее командованию. Что за чертовщина тут происходит? Сильвия заложила руки за спину, чтобы кобура с пистолетом была видна, и стала демонстративно прохаживаться по берегу.

Хендриксон вместе с капитаном Ньюманом вошли в модуль, когда в комнату вбежал связист.

– Адмирал, я прошу прощения, но русские уже дважды делали запрос по поводу своих спецназовцев. Они ждут ответа и предлагают выслать свой катер за группой майора Давыдова. «Адмирал Сенявин» подошел вплотную к кромке запретной зоны, установленной для всех судов на время учений.

– Лейтенант! – рявкнул адмирал. – Я ознакомлюсь с ситуацией и потом отдам приказ. Вернитесь на свое место и исполняйте свой воинский долг!

Связист вытянулся, прижав руки к бокам и, четко повернувшись, буквально выбежал из комнаты. Всегда веселый и общительный адмирал, каким его все видели во время учений, сейчас выглядел довольно агрессивно. Его как будто подменили. Ньюман стоял, заложив руки за спину, и молча наблюдал за происходящим. После того как связист вышел, адмирал начал бегать по комнате из угла в угол. Именно бегать, а не ходить.

«А ведь он испуган», – подумал капитан.

– Я могу идти, адмирал? – спросил Ньюман. – У меня тоже есть свой долг.

– Ваш долг, капитан, сейчас слушать меня, – коротко сказал адмирал и, подойдя вплотную к офицеру, стал сверлить его суровым взглядом. Ньюман не отвел глаз. – Ваш долг, капитан, выполнять все, что требуется для возвеличивания флага Соединенных Штатов, роли нашей великой страны на мировой арене. Мы гегемония этого мира, мы вправе диктовать миру, как ему жить, какие ценности исповедовать.

Адмирал говорил долго, и Ньюман успел подумать,