Коллекционер ошибок - Эмма Райц

– Меня убьют в тюрьме…

– Или обменяют на кого-то из российских заключенных, – Фенрир сам себе удивлялся. Мозг не уставал подкидывать новые аргументы. – Вдруг тебе повезет?

– Правда? Ты не врешь?..

– В отличие от тебя.

Бриджит всхлипнула. Посмотрела на свои окровавленные дрожащие руки. Тишина в комнате нарушалась шуршанием воды в трубах под потолком и какими-то необъяснимыми скрипами.

– Сорок минут! – снова ожил громкоговоритель.

– Моя мама умерла, когда мне было тринадцать, – заговорил Фенрир, пристально следя за зрачками наемницы. – И это худшее дерьмо, которое могло со мной произойти.

– Сожалею… – Бриджит обессиленно прошептала.

– Детям сложно без матери. Они ведь по сути никому, кроме нее, не нужны. Ты хочешь, чтобы твои дети мотались по родственникам? Или оказались в приюте?

– Не хочу…

– Но мне кажется, у тебя их нет. Они есть у придуманной Саманты. А ты – банальная наемница, не способная дарить любовь.

– Нет!!! – гневно вскрикнула Бриджит и захлебнулась лающим кашлем. – У меня есть дети! И я их очень люблю!!!

– Ну так признайся!!! – заорал в ответ Андрей.

– Вы меня убьете…

– Если скажешь правду, нет. Тебе решать, – он равнодушно пожал плечами и встал.

– Полчаса, – буркнул динамик.

– Если и через тридцать минут ты останешься Самантой, то Кэти на трехлетие получит маленькую баночку. С мамиными глазами. Я лично отправлю посылку.

Бриджит вздрогнула. Андрей сам не верил, что осмелился произнести подобную угрозу вслух. Он отвернулся от пленницы и крепко зажмурился: «Это просто слова… Просто угроза. Я же не псих?..»

Но в подтверждение своих слов он все же подошел к металлическому столу и прикоснулся к инструментам.

– Нет! Пожалуйста! Я все скажу!!!

– Говори, – Фенрир отодвинул ящик, повернулся к ней лицом и уперся бедром в кромку стола, скрестив руки на груди.

– Я Бриджит Стэнфилд. Британская… наемница… Из «Сильвер Уинд»… И все в твоем чертовом списке – правда…

– Отлично, – гаркнул динамик. – А теперь в расход ее!

– Что? – Андрей уставился вверх. – Ты же сказал…

– Пистолет на дне ящика.

– Но она же призналась!

– И за это я дарую ей легкую смерть, а не мучительные пытки! Хотя твоя идея с посылкой мне понравилась. Пожалуй, так и сделаю.

Бриджит обреченно распласталась по полу:

– Что он сказал? Вы меня пристрелите, да? Я же говорила…

Дверь открылась, и внутрь зашел Черномор:

– Андрей, я приказал ее убить. В чем дело?

– Ты сказал убить ее, если она не расколется. Она во всем призналась!

– И это дает мне полное юридическое право застрелить суку.

Андрей упрямо мотнул головой:

– Зачем? Неужели действительно нельзя ее обменять на кого-то из наших?

Черномор неспешно прошелся через комнату прямо к Бриджит. Несколько секунд сверху вниз смотрел ей в лицо, которое уже ничего не выражало.

– Убей ее, птенчик. Поверь, она того заслуживает, – он повернулся к Фенриру и протянул ему свой темно-серый «лебедь» из композитного сплава. – Стреляй.

Андрей с трудом сглотнул и взял в руки оружие. От напряжения ломило спину. Сзади по шее и по бокам с висков медленно стекали капельки пота.

– Ты обещал… – простонала Бриджит и мгновенно получила мощный удар ногой по ребрам.

– У тебя десять секунд, дружок, – процедил Матвей.

– Пожалуйста, не делай этого!!! – наемница снова скорчилась от дикой боли, когда армейский ботинок Черномора метко попал по ее подбородку.

– Пять секунд.

Андрея трясло. Умом он понимал, что нужно просто нажать на курок. И забыть. Как страшный сон. Но какая-то невидимая преграда мешала ему дойти до конца.

Раздался выстрел. Бриджит замертво рухнула на кафель. По полу разлетелись вязкие кровавые ошметки мозга и мелкие осколки черепа. Черномор убрал свой второй пистолет в кобуру.

– Ты не прошел. Не выполнил приказ. Не подчинился командиру.

– Я не привык к тому, что слова и действия командира противоречат друг другу…

– Мне что, извиниться? – ухватив тело за лодыжки, Черномор потащил его в противоположный угол комнаты, достал черный пакет из шкафа и начал методично расправлять на полу.

– Зачем тогда было ее допрашивать? – Фенрир снова стер пот со лба и болезненно прищурился. Свет ламп неприятно бил по глазам.

– Теперь у меня есть видео допроса с признанием. Это моя защита. Я бы, конечно, и сам ее расколол. Но раз уж ты напросился в гости… Сработал неплохо. Но в конце тупо слился.

– Почему нельзя было обменять ее?

– Полгода назад, – Матвей закинул на полиэтилен сначала ноги Бриджит, а потом руки, – она предпочла замучить двоих моих парней до смерти, хотя я предлагал обмен, и Моцарт был не против.

Выровняв труп, он плавно потянул замочек и застегнул молнию. Потом снял с крюка длинный шланг и включил воду.

– Вместо переговоров я получил пакетик с их мошонками и запиской: «Непослушных песиков нужно кастрировать!»

Андрея передернуло.

Кровь, мозг и косточки плавно собирались около небольшого углубления в полу.

– Эта тварь – больная на голову. Поверь, ее детям будет лучше в приюте, чем под одной крышей с психопаткой. И да. Ваши к ней тоже под нож попадали. На досуге поинтересуйся у бати, получал ли он такие «подарочки», – закончив уборку, Черномор снова посмотрел на Давыдова-младшего и осекся.

Андрей, не выдержав, опустился на пол и мутным взглядом блуждал по комнате.

– Э… Дружок. Ты чего такой впечатлительный?

– Я… Как-то… – его фразу прервал надрывный кашель.

– О… Вставай. Экстремал.

Фенрир шел к лифту, крепко обхватив себя руками. Его сильно знобило, а по лицу и спине уже вовсю лился пот. Футболка промокла и прилипла к телу.

Черномор завел его в светлую комнату отдыха и усадил на кушетку.

– Кто ж зимой по полям бегает полуголый? Хоть бы куртейку накинул.

Запив протянутую таблетку жаропонижающего, Фенрир привалился спиной к стене и закрыл глаза. Черномор задорно цокнул языком, достал из кармана смартфон в ударопрочном корпусе, уселся в свое кресло, закинул ноги на массивный, но побитый временем дубовый стол и набрал номер, включив громкую связь.

– Максим Батькович, привет.

– Внезапно…

– С Новым годом.

– И тебя… Чем обязан? – голос Макса звучал с нотой удивления, а слова растягивались, выдавая его опьянение.

–