Назову себя шпионом - Евгений Иванович Таганов

Выйдя из машины с букетом и пакетом с шампанским, Алекс попросил Сенюкова нажать на клаксон. Из кафе его увидели, Вера тут же выскочила из-за стола и помчалась ему навстречу, чтобы на глазах у всей публики повиснуть у него на шее. Машина, темные очки, костюм, букет — все было ему в плюс.

— Это мои школьные друзья, — представила Вера его своей компании.

— …а это принц на сером коне (кивок в сторону «шкоды»). Это тебе и еще раз тебе. — Вручение букета и коробочки с перстнем, которая тотчас была открыта и перстень тут же примерен под восклицательные возгласы подруг.

К столику был придвинут еще один пустой стул, но садиться Алекс не стал, вместо этого достал из пакета шампанское.

— Это мой выкуп за мою невесту. А это оплата за счет. (Три «франклина» также легли на стол.) Вас, графиня, ждут сегодня великие дела. В общем, все свое я уношу с собой, — подхватив «графиню» с цветами и перстнем на руки, он понес ее к «шкоде». Сзади раздавались протестующие девичьи возгласы, но очень робкие и скорее поощрительные — какая из товарок не хотела бы такого самоуправства для себя.

Все неожиданно сложилось самым наилучшим и эффектным образом, все, кроме одного: в планах «жениха» было лишь застолье в гостиничном ресторане с ночевкой в той же гостинице, либо пикник на пленере с той же ночевкой в лучшей гостинице города.

— Меня в одиннадцать вечера из этой гостиницы выгонят и еще проституткой обзовут, — прокомментировала его предложение Вера. — У нас тут еще советские законы. Есть вариант «Б». — И она стала показывать Сенюкову, куда следует рулить.

Вариант «Б» оказался частным домом на 12 сотках приусадебного участка.

— Мои персональные хоромы, — объявила Вера, укорачивая цепь, на которой бегала внушительная овчарка.

— Только твои? — не поверил Алекс, ожидая как минимум увидеть родителей и пару бабушек.

— Только мои, — она первой прошла в дом.

Алекс с Сенюковым двинулись за ней. Несмотря на самый деревенский вид, внутри бревенчатого пятистенка имелись три небольших комнатки, приличный санузел с душем и новой сантехникой, проведено водяное отопление, а на кухне газ и все нужные прибамбасы в виде посудомойки и микроволновки. На правах принца Копылов заглянул в холодильник и срочно отправил Сенюкова в ближайший супермаркет за алкоголем и недостающими продуктами. А сам вместе с хозяйкой пожелал осмотреть участок. Там тоже все было в лучшем виде: десяток грядок, плодовые деревья и кусты, сарайчик с выгулом на полдюжины кур.

— Нравится? — пытливо спросила невеста.

— А то! Только не понимаю, ты же в Москве вроде работаешь.

— Ну да, и живу там в общаге. Это мое наследство от бабушки, она четыре месяца назад умерла.

Тут только она разглядела под очками его подбитый глаз и, естественно, закудахтала:

— Кто тебя так? За что? И ты на них работаешь?! Сколько это будет продолжаться? Мало тебе прошлого избиения?

— Боже, зачем я приехал! — возвел он руки в небо.

— Кстати, пока твой друг не пришел, у меня есть серьезное предложение. Ты ведь раньше и в самом деле компьютерными делами занимался. А если тебе сменить фамилию и спрятаться у меня от своих бандитов? Будешь здесь работать, и никто тебя не вычислит.

— А ты?

— Я диплом получу и в свою библиотеку работать пойду. Я уже там договорилась.

— И заживем мы спокойно и счастливо.

Хлопнула входная калитка — вернулся с покупками Сенюков.

Праздничный ужин был приготовлен в полном объеме: с шампанским, бутербродами с красной икрой, тортом с двадцатью тремя свечками. Мешали только телефонные звонки: дважды порывались прийти родители Веры, настропаленные рассказами Вериных подруг о красочном похищении из кафе их дочери, по разу звонили Жорка и Ева: Хазина взбесило русофобское содержание заметок от Варяга, Девушку Бонда интересовал успех подарка Алекса невесте. Потом Сенюкова отправили ночевать в летнюю пристройку к дому, а сами продолжили ошампаниваться уже в постели.

— Неужели тебе нравится такая жизнь? — вернулась Вера к прежней теме.

— В детстве я был самым серьезным и правильным ребенком, теперь приходится наверстывать свои несостоявшиеся детские шалости. Представляешь, какой шикарной, молодой, красивой и богатой вдовой ты будешь. По-моему, ты с этим справишься.

Традиционный тычок в бок был ему ответом.

— На могиле поставишь мне восьмиконечный крест из белого мрамора.

— Перестань!

— И в годовщину моей смерти обязательно вспоминай, каким я был плохим.

— Убью! — Она принялась его душить.

— Ну вот, твое вдовство совсем рядом, — со смехом отбивался он.

Позже, когда Вера снова заговорила о своих последипломных намерениях, он представил ей свой план действий: никаких местных «своих» библиотек, только Национальная петербургская библиотека.

— Я на библиотечную зарплату в Питере не проживу.

Ее желание быть самостоятельной умиляло его все больше и больше.

— Я тебе смогу подкинуть еще пару работ, вернее, даже три работы, — Алекс принялся загибать пальцы: — Одному моему корифану нужен библиотечный работник, который бы поставлял редкие материалы для его газеты, во-вторых, мне самому нужен учитель русского языка, чтобы я научился писать без ошибок, в-третьих, у меня образовался синдром к вождению машины, сдашь на права и будешь моим персональным водителем по очереди с Синюковым.

— Еще и телохранителем меня найми, — изволила она пошутить.

— Только не это, терпеть не могу женщин с пулевыми ранениями.

После очередного интима Вера выдвинула свой план «Б»:

— Сколько в Питере стоит самая простая однокомнатная квартира?

— А почему такой вопрос? Чем тебе моя Треххатка не угодила?

— Ты мое главное любовное приключение, и я не хочу, чтобы дальше все было только хуже. Сам говорил, что твое свободное время — это твое свободное время. Да еще твои тайны. Я тебе на постоянной основе совершенно не нужна.

— И ты хочешь купить однокомнатную квартиру?

— Ну да. Один папин знакомый предлагает за этот дом пятнадцать тысяч долларов. Неужели этого не хватит на самую простую однокомнатную квартиру?

— И все эти деньги достанутся тебе?

— У меня не обычные родители. Они дают мне самой совершать любые ошибки. Ну так хватит?

— Надо узнать. — Алекс решил пока воздержаться от каких-либо возражений — посмотреть, не появится ли еще у нее план «С».

10

Заснули они с десятыми петухами, когда солнечный свет уже вовсю заливал их комнатку, и успев договориться, что весь день они проведут в Твери. Но в девять Алекса разбудил звонок Хазина:

«Ты во сколько будешь? Дон Корлеоне (пахан Лукач) жаждет встречи с тобой. Кажется, что-то протекло».

Сразу стало не до достопримечательностей славного волжского городка.

— Я должен