Дикий сын - Джек Карр

Он стоял у стола, который был придвинут к последней камере, той, что теперь была пуста. Сверху стояла большая стеклянная банка, размером почти с бутыль для кулера.

Рис подошёл к ней, чувство ужаса нарастая с каждым шагом. Зная, что это такое, ещё до того, как остановился, он опустился на колени и оказался лицом к лицу с Ханной Гастингс.

— Что ты собираешься делать? — спросил Чавес.

Рис почувствовал, как ненависть поднимается из самых глубин его души. Он перевёл взгляд с запрокинутых глаз Ханны на глаза своего друга и товарища по команде.

— Я иду на охоту.

ГЛАВА 80

РИС БЕЖАЛ НА СНЕГОСТУПАХ, обретя свой ритм, сжимая в руках винтовку «Echols Legend». Он перезарядился четырьмя патронами в магазине и пятым в патроннике. Пять дополнительных патронов на щёчном упоре давали Рису быстрый доступ к дополнительным боеприпасам и помещали его глаз на оптимальную высоту за прицелом.

Он сменил свой трофей, поднятый на поле боя, на свою болтовую «Echols», потому что хотел иметь инструмент, с которым был знаком, если ему придётся сделать дальний выстрел. Согласно африканским заключённым в подземелье Жаркова, русский охотник и его сообщник начали выслеживать Рейфа, когда было ещё темно, что означало, что у него есть как минимум двухчасовая фора. По всей вероятности, Рису придётся сократить это расстояние с помощью пули.

Он подумал, что команда могла бы взбунтоваться, когда он сказал им, что идёт вперёд без них. Он убедил их, что со своей снайперской винтовкой и всего лишь двумя оставшимися целями он наилучшим образом экипирован, чтобы справиться с ними. Рис подчеркнул, что им нужно вернуться к Фаркусу, и потребуется трое, чтобы нести его к точке эвакуации. Двое будут нести раненого «тюленя», а один будет обеспечивать безопасность, одновременно присматривая за африканцами. Им придётся меняться ролями, пока они будут пробираться по суше к «Альбатросу» и свободе. Хотя всё это было правдой, Рис также знал, что любой, кто останется, вероятно, не покинет остров. Отправившись за Рейфом и Александром, они наверняка пропустили бы окно эвакуации. Он не мог жить с мыслью о смерти ещё большего числа своих друзей и товарищей на своей совести. Он продолжит один.

Рис сбросил большую часть своего снаряжения для дополнительной мобильности. Ему нужно было двигаться. Его Half Face Hunter-Skinner и Winkler Sayoc RnD ’Hawk были на поясе. SIG P320 Compact был в кобуре Blackpoint Tactical wing holster сбоку.

Путь был легко читаем. Следы были от полноприводного автомобиля, способного ползти по заснеженному и усыпанному скалами ландшафту. Снегоступы не давали ему проваливаться в более глубокие участки снега, пока он набирал высоту. Его затруднённое дыхание и завывание ветра почти полностью заглушали его слух.

Рассвет пробился к затянутому облаками небу. Скоро пойдёт снег. Ему нужно было настигнуть Рейфа и Александра до того, как погода ухудшится и скроет их следы.

Банка с головой Ханны была выжжена в памяти Риса. Человек, ответственный за это, был в конце следа. Пришло время ему умереть.

Боковое зрение Риса уловило белое пятно справа. Подчиняясь инстинкту, рождённому ДНК воина, он развернулся и вскинул левую руку, чтобы блокировать своё лицо, когда зубы собаки вонзились в ткань его куртки и пронзили кожу под ней.

Собака!

Потеряв равновесие на снегоступах, которые только что превратились из преимущества в помеху, он уронил винтовку и перекрутил массивное животное лицом в снег. Первобытное рычание зверя так близко к его лицу щёлкнуло тумблером в бывшем коммандос; его «пятиметровая цель» теперь превратилась в этого зверя, намеренного убить его. Вдавливая собаку в снежную пыль, Рис занял позицию сверху и нанёс удар ладонью по своей собственной руке, вбивая свою лучевую кость глубоко в пасть собаки, чтобы лишить челюсть механического преимущества и не дать ей разорвать его руку на куски. Наученный защищаться от собак, выращенных и натренированных убивать, Рис нанёс второй удар ладонью по её чувствительному носу, прежде чем потянуться за своим пистолетом. Блокируя лицо собаки рукой, Рис навёл SIG на её мозг. Мечущееся животное не привыкло быть на спине, что делало точный выстрел трудным даже на контактной дистанции. Чтобы предотвратить остановку пистолета от того месива из шерсти, кожи и костей, которое вот-вот должно было случиться, Рис упёр большим пальцем в заднюю часть затвора и выстрелил один раз ей в голову. Игнорируя мгновенный звон в ушах от выстрела в упор, Рис отпихнулся и изо всех сил попытался вернуть неуклюжие снегоступы под себя, одновременно пытаясь устранить самопроизвольно возникшую задержку от выстрела в упор.

Прежде чем он смог передёрнуть затвор, вторая собака ударила его в рёбра, выбив SIG в снег.

Чёрт! Сколько у этих парней собак?

Когда Рис переориентировался на новую угрозу, у него возникла ещё одна леденящая душу мысль: Где её проводник?

Рис приспособился к новой, более крупной собаке и попытался сорвать снегоступы со своих ног. Собака рванулась, её острые зубы нашли место возле его ключицы, мотая головой, но вырывая лишь куски куртки.

Освободив один снегоступ, Рис замахнулся им на своего нового агрессора, но местность и сила животного заставляли SEALа оставаться на коленях, когда та снова атаковала. Хватаясь за всё, что мог, Рис упёрся одной рукой в мускулистую грудь собаки и обхватил рукой её левую ногу. Почувствовав, как зубы вонзаются в его плечо, Рис вспомнил самое слабое место многоцелевой собаки. Он схватился за её передние лапы и разорвал их в стороны, как рождественскую хлопушку, ломая основание собаки. Её первобытный лай мгновенно стал болезненным скулёжом.

Катаясь, как он сделал бы с человеком на татами по джиу-джитсу, Рис зажал её голову и обвил рукой её шею, взяв её в удушающий приём анаконда. Собака забилась и замолотила лапами в отчаянии, прежде чем исчерпать последние силы и обмякнуть в объятиях Риса.

Упав на спину, Рис всасывал драгоценный кислород. Он оценивал свои травмы, одновременно отмечая, насколько дольше душить собаку, чем человека.

Проводник! Мне нужно найти мой SIG.

Рис вскочил на ноги, один снегоступ всё ещё на ноге, что делало вставание более сложным предложением, чем обычно. Сканируя непосредственное окружение, Рис застыл. Звук, который он слишком хорошо знал, пронзил звон в его ушах: звук передёргиваемого затвора болтовой винтовки. Он обернулся на звук и оказался лицом к лицу с огромным мужчиной в шкурах и мехах. Тот держал винтовку .300 Winchester Magnum. Она