Преданное доверие, или Обитатели заброшенного замка - Екатерина Стрелецкая

Длиннопалый поставил поднос рядом со шкатулкой и снял полотенце. По комнате тут же разнёсся умопомрачительный запах мясного бульона.

— Тарка, кажется, я кое-что забыл. Ты можешь спуститься во внутренний дворик и нарвать немного укропа? — Длиннопалый повернулся в сторону луговницы, показав рукой на горшочек с супом.

— А? — не поняла Тарка.

— Принеси, пожалуйста, пучок укропа, только сполоснуть водой не забудь, — очень медленно и максимально чётко повторил Длиннопалый.

Тарка кивнула и выбежала из комнаты. Проверив, что в коридоре никого нет, Длиннопалый плотно закрыл дверь и, устало вздохнув, присел рядом со мной.

Глава 9

Вечер откровений

— Рассказывай. Что у вас здесь произошло? Я еле смог удержать Кайла, когда он услышал, как Тарка плачет. До сих пор порывается оторвать тебе голову. Боюсь, что в данный момент Энр уже спелёнывает его цепями…

Скрывать мне особо было нечего, но и полностью пересказать наш разговор с Таркой я не могла. Поэтому решила ограничиться общими фразами, надеясь, что всё будет понято верно.

— Это личное, Длиннопалый. У нас просто произошёл доверительный разговор весьма личного характера. Не могу рассказать подробности — дала Тарке слово, что всё останется между нами и я никогда не использую услышанное ей во вред.

— И на этом спасибо, — едва сдерживая негодование, тихо произнёс Длиннопалый. — Но, боюсь, что с Кайлом тебе всё-таки придётся побеседовать. Он очень зол. Я, наверное, тоже. Но по другому поводу. — Что-то ещё произошло?

— Ну как сказать… Если не обращать внимания на твой весьма бледный вид и трясущиеся руки, то — ничего. Мейрин, я же просил особо не напрягаться и если почувствуешь себя плохо, то немедленно меня звать. — Длиннопалый дотронулся до моей девушки и покачал головой.

— Может, посчитаем, что я просто перенервничала? — осторожно предложила я, пытаясь представить размер грядущих неприятностей.

— Хорошая попытка, но — нет. Зачем ты так активно двигалась, Мейрин, что потревожила швы? Знаешь же, что у тебя из-за последствий воздействия яда плохо идёт заживление. Боюсь, что теперь процесс растянется ещё на некоторое время. Но более точно смогу сказать только после осмотра.

— Не могла я тебя тогда позвать. Мне нужно было Тарку успокоить. К тому же боялась, что если войдёт кто-то, то она может внутренне «закрыться» и станет ещё хуже. Для неё хуже, понимаешь? А потом как-то всё само наладилось, мы увлеклись, и я уже не обратила внимание, что самочувствие ухудшилось.

Мне показалось, что если бы у Длиннопалого были глаза, он бы их сейчас картинно закатил.

— Суп всё равно ещё слишком горячий, давай пока швы проверю, — смилостивился Длиннопалый, накрывая поднос полотенцем, затем убрал из-под моей спины подушки и спустил одеяло чуть ниже талии. Практически невесомыми прикосновениями древянник аккуратно размотал бинты.

Наблюдая за его движениями, я в очередной раз поразилась, как при всей своей «деревянности» он старается бережно всё исполнить. Интересно, где Длиннопалый научился всем этим лекарским премудростям? Даже руки обработал из флакона, стоящего всё на том же столике. Да и насколько сумела разглядеть ранее, швы были наложены очень аккуратно. Ожидая результатов осмотра, я от волнения закусила нижнюю губу.

— Честно говоря, я переживал, что всё будет гораздо хуже. Швы и кожа выглядят вполне сносно, — задумчиво пробормотал Длиннопалый.

Из моей груди вырвался вздох облегчения. Во-первых, я не привыкла «растягивать удовольствие» в плане лечения, во-вторых, очень не хотелось огорчать Длиннопалого.

Намазав швы какой-то густой мазью из небольшой банки, он закрыл их специальной салфеткой и снова наложил повязку.

— Я сейчас снова тебя немного приподниму, но постарайся в течение ближайших суток обеспечить максимальный покой хотя бы правой стороне тела. Тарку я тоже попрошу особо не прыгать по кровати. Хотя даже не знаю, у какого варианта больше шансов оказаться выше нуля. — Длиннопалый грустно махнул рукой и принялся перебирать флаконы и пузырьки на столе.

— Я постараюсь. Честно. Мне самой неудобно, что свалилась, как снег, на ваши головы, и столько времени напрягаю. Не привыкла быть обузой.

Длиннопалый даже замер на мгновение с банкой в руках:

— Не говори глупостей, Мейрин. Да, твоё ночное появление в замке оказалось весьма неожиданным, но ты была ранена и нуждалась в помощи. И сейчас нуждаешься. Даже не пытайся этого отрицать. Ты не обуза. Скорее, наоборот. Скажем так: ты разбавила своим появлением наши весьма однообразные будни. И прошу меня простить, если случайно обидел тебя. Когда сказал, что зол, то в первую очередь имел скорее себя, чем тебя. Видишь ли, мои знания и умения в лекарском деле достаточно ограничены, но пока мне их хватает. Я очень боюсь, что если тебе вдруг станет хуже, то уже ничем помочь не смогу. Видеть, как умирают на твоих глазах, а ты не в силах что-либо сделать — тяжело. Однажды уже пережил это. Больше не хочу. Пусть внешне я весь деревянный, но, как оказалось, внутри до сих пор живой. Ты воскресила во мне давно забытые эмоции, страхи. Но и радости — тоже.

Давно я не чувствовала себя так неловко из-за того, что уже второй раз за день затронула «больную» тему.

— Длиннопалый, кто это был?

Древянник легко подхватил меня и бережно усадил на кровати, обложив подушками для удобства.

— Рейр. С нами жил ещё один дух. Водник. Мы дружили. Однажды его сильно ранили ренегаты. Я пытался его вылечить, но не смог.

Я поймала Длиннопалого за руку и крепко её сжала:

— Теперь моя очередь извиняться. За этот вопрос. Спасибо, что удовлетворил моё любопытство, я вижу, как тебе действительно непросто было ответить, но мне нужно было знать, чтобы потом случайно не коснуться этой темы.

— Я понимаю. Всё в порядке. А теперь тебе надо поесть. Не хватало ещё после голодного обморока тебя в чувство приводить. — Длиннопалый повязал на мою шею полотенце на манер салфетки, а сам взял в руку горшочек с супом и принялся медленно помешивать содержимое ложкой.

— Длиннопалый, только не говори, что ты меня сейчас ещё и с ложечки кормить собираешься. Я же окончательно сгорю со стыда. Такой беспомощной себя давно не ощущала…

Дух кивнул в сторону камина:

— Насколько помню, меч висел у тебя на левом боку, значит, ты — правша. Как тогда поступим, если