Теряя контроль - Эмма Райц

– О да… – усмехнулся Волохов.

– Но удача мне улыбнулась. Я подсела к нему за стол, когда он обедал в одном из ресторанов рядом с офисом.

– И как он отреагировал? Вспомнил твою маму?

– Да. Как отреагировал… Нормально. Он странно смотрел на меня. И потом еле выдавил, что я – почти копия его матери в молодости. Покойной жены Якова. Даже показал мне ее фото. Но все же настоял на ДНК‑тесте. Получив результаты, он позвонил и пригласил меня с мамой снова приехать в столицу. Она сначала отказывалась, но я ее уговорила. К сожалению, нормального диалога не получилось. С обеих сторон посыпались претензии, обиды, желание ранить друг друга… Это был ужас. Я видела, что маме очень больно. Но и отец выглядел расстроенным и подавленным. У каждого была какая‑то своя полуправда.

– А как получилось, что она проигнорировала твою… нашу свадьбу? – Даниил вылил в бокалы остатки вина и заметил, что Софи постепенно хмелела.

– Как‑как… Обвинила меня в том, что я, узнав своего отца, вмиг превратилась в расчетливую суку, готовую продаться за туманную возможность будущего обогащения.

– Прелесть. Но сама она с радостью приняла в дар квартиру в Москве и ежемесячное содержание.

Софи смахнула слезы обиды и покачала головой:

– Давай не будем об этом.

– Прости.

Она допила вино и, наклонившись вперед, поставила пустой бокал на журнальный столик. Волохову на мгновение открылся восхитительный вид на ее грудь в чуть распахнувшемся халате. Он зажмурился и медленно выдохнул.

– Вот такая история.

– Ты не расчетливая сука. В твоей матери просто говорит обида за то, что ты не испытываешь неприязни к отцу и так активно искала встречи с ним. Но это нормально. Всем хочется знать свои корни.

– Хорошо. Спасибо. Но я вышла замуж по расчету. Так что доля правды в ее словах есть. – Софи закрыла глаза и опустила голову.

– Нет. Ты пытаешься найти себя и свой собственный путь в жизни. Это не делает тебя автоматически расчетливой или какой бы то ни было плохой. Просто за счастье иногда приходится платить высокую цену.

– Или даже слишком высокую…

Даниил придвинулся ближе и коснулся ее щеки. Софи открыла глаза и полусаркастично‑полусоблазнительно усмехнулась.

– Слушай свой внутренний голос. Невозможно быть хорошей для всех, поэтому в твоих приоритетах должны быть не мнения окружающих, а собственные желания.

– Думаешь?

– Уверен. Ты ведь знаешь, чего хочешь?

Ее зрачки резко расширились, и Софи, еле слышно прошептав «тебя», порывисто поцеловала Волохова, который завис на мгновение.

– Софи…

– Заткнись. – Она продолжила целовать его, запустив пальцы в его густые волосы.

Даниил отключил в уме последний тумблер здравого смысла и крепко прижал ее к себе одной рукой, а второй мягко поглаживал по спине. Софи опустила ладони на его плечи и начала расстегивать пуговицы на его рубашке. Его мышцы дернулись под ее прикосновениями. Он медленно потянул за ее пояс и раскрыл халат, обнажив стройное тело своей нерасчетливой жены. Судорожно дыша, Софи еще плотнее прижалась к нему и открыла глаза:

– Ты сам сказал… Ставить свои желания…

Даниил прервал ее очередным поцелуем, а его рука в этот момент легла на ее обнаженное бедро и медленно двинулась к подрагивавшим от возбуждения ягодицам. Кожа Софи под его пальцами была гладкой, теплой, немного влажной. Приглушенный свет в комнате соблазнительно бликовал на ее загорелом теле. Волохов уложил ее спиной на диван и скинул с себя рубашку и брюки. Впиваясь взглядом в возбужденную Софи, он на секунду замер:

– Подожди. – Быстрым шагом влетев в ванную, он достал из зеркального шкафа упаковку презервативов. Посмотрев на свое отражение, Волохов шепотом произнес: – Завтра ты будешь об этом жалеть. – Он сам себе усмехнулся и вернулся к Софи.

– Где ты… а… – Она увидела в его руке блестящий пакетик и закусила губу.

– Я решил последовать собственному совету… – Он протянул руку Софи, и та встала вплотную к нему, избавившись от халата.

Даниил наклонил голову и напористо поцеловал ее, положив ладони на талию. Она выгнулась, прикоснувшись набухшими сосками к его груди и обняв за шею, чтобы не упасть от сладостного головокружения. Волохов без особых усилий приподнял Софи, и она обхватила его торс ногами. Стараясь ничего не задеть на своем пути, он понес ее в спальню, освещенную только огнями ночного Дубая, проникавшими сквозь стеклянную стену.

Аккуратно опустив таявшую в его руках Софи на шелковые простыни широкой кровати, Даниил лег рядом и своим теплым дыханием заставил ее покрыться волной мурашек. Ее пульс шумел в голове, отключая Софи от реальности, пока язык Волохова обжигал ее шею и спускался к ключицам. Его пальцы безапелляционно ласкали Софи, мягко проникая в нее.

– Да… – Она подалась вперед, задыхаясь от терпких ласк и дрожа всем телом.

Язык Волохова уже добрался до ее темно‑розовых сосков и неспешно рисовал огненные круги по ареолам, обходя стороной самые чувствительные точки. Софи тихо застонала с легким недовольством, но в следующий момент почувствовала, как он резко вторгся в нее двумя пальцами, и вскрикнула от восторга. Даниил усмехнулся и усилил напор, прикусив зубами сосок.

– Я… я больше… не…

– Тшш… – Натянув презерватив, Волохов приподнялся над ней, прижав тонкие пульсирующие запястья Софи к кровати, раздвинул коленом ее ноги и посмотрел ей в глаза.

На секунду ему показалось, будто Софи хотела что‑то сказать, но в итоге передумала и опустила ресницы, одновременно крепче сжав его бедрами. Он тоже промолчал и плавно вошел в нее с тихим выдохом.

Она со стоном выгнулась ему навстречу, и Даниил с наслаждением ощутил ее горячую тугую пульсирующую плоть. Ритмично двигаясь, он снова и снова целовал ее, мягко покусывал за подбородок и шею. Софи сладко стонала и со всей страстью отвечала на его поцелуи. Ее голова кружилась от алкоголя и частого дыхания, а мысли беспрепятственно улетучились, освободив место фейерверку острых ощущений.

– Софи…

– Да…

Он начал постепенно ускоряться, переходя от плавных движений к более резким и все еще сжимая ее запястья. Софи охватила крупная дрожь, ее волосы разметались темным сияющим пятном на белоснежной постели, а тело стало блестящим от влаги.

Волохов чувствовал, что она уже близка к пику, и стал двигаться максимально быстро, заставив ее стонать еще громче. Открыв глаза, он понял, что Софи смотрела на него, и Волохов перестал