Теряя контроль - Эмма Райц

– В моем кабинете умерла Вера Мазур. Приехала обдолбанная. Под коксом и алкоголем. И я, конечно, мог бы придумать какой‑то тупорылый повод для ее визита. Как минимум это мой чертов день рождения. Но судмедэкспертиза сообщит Милошу, что в ее пищеводе и желудке находится сперма. И молчать он не станет. А так как он приятельствует с Ранковичами, до Якова эта информация быстро дойдет. Там вскроется, что мой брак с Софьей фиктивный, и тогда он не отпишет ей в завещании два обещанных завода, а принципиально продаст их за копейки. После этого Ярослав на радостях закажет меня какому‑нибудь киллеру, и забавная история Даниила Волохова завершится пулей в затылок. – Волохов облокотился на край стола и устало потер переносицу.

Шокированный удивительным рассказом Денис молча смотрел на него целую минуту.

– Ну?

– А как ты вообще связался с женой этого польского слизняка?

– Мы с ней встречались. Давно. Больше десяти лет назад.

– Э… До «Фобоса»?

– Мы вместе работали в российском посольстве в Сирии.

– Да… А Сокол был прав.

– Сокол? В чем прав?

– В том, что ты живешь деньгами и похотью.

В этот момент Волохов выпрямился и угрожающе свел брови.

– Пытаешься закинуть камень в мой огород?

Морок ухмыльнулся и ничего не ответил.

– Что это значит, Дэн?

– Ты поддался своим слабостям. И они сыграли с тобой злую шутку.

Даниил на мгновение сжал челюсти. А потом расплылся в саркастичной улыбке, оголив клыки и прикусив нижнюю губу:

– Дэн, почему ты до сих пор на свободе?

– В смысле?

– В прямом. Почему три месяца назад между справедливостью и войной ты снова выбрал войну?

– А это здесь при чем?

Волохов подался вперед. В его стальных глазах медленно тлела злая ирония:

– Ты ведь такой же, как и я. Гребаный наемник.

Денис вскинулся:

– Я не носился по столице и не убивал по заказу.

– Сколько человек ты убил за десять лет в «Фобосе»? Сколько раз с наслаждением нажимал на курок или замахивался ножом?

– К чему ты клонишь? Я не веду такой учет.

– А давай прикинем. И посмотрим, кто из нас кто.

– Я не собираюсь ничего прикидывать.

– Страшно? Вы уезжали на задания примерно дважды в месяц. За десять лет – двести сорок раз. Хорошо, пусть сорок из них ты пропустил, валяясь в больнице после ранений. Двести вылетов. Даже если принять за среднее количество жертв цифру пять… Дэн, на твоих руках смерть тысячи человек. Но я бы все же умножил на два.

– А ты? Сколько убил ты?

Волохов мгновенно выпалил:

– Восемьдесят три человека. Из них семьдесят шесть – за время службы в армии. Понятное дело, вариться мы с тобой будем в одном котле. Но будь добр, избавь меня от своего напускного морализма. Из твоих уст он звучит вдвойне лицемерно.

Денис молчал.

– Когда в мае ты позвонил из участка, я был на судебном заседании с другим клиентом. Черт меня дери, я пообещал судье свою душу, лишь бы слушание перенесли. Клиент вынес мне мозг и вытребовал неустойку почти на миллион. И я не пожалел. Через час ваш вопрос был решен.

– Наш вопрос возник из‑за твоего косяка.

– Ваш вопрос всплыл бы в любом случае! Не в мае, так в другой раз!

– Ладно! Я договорюсь. Тебя встретят. – Денис достал телефон из верхнего ящика стола и набрал заветный номер.

– Какие люди!

– Привет, Леший.

– Ну что, посмотрел тот фильмец?

– Посмотрел. Дичь полнейшая.

– Да ладно! Сколько дашь по десятибалльной шкале?

– Пфф… Один из десяти.

– Ну… На вкус и цвет, как говорится.

– Сегодня очередной матч в… – Денис посмотрел на часы, – в полдевятого. Будешь смотреть?

– Обижаешь! Я ж фанат! А ты? Хочешь сделать ставку?

– Да. Я за черных. Ставлю на пятого и на двенадцатого.

Волохов внимательно слушал зашифрованный диалог. Один из десяти – количество тел. Полдевятого – время, когда ему нужно будет приехать. Черные – цвет его машины. Пятый и двенадцатый – госномер «Лексуса».

– Я все записал!

– Что ставим?

– Двушечку, как всегда.

– Договорились. – Морок швырнул телефон обратно в стол и перевел взгляд на Даниила.

– Сколько?

– Два миллиона.

– Отлично.

Денис продиктовал ему адрес.

– Что‑то еще нужно?

– Да. – Волохов достал из кармана телефон Веры. – Нужно переписать данные GPS‑сигнала, начиная с момента, когда она доехала на такси до Котельнической набережной. И подчистить камеры. Городские и моего бюро. Записи должны остаться. Но Веры на них быть не должно.

Денис кивнул и забрал телефон.

– Желательно сделать это все к утру, пока Милош не поднял шумиху. Сколько с меня?

– Пока не знаю. Готовь миллионов пять. Плюс‑минус. С учетом срочности.

– Хорошо. Наличными?

– Естественно.

Волохов встал и уже готов был выйти из кабинета, но Денис снова заговорил:

– Слушай…

– Что?

– Я не столько упирался в мораль, сколько меня позабавил тот факт, что… Что ты в свой собственный день рождения огреб проблем с трупом женщины…

– Да‑да, которая умерла, отсосав мне. Спасибо. Я уже вдоволь насладился этой шикарной иронией. Нет, Дэн. Я, конечно, не питал иллюзий в плане твоего отношения ко мне. Но поверь. Если случится так, что Мазур или Ранкович устранят меня, ты сильно охренеешь, получив от Федотова другого куратора. Увязнешь в бумажках и будешь вынужден согласовывать каждый свой чих. Каждый контракт.

Денис зажмурил один глаз и примирительно протянул Волохову руку:

– Извини. Я буду рад оказаться в одном котле с тобой. Правда.

– Сокола прихвати. Уж кто‑кто, а он бы молчал. Разрисованный трахарь.

– Согласен. Лицемерия нам не занимать. Но покажи мне хоть одного безгрешного в этом здании?

– В здании? Во всем этом городе такого не найдешь, – процедил Волохов, спускаясь на парковку.

* * *

Вернувшись в офис за полчаса до одиннадцати, Волохов ополоснулся под душем после всех своих приключений, сменил рубашку, снова налил себе виски и зажег камин. Августовские ночи уже дышали осенью. Небо заволокло плотными тучами, из которых то и дело срывались крупные капли дождя. Даниил смотрел на огонь и молча покачивал головой.

– Жаль, тройничка не получилось, – вздохнул вновь материализовавшийся Стас.

– Ой, отвали.