Чума Эпсилона - Сергей Сергеевич Мусаниф

Это прикрытие было таким плотным, что порой я даже не видел, куда иду. На мгновение я даже заподозрил, что Генри ведет меня в какую-то сложную иезуитскую ловушку, хоть это предположение и было абсолютно иррациональным.

Если бы Генри хотел от меня избавиться, он мог найти десяток-другой более простых способов, которые не вынудили бы его раскрыть свое присутствие в инфосфере планеты. В конце концов, он мог бы просто ничего не делать, и тогда естественный ход событий привел бы меня сначала на операционный стол, а потом, уже однорукого — на Центрум-6.

Дроны привели меня на взлетно-посадочное поле и зависли перед атмосферным шаттлом.

— Полезай внутрь, кэп, — сказал Генри и приветливо распахнул передо мной дверь.

— И куда полетит эта штука? — спросил я, забираясь в салон.

— На материк, — сказал Генри. — Ты же не думаешь, что я смогу доставить тебя в Свободные Миры прямо отсюда?

Я по привычке попытался протиснуться в кабину, но Генри сообщил мне, что в этом нет смысла.

Он поведет.

Ну и ладно. Я устроился в пассажирском кресле, и стоило мне застегнуть ремни, как шаттл стартовал с места с трехкратным ускорением, которые было для этой модели максимальным. На обзорном экране я видел, что одновременно со мной стартовал еще десяток таких же посудин.

Из большого ангара в дальнем конце летного поля вынырнул рой дронов-перехватчиков. Я было напрягся и приготовился к отчаянному маневрированию и попыткам уклонения, но быстро сообразил, что это не нападение, а дополнительная защита.

Дроны рассредоточились и взяли параллельный с нами курс на материк. Генри не мог контролировать всю транспортную сеть, и материковые военные еще должны были сказать свое слово, так что он перестраховывался и максимально заметал следы.

— Думаю, воякам придется пересмотреть протоколы безопасности на их собственных базах, — беззаботно сказал Генри. — Потому что у меня все получилось даже слишком легко, а это раздражает.

— Не говори «гоп», — сказал я.

— Гоп, кэп, — сказал Генри. — Почему не гоп-то?

— Потому что я еще не на материке.

— Но скоро там будешь, — пообещал он. — Так или иначе.

— Мне уже начинать беспокоиться?

— Это просто фигура речи, кэп, — сказал Генри. — Кстати, диспетчер транспортной сети прямо сейчас интересуется, с чем связаны столь масштабные маневры над океаном. Я сказал ему, что это учебные маневры, но, кажется, он мне не поверил и утверждает, что учения должны согласовываться заранее. И даже тот факт, что я говорю от имени генерала Кирка, их не убеждает.

Ситуация неординарная. Сколько времени потребуется материковым военным на осознание необходимости стрелять по своим островным коллегам?

— Под правым передним сиденьем лежит сумка с гражданскими шмотками, — сказал Генри. — И у тебя есть примерно две минуты, чтобы переодеться, кэп. Если, конечно, ты не собираешься отсвечивать на материке в комбинезоне с огромной надписью «заключенный» на спине и мишенью на груди.

Резонно.

Мы шли над морем, не предпринимали резких маневров, так что перегрузок почти не было. Я отстегнул ремни, нырнул под передний ряд сидений и действительно нашел там сумку с гражданской одеждой. Не могу судить, насколько она была модной или актуальной, остается только положиться на мнение Генри.

Я быстро переоделся и швырнул тюремный комбинезон под кресло.

— Они подняли перехватчики и готовятся к ракетному залпу, — сообщил Генри. — Предъявленный нам ультиматум истекает через сорок секунд.

— Они не блефуют, — сказал я.

— Искренне надеюсь, — сказал Генри. — Не хотелось бы пролететь мимо всего этого веселья.

Похоже, я таки взрастил чудовище, но не стоит посыпать голову пеплом прямо сейчас. Иногда даже хорошо, что на твоей стороне играют чудовища.

Глава 26

— Кстати, о веселье, — сказал я. — Правильно ли я понимаю, что ты не вырубил тех двух охранников в коридоре вместе с остальными, чтобы не лишать меня чувства сопричастности?

— Разумеется, кэп. Должен же был и ты внести хоть какую-то лепту в свое освобождение.

Генри стал могущественнее, но в общении он не слишком изменился.

Пока.

Чувство юмора у него осталось прежним. Неизвестно, каким оно станет спустя еще одну неделю. Или месяц. Или год, если ему удастся продержаться так долго.

— Жахнули ракетами, кэп, — в голосе моего бывшего нейропилота слышалось неподдельное детское веселье. Значит, дела наши не так плохи, раз он тратит вычислительные мощности, чтобы добавить в синтезированный голос эмоций. — Подлетное время три минуты.

— Много?

— Шестнадцать штук, — сказал Генри. — И четыре десятка перехватчиков.

— А у нас сколько?

— Двадцать семь, — доложил Генри. — Да здравствует веселье, кэп!

— Если мы отобьемся, будет и вторая волна, — заметил я.

— Пусть, — сказал Генри. — К тому времени, когда она нас настигнет, мы уже будем над материком.

— А дальше?

— Узнаешь в свое время, кэп.

— Я могу как-то тебе помочь на этом этапе?

— Не-а, кэп, — сказал он. — Просто сиди и наслаждайся спектаклем.

Но насладиться спектаклем у меня не получилось. Когда ракетами и перехватчиками с обеих сторон управляют нейромозги, все происходит слишком быстро.

Я сумел бы проследить за развитием событий в профиле волшебника, благо, мы уже влетели в зону общедоступной планетарной сети, но Генри попросил меня не путаться под ногами, и я решил выполнить эту его просьбу.

Шестнадцать вспышек слились в одну, на мгновение украсив небо цветами разрывов. Мы потеряли три перехватчика. Пустые шаттлы, используемые Генри в качестве ложных целей, повреждений не получили.

Генри даже не пришлось ими маневрировать, он справился исключительно при помощи перехватчиков.

— У-ху, кэп! — воскликнул он. — А также йо-хо-хо! Такое я проделываю походя!

— Берегись, как бы успехи не вскружили тебе голову, — сказал я.

— Берегись, ибо твою голову могут вскружить мои маневры, — сказал Генри, и наша небольшая импровизированная флотилия заложила резкий вираж.

Мы вошли в зону действия перехватчиков.

Следить за ходом современного воздушного боя, не будучи подключенным к нейросистеме любого из его участников, это занятие довольно бесполезное. Даже я видел лишь какое-то мельтешение, бессмысленные, казалось бы, маневры, когда земля и небо постоянно меняются местами, то и дело расцветают бутоны взрывов ракет и перехватчиков, и даже если тебе показалось, что