Якудза из клана Кимура-кай. Том 3 - Геннадий Борчанинов

— Что вообще случилось-то? — тихо спросил он, пока я жадно затягивался сигаретой.

— Вакагасира мёртв, — сказал я.

Нет никакого смысла это скрывать. Разве что некоторые подробности и нюансы его смерти можно опустить, но сам факт очень быстро станет известен всем.

Охранник замер и уставился на меня как на привидение. А затем вновь достал рацию.

— Инари-сан, это Осима, — пробормотал он, неотрывно глядя на меня. — Поторопитесь. Тут… Новости реально срочные…

А потом он отпустил тангенту.

— Это точно? Откуда вообще информация? — спросил он уже у меня.

— Видел своими глазами, — хмыкнул я.

Охранник вздохнул и провёл рукой по волосам, вид у него был крайне растерянный. Из ворот вышел ещё один якудза, и мы повернулись к нему.

— Ну, что там у вас? — недовольным тоном спросил он. — Тебя хулиганы побили и ты пришёл жаловаться, или что?

— Я пришёл рассказать кумитё, как погиб Такахаси-сан, — произнёс я, докуривая сигарету до самого фильтра и обжигая пальцы.

Надменный вид этого хлыща как ветром сдуло.

— Прошу за мной, — деловито сказал он.

Я кивнул и поплёлся следом.

Ночью я тут ещё не бывал. Сад казался тёмным и мрачным, охраны вокруг было минимум. Мы торопливо шли к усадьбе, вошли через центральный вход, но пошли не к кабинету Ямады, а куда-то в другое место. В мыслях промелькнуло смутное подозрение, но вскоре меня привели в неприметный, но дорого обставленный кабинет. У его хозяина точно был вкус, потому что далеко не каждый сумел бы оценить дороговизну спартанской, в общем-то, обстановки.

Пришлось подождать здесь вместе с охранником, и через несколько минут в кабинет вошёл заспанный сухопарый мужчина, чуть младше Ямады по возрасту. Несмотря на то, что была уже глубокая ночь, он оделся в строгий костюм, застёгнутый на все пуговицы.

Сопровождающий меня охранник согнулся в поклоне, и я сделал то же самое, пусть даже и не знал этого человека. Банальное уважение проявить всё равно стоило.

— Кимура-сан, — произнёс незнакомец.

Ни одной татуировки из-под его рукавов не выглядывало, пальцы все были на месте. Вероятнее всего, это сайкокомон, ближайший советник Ямады, занимающийся вопросами легального бизнеса и отмыва денег, а не криминалом.

Он меня знал, а вот я видел его впервые.

— Итак, Такахаси-сан мёртв? — хмыкнул он, усаживаясь за стол.

Охранник поклонился и вышел, повинуясь едва заметному жесту этого человека.

— Да, — сказал я. — Кодзима-сан тоже.

Сайкокомон вздохнул и устало провёл рукой по лицу.

— Как это случилось? — спросил он.

— Я бы хотел рассказать это лично кумитё, и только ему, — чуть поклонившись, сказал я.

Потому что во всех других вариантах это для меня очень плохо кончится.

— Вот как? — хмыкнул советник. — Ямада-сан… Старый человек. К таким известиям его лучше бы подготовить.

— Вы даже не спрашиваете про доказательства? — удивился я.

— Весь город на ушах стоит, о чём вы, Кимура-сан? Сам факт мне уже известен, мне позвонили из полиции. А вот подробности… Хотелось бы услышать из первых уст, — спокойно произнёс сайкокомон. — Вы ведь там были. От вас пахнет гарью и порохом.

Я невольно поморщился. Терпеть не мог, когда мне указывали на какой-либо запах, будь то порох или одеколон за полтысячи баксов.

— Такахаси и Кодзима попытались нас убить. Не вышло, — сказал я.

— «Нас»? — хмыкнул советник.

— Одзава-кай, — пояснил я. — Он назначил нам встречу.

— Ода мёртв? — спросил он.

— Нет… Не знаю, нет, — сказал я. — Скорее всего, в больнице. Нам пришлось разделиться.

— Ясно… — пробормотал сайкокомон.

Хотелось вновь закурить, но я не обнаружил пепельницы поблизости, да и зажигалка моя кончилась. А чтобы мне прикуривал финансовый советник самого кумитё… Не по чину.

Так что я молча ждал, что скажет сайкокомон, который сейчас задумчиво вертел в руках карандаш. Всё зависело только от него, но интуиция шептала мне, что этому человеку можно довериться. Я повстречал не просто советника, а фактически серого кардинала всей организации, человека, контролирующего финансы Ямада-гуми и потоки информации, а значит, контролирующего абсолютно всё.

— Не могу сказать, что я расстроен этими смертями, скорее даже наоборот. А вот кумитё расстроится, — произнёс наконец советник. — Такахаси он любил, как сына…

— Такахаси его предал, — сказал я.

— Достоверно мы уже не узнаем. Только с твоих слов, потому что все участники событий мертвы, — сказал советник. — Но, знаешь… Я тебе верю. А вот кумитё может и не поверить.

Он достал из кармана ингалятор и привычным движением пшикнул в горло аэрозоль.

— Сам-то ты что планировал делать? — спросил вдруг советник.

Я замешкался с ответом. Планов-то у меня — громадьё, но неизвестно, что конкретно хотел от меня услышать сайкокомон.

— Развиваться дальше, зарабатывать деньги, — пожал я плечами. — Легальный бизнес заиметь, нелегальный. На бирже заработать, на торговле с СССР, сестру в модельный бизнес устроить… Планов много.

— На бирже? — хмыкнул недоверчиво советник.

— Валютные спекуляции, торговля акциями. Я знаю, что с этим делать, и уже капитал подкопил, чтобы начать, но… Вдруг стало не до того, — сказал я.

— Лучше бы ты этим и занимался… — проворчал сайкокомон. — Одзава-сан разрешил тебе основать собственную группу, Кимура-кай, верно?

— Да, — кивнул я.

— Одзава-сан, вероятнее всего, теперь станет преемником Ямада-сана, — пояснил советник. — И я в какой-то момент даже подумал, что это всё его хитрый план по устранению конкурентов, но, похоже, это не так.

Я призадумался и понял, что это значит. Это значит, что Одзава-сан возглавит всю структуру, а я по-прежнему буду его названым сыном, причём, главой собственной организации. По-настоящему стремительный карьерный взлёт, какой и не снился никому из уличной шпаны. И у меня есть все шансы унаследовать клан после Одзавы.

Глядя на этого человека, я видел не пожилого астматика, а одного из самых влиятельных людей Токио, без преувеличения. Этот человек ворочал миллиардами иен, управляя финансами всего клана Ямада-гуми, и я теперь чувствовал на себе его изучающий взгляд, словно бы он решал, сможет ли он использовать меня в своих планах, или я — отработанный материал.

Наконец, он принял решение. Я был измерен, взвешен и признан годным к продолжению работы на Ямада-гуми.

— Вас ждёт отличная карьера в организации, Кимура-сан, — спокойно произнёс он. — Думаю, мы сработаемся.

— Спасибо, — поклонился я.

* * *

Я стоял на открытом балконе пентхауса и курил, поглядывая на мельтешащие внизу автомобили. Вечерний Токио сверкал всеми цветами радуги, не слишком охотно погружаясь в ночную тьму, пролетали крупные хлопья снега. Близился Новый Год, но мои мысли были заняты не поисками ингредиентов для оливье, а поставками автомобилей через порт Владивостока и контрабандой оружия обратно.