Воскрешая прах и пепел - Эмма Райц

– У меня идея получше…

* * *

– Шутишь?!

– Не-а. Ты что, ни разу не была тут?

– Вот именно! Тут… Да тут, наверное, произошло самое большое количество первых поцелуев на квадратный метр в городе.

Они остановились у небольшой калитки, ведущей в яблоневые сады за Домом пионеров.

– Сейчас это уже не те ночные аллеи без фонарей.

Софи усмехнулась:

– Я в курсе. Меня не было в городе всего шесть месяцев, а не шесть лет.

– Тогда чего ты боишься?

– С чего ты решил, что я боюсь? Мы договаривались об ужине, и в моем представлении он выглядит несколько иначе, чем прогулки по вечернему парку.

Леша загадочно пожал плечами:

– Ну… Может быть, я просто хочу нагулять аппетит?

– Или отделаться парой хот-догов на бесперспективном свидании? – Софи рассмеялась, хотя высказанная шутка ей самой показалась слишком циничной: «Господи, Волохов, свали из моей головы, а?!»

– Ауч. Это было жестко.

– Кто из нас бывший школьный хулиган, чьего острого языка боялась даже директриса?

– Да я как-то… Подостыл. И даже извинился в прошлом году на десятилетии выпуска. Нет, правда. Я хотел немного прогуляться, а уже потом зайти куда-нибудь. – Он аккуратно взял смутившуюся Софи под руку и повел по широкой аллее. – В конце концов, суть встречи ведь не в тарелках с едой…

– Пожалуй.

Они медленно брели по вечернему парку, который действительно выглядел значительно многолюднее и живее, чем в их школьные годы, когда сюда приходили уединиться парочки, не имевшие возможности снять номер на час.

Корж рассказал в двух словах, что после университета как-то быстро наелся безбашенным весельем, которое, к слову, требовало денег, и нехотя начал искать нормальную работу. Постепенно втянулся, но в какой-то момент понял, что хочет двигаться самостоятельно. Попробовал себя в разных сферах, ощутил вкус к логике и математике, переучился на программиста и вместе с другом запустил небольшую IT-компанию, занимающуюся созданием мобильных приложений. Дела неожиданно пошли в гору, и теперь у него в команде была дюжина талантливых парней со всей России, а в среднесрочной перспективе он вполне серьезно рассматривал переезд в столицу или в Сочи.

– Только не говори, что карьера так сильно затянула в свои объятия, что не осталось времени на личную жизнь? Как-то сложно мне представить тебя одиноким рыцарем.

– Не знаю… Пару лет назад я был в отношениях, но что-то не срослось. Теперь оглядываюсь по сторонам и понимаю, что всех интересных девчонок расхватали замуж. А свободные либо совсем не заинтересованы в личной жизни, либо… Либо им девятнадцать лет, и я уже понятия не имею, о чем с ними можно поговорить.

Софи прыснула со смеху, подавив в себе желание предложить Леше потерпеть до сорока лет, когда эти девятнадцатилетние превратятся в самых интересных собеседниц, о которых можно только мечтать. «Нет, мне точно пора лечиться… Обычно через незащищенный секс люди подхватывают венерические заболевания. А меня угораздило заразиться бессердечным цинизмом…»

– А ты? Чем занимаешься в Москве?

– Учусь. Точнее… Готовлюсь к обучению.

– Что, тоже решила сменить профессию?

– Типа того…

– И кем ты станешь?

– Если повезет, буду ездить по миру и скупать предметы искусства для столичных богачей. А может быть, и для европейских миллионеров. В худшем случае стану искусствоведом и открою галерею где-нибудь на Патриках.

– Хм… И где же сейчас обучают охотников за сокровищами?

– В Лондоне. На худой конец – в Париже.

Леша задумчиво кивнул:

– Неплохие планы… Я бы сказал, грандиозные. Видимо, ты не зря искала отца.

Софи согласилась:

– Да. Не могу сказать, что мы с ним мгновенно воспылали дочерне-отцовской взаимной любовью, но он проявляет достаточную степень заботы. И я ему за это крайне благодарна.

– И как на эти планы смотрит муж? Готов терпеть твои разъезды по указке толстосумов?

Вовремя себя одернув, Софи кисло улыбнулась:

– Да. Он сам работает с такими… Ему не привыкать. – Но мысленно ответила: «Он сам один из них. И ему плевать».

– Он что, брокер?

– Адвокат.

– Ух, опасный человек! Я до сих пор испариной покрываюсь при виде сложных контрактов. А юристы их щелкают не глядя. Как шаманы.

– Уверена, они так же смотрят на программные коды. Так что не обесценивай себя из-за того, что юридический язык кажется сложным. Нельзя быть идеальным во всем, – «…если твоя фамилия не Волохов. Черт!» – Софи вдруг поняла, что очень хочет выпить и вытравить из головы мысли о муже. Хотя бы на один вечер.

– Эй, ты тут?

Она вернулась в реальность и неловко улыбнулась:

– Прости, что ты сказал?

– Что всю прогулку ты словно витаешь в облаках… Если тебя все это напрягает…

– Нет. Просто… Все сложно. Приехав сюда на выходные, я будто вынырнула из глубины и наконец-то вдохнула кислород…

– Ты несчастлива там? – Корж смотрел на Софи с подозрительным любопытством, смешанным с обнадеживающим предвкушением.

Софи несколько секунд разглядывала его серо-голубые глаза, подбирая правильные слова.

– Не… не по максимуму. Открылся тут за полгода какой-нибудь приличный бар?

– О… Мне нравится твой настрой.

Они вернулись к мотоциклу, и Леша за несколько минут домчал их до атмосферного ирландского паба «Хмельная нимфа».

– А тут симпатично… Я все собиралась зайти, ну, до переезда. Но что-то постоянно не складывалось. – Софи разглядывала колоритный интерьер, задержавшись на большом фэнтезийном портрете феи с волшебными крыльями и стаканом виски. На пару секунд ей показалось, будто девушка, стоявшая за барной стойкой, и была той самой нимфой. Но, скорее всего, это было лишь забавное совпадение. – Вот только…

– Что?

– Я буду пить одна? Ты ведь за рулем.

– Плевать. Могу оставить байк на парковке.

– Уверен?

– Тысячу раз так делал.

Софи пожала плечами и взяла протянутую стройной улыбчивой шатенкой барную карту.

– Яна, мне как обычно. – Леша дружески махнул ей рукой и снова сосредоточил все свое внимание на Софи.

– Яна? Вы с ней знакомы? – С многозначительной усмешкой Софи проводила ее взглядом.

– Она хозяйка бара, ее все знают. Яна часто подходит пообщаться с посетителями. Так, скажем, для повышения качества обслуживания.

– Забавно…

Леша усмехнулся, поймав в ее интонации тонкую нить ревности.

– У ее парня бар в Питере. Представляешь себе такие отношения? Катаются друг к другу…

– Если это любовь, почему нет?